Чтение онлайн

Папе Александру на данный момент, семьдесят один год. У него плотное телосложение, мясистое лицо и большой нос. Глаза его посажены глубоко и смотрят как будто из подлобья, волосы отмечены неравномерной сединой. Александр, за свои семьдесят и более лет, уже совершил немало печально известных своих дел: раздал сорок семь кардинальских шапок кому ни попадя, тогда как полагается не более трёх; сожительствовал с двумя женщинами сразу, одна из которых замужняя Джулия; захватил при помощи меча и огня все итальянские провинции; убрал неугодных ему политиков при помощи яда; напивался в комнате с куртизанками, с которыми прелюбодействовал так часто, что знал каждую по имени; умертвил огромное количество праведных священнослужителей, отказывавшихся участвовать с ним в пьяных вечерях или просто не угодных ему; и ещё при жизни завоевал себе прозвище "чудовище разврата".

Этот папа уже отдал известный нам приказ об устранении Хуаны от трона, этот папа уже подчинил себе Испанию и Арагон, назначив управленцами Фердинанда и Изабеллу - глубоко верующих католиков, коих он и возвёл в новый, придуманный им самим, сан "католических" королей. Его преспешники уже вовсю несут вести по Бургундии о болезни Хуаны, его тюрьмы уже готовы для всех сомневающихся в её безумии. Как дерзко Хуана посмела отказать папе, не являясь с визитом к нему, не отчитываясь перед канцлерами святого престола!

Никогда, никогда не стать ей королевой!
– думал папа, читая донесения своих канцлеров из Бургундии, - в которых говорилось, что регентша продолжает заниматься делами государства, поддерживая идею независимости всей Бургундии от Рима. "Более того, - говорилось в письме, - народ Бургундии не верит в так называемое "безумие" будущей королевы, ведь кроме слухов, ничем она это безумие не проявляет".

Но папа уже готовит новый план: он спешно собирает Совет, на котором и принимает тайный документ по устранению регентши Кастильской. Этот документ - смертный приговор, но не Хуане, нет, - такая плата слишком мала для отступницы святой церкви, - это приговор Филиппу, её обожаемому мужу, приговор её детям и всей её горячо любимой семье. Этот, и ещё несколько ужасных пунктов, принятых и записанных папой и его кардиналами, уже озвучен палачам для исполнения. И вот они, блюстители суда папского, отправляются в дорогу, чтобы исполнить свою жуткую миссию. А папа Александр VI предвкушает свою ещё не выигранную, но такую близкую победу и удаляется в дальнюю комнату своего дворца. Но не для молитв, а для любовных утех со своей молодой златовласой любовницей.

Глава 16. Кардинал Чезаре

Бургундия, дворец Принзенхоф.

– Имею право заметить, - сказал посланник папы, кардинал Чезаре, - её высочество в хорошем здравии.

– А вы что ожидали увидеть?
– ровным тоном спросила Хуана и пристально посмотрела в глаза кардиналу.

– Я ожидал того же, - сказал кардинал как можно равнодушнее и так же пристально посмотрел на Хуану, - увидеть вас в хорошем здравии.

Хуана бы и дальше продолжала эту игру в разгадывание мыслей друг друга, но риски были слишком высоки. И она отвела взгляд. Регентша напустила на себя самый невинный вид и как можно дружелюбнее спросила:

– Чем могу быть полезна кардиналу святой католической церкви?

– Мадам!
– громко сказал Чезаре,- Простите мне этот визит без предупреждения, но наш святой папа обеспокоен откладыванием вашего визита в Рим. Он спрашивает, может ли святая церковь помочь будущей королеве с делами государства?

Сказав это, он впился глазами в лицо Хуаны.

"Святая церковь поможет нам всем, если будет заниматься постом и молитвами, а не моим государством", - подумала Хуана и тут же осеклась, остановив поток опасных мыслей. Чувство тревоги замаячило в груди и Хуана поморщила носик, как она обычно это делала, пытаясь отогнать неприятные мысли.

И всё же, будущая королева не потеряла самообладания и, как ни в чём не бывало, ответила:

– Я принимаю приглашение и благодарю римскую епархию за оказанную мне честь. Вы ведь знаете, что я недавно родила своего третьего ребёнка, - Изабеллу, - что и стало поводом откладывания визита. Но как только мне станет немного лучше, я тут же отправлюсь в Рим.

"Это мы уже не раз слышали, - подумал кардинал, - а дочери Изабелле уже как полгода с момента её рождения".

А вслух он сказал:

– Я надеюсь, ваши дети в прекрасном здравии?

– Благодарю вас, они быстро растут и чувствуют себя превосходно, - ответила Хуана самым добрым тоном, на который была в этот момент способна.

Но вопрос кардинала ей совсем не понравился. И она стала думать о козыре, который припрятала против Рима - об объединении с Англией.

"Генрих [Генрих VII, король Англии - прим.] готов подружиться с кем угодно против папы и Рима.
– думала Хуана, - Что скажет папа, если узнает, что король Англии - друг Бургундского двора?"

Эти мысли согрели ей душу и Хуана еле сдержалась, чтобы не улыбнуться кардиналу надменной улыбкой.

– Не желаете ли поужинать с нами, ваше преосвященство?
– ласково спросила Хуана, - Филипп уже отдал распоряжения чтобы подготовили ужин и для вас.

– Благодарю, - ответил задумчиво кардинал,- но я должен буду покинуть вас сегодня же вечером.

– Как жаль, - обиженным голосом сказала Хуана, хотя ответ её ничуть не расстроил, - вы ведь только этим утром приехали!

– Я ещё раз прошу прощения, но на Благовещение мне необходимо быть в Риме. Кто знает, успею ли я к празднованию: ведь из-за продолжительного дождя все дороги размыло!
– И Чезаре слегка наклонил голову в знак благодарности.

– Тогда мои лучшие пожелания и лёгкой дороги вам, дорогой кардинал, - сказала Хуана.

А про себя она подумала: "Какой лжец!".

– Мои лучшие пожелания и вам, мадам, - сказал кардинал Чезаре.

А про себя он подумал: "Ей известно о наших планах. В Риме объявились предатели. Нужно как можно скорее встретиться с папой".

Глава 17. Вести из Кастилии

Спустя две недели после встречи Чезаре и Хуаны, в Бургундию прибыл гонец из Кастилии и принёс дурные известия: коронация отложена в очередной раз.

– Как они могли так со мной поступить?!
– вскричала Хуана, переполненная обидой и гневом, - Мать, это моя мать всё придумала?! Ведь даже Риму будет нечего сказать, если король и королева благословят престолонаследие!

Но перепуганному гонцу больше нечего было добавить: никаких пояснений его хозяева не передали кроме того, что коронация отложена.

– Lo siento mucho, я очень сожалею... lo siento mucho!
– повторяет он перепуганно.

Но Хуана словно не слышит его, откидывается на спинку кресла и погружается в свои мысли.

Молчание тянется бесконечно долго и испанский гонец вкрадчиво оборачивается на дверь, обдумывая, стоит ли ему сейчас удалиться, пока о нём не вспомнили, или продолжить так и стоять с опущенной чуть ли не до самого пола, головой?... Но тут Хуана будто вспоминает что не одна и видя его поникший испуганный вид, переполняется жалостью к королевскому гонцу.

"Мальлчик ведь ни в чём не виноват", - думает Хуана и эта мысль тревожит её подступившим к груди раскаянием. Она звонит в стоящий рядом с ней колокольчик и в зале появляется придворный слуга.