Человек с клеймом
Шрифт:
— Да, — сказала Робин.
— Как ты вообще можешь с ним работать, когда он такое творит?
— Что?! — громко переспросила Робин.
— Типа, — девушка встала на цыпочки, чтобы прокричать ей в ухо, — как ты можешь быть рядом с тем, кто принуждает девушек к сексу?
— Я не понимаю, о чем…
С небольшой задержкой Робин поняла, о чем идет речь.
— Этого не было! — выкрикнула она.
— Что?
— Этого! Не! Было! Не верь всему, что читаешь!
Она увидела, как та повернулась и пересказала ее слова двум подружкам в таких же вызывающе открытых нарядах и с толстым слоем макияжа на лицах. Наверняка они учились в той же школе, что и Робин, но намного позже, так что их пути не пересекались. Робин повернулась к ним спиной, сделала большой глоток виски и заметила Мартина с Кармен — те явно спорили у стены, увешанной крышками от пивных бочек. Она отвела взгляд: сегодня ей не хотелось ни видеть этого, ни переживать за них. Мёрфи был поглощен разговором с мужчинами, которых знал Стивен, но вот, слава богу, и Джонатан, протягивающий ей еще один двойной виски.
— Спасибо, Джон. — произнесла она и между ними завязался еще один громкий разговор. Судя по словам «задача» и «трудный», он снова нес что-то о своей работе. Еще дома она заметила, как важно он разглагольствовал о своей первой серьезной должности.
— Отлично, — сказала наугад Робин и Джонатан переспросил:
— Что значит «отлично»?
— Не знаю, — растерялась она. За обедом из-за напряженной атмосферы она почти не притронулась к пасте, а теперь успела выпить уже треть бутылки чистого виски.
— Я сказал, — крикнул Джонатан ей в ухо. — У нее рак.
— Черт, у кого? — встревожилась Робин.
— У моего босса, — прокричал Джонатан.
— О… — произнесла Робин, стараясь скрыть облегчение от того, что это был незнакомый человек. — Это ужасно!
— Я знаю, — сказал Джонатан и продолжил говорить, но Робин различала лишь каждое четвертое слово. Тем временем три юные девушки с ресницами-гусеницами, которым не удалось привлечь мужское внимание, теперь откровенно обсуждали ту ужасную взрослую женщину, которая работала с известным извращенцем, но делала вид, что он нормальный. Робин гадала, откуда они знают про изнасилование — из интернета или ее прошлое, без ее ведома, уже стало частью местного фольклора.
— Выйду подышать, — крикнула Робин Джонатану.
— Что?
— Скоро вернусь! — сказала она еще громче, и Джонатан, видимо решив, что она пошла в туалет, отвернулся, не заметив, как она направилась к выходу, держа в руке стакан с недопитым виски.
На Сильвер-стрит было очень холодно, но Робин была рада выбраться из толпы. Она прислонилась спиной к побеленной стене паба, думая, что свежий воздух протрезвит ее, и тогда она вернется обратно. Робин допила остатки четвертого по счету виски, затем по привычке достала из кармана телефон, проверить, не написал ли Страйк. Конечно, ничего не было — он же на вечеринке у Люси. Рождество. Работы все равно не предвиделось.
Хорошее настроение улетучилось; надо было остановиться на втором стакане или пообедать плотнее. Дыхание поднялось облачком пара в морозном воздухе, когда она посмотрела направо, в сторону Чапменлейн. И тут ее словно осенило — какое странное совпадение. Забавно, как привычное кажется само собой разумеющимся, и только дистанция заставляет оглянуться и задуматься: почему, как, случайность ли это или во всем есть смысл…
Страйк бы посмеялся над ней из-за этой… мистической чепухи…
Нужно помириться с матерью, особенно теперь, когда она увидела
Мартина и Кармен вместе… Линда.
Рита Линда.
Спросил, знаем ли мы ее.
Рита Линда.
Он знает, что с ней случилось.
Риталин-да.
Робин поднесла телефон к глазам и набрала «Рита Линда».
Линда Рита Клэй работала парикмахером в Нантвиче. Рита Линде была немецким композитором. Линда Мэй Риттер жила в Детройте и родила семерых детей, включая тройню.
Робин попробовала разные варианты написания. Рита Линдер. Рина Линда. Реата Линдар. «Возможно, вы искали Реата Линдвалл?» — Все в порядке, Роб?
Робин обернулась. Перед ней стоял ее бывший муж с пачкой «Мальборо лайт» в руке. В студенческие годы он иногда курил, но потом завязал, по крайней мере, на то время, пока они были вместе.
— Привет, — сказала Робин.
Он прикурил.
— Работаешь? — спросил он с полуулыбкой.
— Да. — сказала Робин.
— Хм, — протянул Мэтью.
Они постояли в молчании. Церковь, где они поженились и куда Страйк вломился во время церемонии, опрокинув одну из цветочных композиций, была всего в пяти минутах ходьбы от того места, где они сейчас находились.
— Кто этот парень, похожий на Пола Ньюмана?
— Что? А… Райан? Он из уголовного розыска.
— А, — кивнул Мэтью, выпуская дым. — Я всегда думал, ты в конце концов окажешься со Страйком.
— Ты хорошо это скрывал, — саркастически бросила Робин. Мэтью рассмеялся.
— Надолго приехала?
— До двадцать девятого.
— Мы здесь до Нового года.
Когда Робин не ответила, он добавил:
— Возвращаться сюда — та еще ноша.
Робин, не видевшая причин, почему это должно как-то задевать Мэтью, снова уткнулась в телефон — «Возможно, вы искали Реата Линдвалл?» — но Мэтью снова заговорил.
— Значит, детей пока нет?
— Девять, — ответила Робин, пытаясь прочитать о Реате Линдвалл на экране, но зрение почему-то расплывалось, — но я всех отдала на усыновление.
Он снова рассмеялся.
— Неплохая идея. Я скоро опять не буду спать ночами. Чертовы подгузники и...
— Вот ты где.
Голос Сары был ледяным. В руках она держала два пальто. Робин посмотрела на нее, но женщина, которая спала с ее мужем в их спальне в Дептфорде и оставила бриллиантовую сережку в простынях, чтобы Робин ее нашла, больше не желала встречаться взглядом.
— Я просто курил, — сказал Мэтью, выбрасывая сигарету.
— Я устала, — ответила Сара, сунув мужу его пальто.