Чтение онлайн

Камердинер ушел.

Анжелика вернула Вивонну улыбку и положила ладонь на щеку своему любовнику.

– Как ты прекрасен!
– сказала она.

От такого дружеского обращения по его телу пробежала дрожь восторга. Она отказала королю!

– Ты тоже прекрасна. Я, должно быть, заснул.

В полумраке, окутанная собственными длинными волосами, она казалась почти ребенком.

– Ты возьмешь меня на Крит?

– Конечно!
– он казался оскорбленным.
– Не такой же я мерзавец, чтобы не выполнить свои обещания после того, как ты так изумительно выполнила свои. Однако нужно поторопиться, потому что мы должны выйти не позже чем через час. Твой багаж с тобой или нужно послать за ним?

– Мой лакей будет ждать меня около причала с вещами. А пока я собираюсь обследовать этот шкаф, который так набит вещами, ласкающими женский взор. Это одежда твоей жены?

– Нет, - спокойно ответил Вивонн.
– Мы с женой живем отдельно. Мы не виделись с тех пор, как эта гадюка в прошлом году попыталась отравить меня, чтобы заменить своим возлюбленным.

– Да, вспоминаю. Я слышала об этом при дворе, - она безрадостно засмеялась.
– Бедняжка, какой ужас! Она действительно отравила тебя?

– Меня рвало, как собаку.

– Все уже позади, - мягко сказала Анжелика, поглаживая его по щеке. Так эти наряды принадлежали твоим любовницам, которые, судя по всему, столь же разнообразны, сколь многочисленны. Но не буду жаловаться. Я должна найти то, что мне нужно, - она опять рассмеялась. После любовных забав ее тело сохранило пряный аромат, и, когда она проходила мимо, он инстинктивно обнял ее и притянул к себе. Но она со смехом освободилась.
– Нет, мой повелитель. Мы торопимся. Мы еще встретимся позже.

– Ну, - поморщился он.
– Не знаю, насколько ты осведомлена о комфортабельности галеры.

– Пустяки! У нас найдется масса возможностей пообниматься. Разве ты никогда не заходишь в порты? И разве нет в Средиземном море островов с чистой голубой водой и мягкими песчаными пляжами?

Он глубоко вздохнул.

– Будь спокойна. Ты свела меня с ума, - он со свистом натянул шелковые чулки и надел голубые бархатные штаны, потом подошел к двери в ванную. Она налила в мраморный таз воды из графина и плескала ее на себя.
– Позволь мне смотреть на тебя, - взмолился он.

Она снисходительно взглянула на него через мокрое плечо.

– Как ты молод!

– Наверное, не моложе тебя. Я дошел до того, что прибавляю себе три или четыре года. Если не ошибаюсь, первый раз я увидел тебя - да, именно так, когда король вступал в Париж. Ты сверкала неукротимой свежестью своих двадцати лет. Мне тогда было двадцать четыре, и хотя я был взрослым мужчиной, умудренным опытом, я тогда начал понимать, что на самом деле не знаю ничего.

– Но я состарилась быстрее, - весело ответила Анжелика.
– Я ужасно стара. Мне сотня лет.

Турок в зеленом тюрбане, с лицом, как будто сделанным из печеного теста, принес медный поднос, на котором стояли крошечные чашки с черным дымящимся напитком. Анжелика узнала в нем тот настой, который она пила вместе с персидским послом Бахтияром-беем, и узнала запах, пропитавший весь Левантийский квартал Марселя. Анжелика едва пригубила его - так отталкивал ее этот горький запах. Однако Вивонн одну за другой выпил несколько чашек и спросил, готова ли она отправляться.

Анжелику опять охватила паника. Что, если полиция все еще подстерегает ее в спящем городе?

Однако адмиральский дом, к счастью, примыкал к арсеналу, и чтобы попасть на причал, им пришлось просто пересечь внутренний двор.

Вдали поджидали галеры. Золотые и белые шлюпки пересекали гавань, направляясь к причалу. Анжелика боялась, что лишится чувств, дожидаясь, пока они подойдут к берегу. Камни Марселя жгли ей ноги. В любой момент появление Дегре могло разрушить все ее планы и надежды. Она то и дело оглядывалась на молы, причалы, стапели, на гавань и на тонущий в коричневом тумане город.

Пока Вивонн разговаривал со своими офицерами, слуги перетаскивали багаж в шлюпку.

– Кто это там идет?

Анжелика обернулась. От каких-то тюков робко отделились две тени и направились к ним. Она глубоко вздохнула, с облегчением узнав Флипо и Савари.

– Вот моя свита, - представила она.
– Мой врач и мой лакей.

– Пусть сядут в шлюпку. И вы тоже, мадам.

Им еще пришлось подождать, пока шлюпка качалась и билась о причал. Кто-то забыл карты, и пришлось вернуться за ними.

Порт просыпался. Рыбаки, несшие сети, спускались по трапам в свои смаки. Другие вылезали из стоящих на якоре лодок, чтобы на берегу поджарить себе завтрак на жаровне братьев-капуцинов.

Греческая, а может быть, турецкая проститутка принялась танцевать, полыхая своими покрывалами и поднимая руки с медными кастаньетами. Здесь было не место, да и не время привлекать мужчин своими чарами, но может быть, танцем она просто приветствовала восходящее солнце после убогой ночи в восточном квартале. Экзотический звук ее кастаньет казался неуместным на почти пустынном берегу.

Весла маленькой шлюпки с плеском выскочили из воды, потом погрузились в нее снова. Скоро они уже плыли по волнам, и Анжелика могла видеть первые лучи восходящего солнца на башне Сен-Жан.

Анжелика бросила назад последний взгляд. Марсель отступал. Но ей казалось, что она узнает силуэт человека, появившегося на причале. С такого расстояния она не могла разглядеть его лица, но была уверена, что это Дегре. Слишком поздно!

"Я выиграла, господин Дегре", - подумала она, дрожа от сознания своего триумфа.

ЧАСТЬ II

КРИТ

Глава шестая

Анжелика задумчиво рассматривала золотые кисточки навеса табернакля; галера качалась на волнах и плясала в кильватерной струе. Шесть галер шли под свежим попутным ветром, их длинные бушприты вздымались и опускались, описывая изящные кривые, ярко расцвеченные корпуса склонялись над волнами. Украшенные золочеными фигурами носы весело разрезали волны, а на резной корме каждой галеры сверкали глазами трубящие в раковины тритоны, увенчанные розами купидоны и полногрудые сирены, и их золоченые тела, то погружались в воду, то выныривали из нее. На мачтах весело хлопали вымпелы и стяги. Полы тента были сдвинуты назад, и морской воздух, несущий запахи мирта и мимозы, дразнил ноздри.