Чтение онлайн

– А я только что нашел подругу Руперта Тиш Бентон, или, по крайней мере, ее родителей, - сказал Страйк.

Робин заподозрила, что этим он хочет показать ей, что не забыл про Десиму.

– Да, я тоже ее нашла, - прохладным тоном сказала Робин.
– У нее есть страница в Инстаграме, но она закрыта. Я отправила ей запрос на подписку.

– Отлично, потому что родители отнеслись ко мне с большим подозрением, когда я представился. Я оставил свои контакты и попросил Тиш перезвонить мне, но особых надежд нет.

– Ясно, есть еще кое-что, что я хотела тебе сказать, - продолжила Робин.
– Я хочу установить слежку за Алби Симпсон-Уайтом. Мне все равно, как мы это оформим в счетах, но я готова потратить на это свое свободное время или подменять остальных, пока они этим занимаются. Я считаю неправильным тратить деньги Десимы на отслеживание всех этих вероятных кандидатов на роль Райта, если при этом мы не пытаемся активно помочь ей самой.

– Хорошо, - смиренно ответил Страйк, - начнем наблюдение за Симпсон-Уайтом.

– Спасибо, - сухо поблагодарила Робин.

– С другом Пауэлла, Уинном Джонсом, мне не повезло, - поделился Страйк.
– Его не было на ферме. Говорят, он попал в какую-то аварию на тракторе. Мне не слишком хотели рассказывать, как с ним связаться, но я оставил визитку. Тайлер Пауэлл тебе, случайно, не перезвонил?

– Нет, - ответила Робин. Теперь она жалела, что сообщила свое настоящее имя в сообщении голосовой почты, принадлежавшей предположительно Тайлеру. Если он жив, но прячется от преследователей в родном городе, он почти наверняка не захочет разговаривать с частным детективом, особенно если заподозрит, что ее наняли Уайтхеды.

– И нам поступил еще один анонимный звонок, - сказал Страйк.

– Мужчина или та шотландка?

– Мужчина, - ответил Страйк.
– Судя по всему, он сказал: «Остановитесь или расплавитесь, как серебро в горниле страданий». Пат застенографировала все дословно. Я поискал в сети, и это примерно соответствует цитате из Библии, об Илии.

– Понятно, - отозвалась Робин.

Страйк кликнул по ссылке на подержанный «лендровер», которую она прислала ему вместе с письмом.

– «Дефендер 90» выглядит неплохо, - оценил он.
– Хочешь съездить посмотреть?

– Да, хочу, - согласилась Робин.
– Может, в воскресенье днем. Это все?

– Думаю, да.

Не попрощавшись, Робин повесила трубку. Страйк отложил мобильный, чувствуя себя еще более подавленным, чем до звонка.

Едва он успел погрузился в работу, как телефон зазвонил снова. Уордл сообщал, что их запланированный ужин с карри в городе сегодня вечером придется отложить, потому что бывшая жена неожиданно попросила его присмотреть за их полуторагодовалым сыном. Полицейский намекнул, что те немногочисленные сведения, которые он добыл для Страйка, можно рассказать и по телефону, но Страйк решил сделал вид, что не понял намека, и заявил, что привезет карри навынос к нему домой в семь вечера, чтобы обсудить находки Уордла лично.

Хотя они и были друзьями, Страйк впервые собирался навестить Уордла. Их взаимная симпатия, зародившаяся несмотря на первоначальное недоверие, с годами окрепла, но разговоры, которые можно было бы назвать по-настоящему личными, случались у них крайне редко; впрочем, Страйк не мог с ходу вспомнить ни одного мужчину, с которым он делился бы чем-то глубоко личным. Однако он знал Уордла достаточно хорошо, чтобы понять, что дела у него совсем плохи, раз он признался, что взял больничный из-за депрессии. Он также понимал, что череда недавних несчастий - смерть брата, уход жены, переезд в холостяцкую квартиру, совместная опека над маленьким сыном, да еще и крайне напряженная работа - служили более чем вескими тому причинами. В памяти Страйка всплыли два случая самоубийства, которые он расследовал в армии: оба мужчины, казалось, были в норме, пока внезапно не покончили с собой. Поэтому в тот вечер он отправился в Брикстон, несмотря на боль в ноге и собственные проблемы.

Когда в шесть часов он вышел из индийской закусочной с едой навынос, зазвонил его мобильный, и он с тяжелым предчувствием увидел номер Бижу.

– О, слава богу, - проговорила она, когда он ответил, и в ее голосе послышались истеричные нотки.
– Послушай, мне очень жаль, но ты должен сделать тест ДНК. Это просто необходимо.

– Да неужели?

– Эндрю провоцирует меня подать на него в суд, но говорит, что если я это сделаю, - Бижу снова начала всхлипывать, - он тут же пойдет к какому-то журналисту, Колину Пепперу, и уверенно заявит, что она от тебя!

– То есть он нарушит свой же судебный запрет?
– спросил Страйк, у которого возникло уже знакомое ощущение, словно вокруг его головы затягивается раскаленный железный обруч.

– Он ужасно себя ведет, убежден, что Оттоли - твоя... И если я смогу показать ему результаты... ПОЖАЛУЙСТА!
– взмолилась она.
– Тебе это нужно не меньше, чем мне!

Страйк, с ужасом осознавая, что она права, смотрел на приближающийся двухэтажный автобус, и на долю секунды представил, как он выходит на дорогу, и стирает себя и все свои проблемы, исчезая в черной пустоте, в состоянии блаженного небытия. Но автобус проехал мимо, а Страйк, прихрамывая, побрел дальше. У него даже не осталось сил для гнева, когда он произнес:

– Ладно. Хочешь, чтобы я принес набор?

– Нет, я куплю его сама, но нам придется встретиться, чтобы я могла взять у тебя образец, а заодно сдать свой и Оттоли.

– За тобой следят, - напомнил ей Страйк.

– Я никого не видела...

– Это как раз их работа, и делают они ее хорошо, - сказал Страйк.
– Нужно все обдумать. Перезвоню, как придумаю план.

Он отсоединился и продолжил идти, пытаясь отодвинуть в сторону ворох собственных проблем, чтобы сосредоточиться на делах Уордла.

Квартира полицейского располагалась в современном доме на Брикстон-Уотер-лейн. Страйк позвонил в домофон и поднялся на два лестничных пролета, что не лучшим образом отразилось на его ноющей культе. В дверях его уже ждал Уордл, держа на руках одетого в пижаму сонного полуторагодовалого сына. При виде этого Страйк против своей воли представил, как он пытается развлечь дочь у себя в мансарде, чтобы дать возможность Бижу провести вечер в городе в поисках нового состоятельного потенциального мужа.

– Он скоро уснет, - сказал Уордл и, к легкому удивлению Страйка (по его опыту маленькие дети ложились спать когда угодно и часто при этом протестовали и капризничали), сын Уордла действительно быстро устроился в отдельной спальне, пока Страйк на кухне открывал крышки пластиковых контейнеров с карри. Из гостиной доносилась звонкая мелодия мультфильма.

В соответствии с представлениями Страйка кухня была чистой и опрятной, но Уордл не приложил никаких усилий, чтобы сделать это место уютнее или изменить, как предположил Страйк, унаследованный от прежних жильцов интерьер, поскольку сомневался, что полицейский выбрал бы эту плитку с изображением корнеплодов.