Чтение онлайн

— Если мы отследим источник заклинаний призыва, мы узнаем, с кем или с чем мы имеем дело. Это было бы началом — Не желая предполагать, что за распространением зла стоит церковь, я осторожно продолжил — Вообще-то я надеялся, что вы знаете или, по крайней мере, встречались с первым колдуном. Я нашел его в квартире в Ист-Виллидж. При нем была Библия Святого Мартина — Я описал этого человека так подробно, как только мог.

Когда я добрался до очков, на лице отца Вика появилось выражение узнавания.

— Да, да — сказал он — Это, должно быть, Клиффорд Роудс. У нас есть группа поддержки, которая предлагает духовное руководство бездомным. Клиффорд был нам хорошо известен. Когда он исчез, мы опасались худшего. Мне грустно слышать, что он занялся темными делишками. Но он жив?

— Когда я видел его в последний раз, да. Другим колдунам повезло меньше.

Затем я рассказал ему о колдуне из Чайнатауна, Чин Лау Пинге.

— Это было из-за призыва? — спросил он, слегка приподнявшись.

— Вы его тоже знали?

— Он был информатором в кампании брата Ричарда против "Белой руки".

— И он обратился в церковь?

Отец Вик кивнул.

— Белая Рука заставил Чина служить, потому что он водил автобус и у него не было судимости. Он перевозил наркотики, а часто и женщин, в другие города. Чин не хотел иметь к этому никакого отношения, но Белая Рука дали понять, что это издержки ведения бизнеса в Чайнатауне. Когда я прочитал о его убийстве, я подумал, что Белая Рука его разоблачили.

Я перевел дыхание, чтобы успокоиться. Пока что два против двух.

— А как насчет Фреда Томаса? — Я спросил — Молодой человек из Гамильтон-Хайтс?

Лицо отца Вика сморщилось, когда он попытался вспомнить это имя.

— Он называл себя "Флэш", — вспомнил я.

— Флэш — повторил отец Вик — Да. Я тоже читал о нем. Еще одни призыв? — Он огорченно вздохнул — Какое-то время он посещал одну из приходских школ Святого Мартина. Это была экспериментальная программа для молодежи из центральной части города, которая иначе не могла бы позволить себе обучение. Помню, из-за какой-то выходки его исключили, но у него было доброе сердце. После этого он посетил несколько наших молодежных служб.

Я достал газету, которую сложил и засунул за пазуху, и открыл её на второй странице.

— Вы знали кого-нибудь из них?

Сев, отец Вик взял с прикроватного столика очки для чтения и, нахмурившись, прочитал статью о вчерашнем четверном убийстве. Я наблюдал, как его лицо из бледного стало пепельным — Боже милостивый — пробормотал он — Эти трое были прихожанками, а она участвовала в городском межконфессиональном совете.

— Отец — осторожно сказал я — я думаю, мы должны учитывать, что заклинания исходили от кого-то внутри собора.

— Отсюда?

— Это общий фактор — Я подождал, пока до него дойдет этот факт — Я думаю, мы также должны учитывать, что тот, кто снабдил заклинаниями, мог убить вашего настоятеля. Отец Ричард, возможно, был в курсе того, что делал этот человек.

Отец Вик снял очки и отложил их в сторону. Вид у него был подавленный.

— Ректор когда-нибудь делился с вами какими-либо опасениями? — Поинтересовался я — О ком-нибудь здесь или в собрании?

— Насколько я помню, нет — ответил он через мгновение — Он был стойким человеком, молился о проблемах, прежде чем что-то предпринять. Так что, даже если бы у него были такие опасения, я бы не обязательно знал о них. В любом случае, его опасения были скорее внешними. Коррупция, которую он наблюдал в городе. Практика магии. Однако ему не нравилась архивная работа.

— Исследования вашего послушника? Почему?

Прежде чем он успел ответить, раздался тихий стук в дверь. Я оглянулся и увидел, что в щель заглядывает сам послушник. Мне стало интересно, как долго он стоял там, прислушиваясь.

— Отец Вик? — спросил он.

— Да, в чем дело, Малахия?

— Звонил епископ и сказал, что они будут через полчаса.

Отец Вик кивнул и сбросил покрывало со своих ног.

— Тогда, наверное, мне пора собираться. Когда он сел, подол его халата был забрызган кровью. Я в тревоге вскочил, прежде чем понял, что кровь течет у него из носа.

Я прошел мимо Малахии, который стоял в дверях с опущенными руками, и потянулся за платком на столе.

— Нет, нет — сказал отец Вик, затыкая большим пальцем кровоточащую ноздрю — Салфетки.

Я проследил за его пальцем до подоконника и вытащил несколько салфеток из простой коробки с ними. Он принял пачку с благодарным кивком и, вытерев заросший рот и подбородок, поднес их к своему вздернутому носу.

— Это историческая реликвия — сказал он о платке.

— Ах, извините.

Я оглянулся, но Малахии уже не было в дверном проеме. Его фигура в мантии мелькнула за окном, длинные волосы, собранные в конский хвост, падали на капюшон, завязанный на затылке. Вспомнив человека в капюшоне, призрака, которого подруга Эффи видела на кладбище, я почувствовал, как во мне вспыхнуло подозрение. Я повернулся к отцу Вику.

— Что же такого было в работе Малахии, что беспокоило ректора? — Быстро спросил я.

Отец Вик справился с кровотечением и теперь прикладывал к нему салфетку.

— О, он просто считал, что некоторые вещи должны остаться в истории. Подозреваю, что из-за популярности этого места церковь не всегда представляли достойные люди.

Мне нужно было что-то еще, но в этот момент церковные колокола начали отбивать время.

Я взглянул на часы. Дерьмо. У меня было десять минут, чтобы вернуться на контрольно-пропускной пункт.

— Можно, я позвоню вам позже?

— Конечно — Отец Вик, пошатываясь, поднялся на ноги, но крепко обнял меня. Я ответил взаимностью — Вы — именно то, чего отец Ричард не понимал — сказал он — что относительное благо или зло магии полностью зависит от того, кто её направляет. Хотя тьма окутывает тебя, Эверсон, твой фундамент остается таким же прочным и чистым, как и тогда, когда я впервые учил тебя. Именно поэтому тебя призвали сюда. Помни об этом.

Во многих отношениях он был моим первым наставником и великим наставником.

— Спасибо, отец. Я постараюсь.

Если предположить, что мои часы были синхронизированы с часами охранника, у меня оставалось меньше двадцати секунд, когда я, запыхавшись, добрался до пешеходного пункта пропуска.

Я рискнула драгоценным временем, попросив Сайруса снова провести меня по кладбищу, но мне хотелось осмотреть замшелую могилу под ивой. Если верить другу Эффи, кто-то крался по этому участку в темноте ночи, бормоча что-то похожее на заклинание. И я начал подозревать, что этим человеком был Малахия. Я обнаружил, что поднятый саркофаг плотно запечатан, а земля вокруг него, по-видимому, нетронута.