Чтение онлайн

– Покажешь, - сказал Эрик.

Они завернули за угол, и Эрик чуть не споткнулся. По коридору двигалась пышная процессия - пожилая женщина в парадном облаче-нии, сопровождаемая двумя гвардейцами и несколькими фрейлинами. Увидев Манфреда, она остановилась, а когда она узнала Эрика, глаза ее чуть не вылезли из орбит.

– Ты!
– прошипела она.
– Ублюдок! Подлый убийца!
– Она повернулась к ближайшему гвардейцу: - Убить его!

Гвардеец ошеломленно переводил взгляд с Матильды, матери баро-на, на Манфреда, который жестом велел ему отойти. Наконец он кив-нул барону и отступил на шаг.

– Матушка, - сказал Манфред, - все уже позади. Эрик поми-лован королем. Все, что было раньше, должно быть забыто.

– Никогда!
– воскликнула старуха с ненавистью, которая пора-зила Эрика. Он, конечно, понимал, что она не любит его еще с тех пор, как Фрейда требовала от барона признать Эрика своим сыном, но не представлял себе, что это значит на самом деле. Никто из тех, с кем ему довелось сражаться, не смотрел на него с такой чистой, неприкрытой яростью, которой горели глаза Матильды фон Даркмур.

– Матушка!
– снова сказал Манфред.
– Довольно! Я приказы-ваю вам остановиться!

Матильда устремила пристальный взгляд на сына, и Эрик вдруг понял, что ее ненависть распространяется не только на него одного. Она шагнула вперед, и на мгновение Эрик испугался, что она ударит сына. Скрипучим шепотом Матильда произнесла:

– Ты приказываешь мне?
– Она смерила его взглядом.
– Если бы ты был мужчиной, как твой брат, ты убил бы этого ублюдка. Если бы ты был хотя бы вполовину таким, как твой отец, ты бы женился и уже имел сына, а все претензии этого ублюдка ничего бы не значили. Ты хочешь, чтобы он тебя убил? Ты хочешь валяться в грязи, в то время как этот убийца будет отбирать у тебя титул? Ты...

– Мать!
– взревел Манфред.
– Хватит!
– Он повернулся к гвардейцам: Проводите баронессу в ее апартаменты.
– Матери он сказал: - Если вы способны держать себя в руках, ждем вас к обеду, но если вы не в состоянии сохранять достоинство перед принцем Пат-риком, окажите нам любезность и отобедайте у себя. А теперь ступайте!

Манфред повернулся и пошел прочь. Эрик. пошел за ним, то и дело оглядываясь. Матильда не сводила с него глаз, и Эрик чувствовал, что каждую секунду она желает ему смерти.

Внимание Эрика было настолько приковано к ней, что он едва не сшиб с ног Манфреда после того, как завернул за угол.

– Прости за эту сцену, Эрик, - сказал ему Манфред.

– Такого я не мог даже представить. Я, конечно, понимаю, что...

– Понимаешь мать? Тогда ты первый, кому" это удалось.
– Ман-фред показал вперед: - Твоя комната там, в конце коридора.
– Когда они с Эриком вошли, он пояснил: - Я выбрал ее по двум причинам.
– Он указал на окно.
– Во-первых, вот запасной выход. А во-вторых, это одна из немногих комнат в замке, в которую не ведет потайной ход.

– Потайной ход?

– Их тут навалом, - сказал Манфред.
– Этот замок много раз увеличивали с тех пор, как первый барон построил первую башню. На случай осады здесь были предусмотрены секретные выходы, а помеще-ния, которые пристроили позже, снабжались потайными ходами, чтобы среди ночи господин мог навестить свою любимую служаночку. Некото-рые из них довольно полезны, потому что слуги не путаются под ногами, но по большей части это заброшенные старые подземелья, годные лишь для того, чтобы шпионить за соседями или подсылать к ним убийц.

Эрик уселся на кресло в углу.

– Спасибо.

– На здоровье, - ответил Манфред.
– Позволь предложить тебе принять ванну и переодеться. Я велю слугам немедленно принести горячей воды. Одежда в шкафу должна тебе подойти.
– Он усмехнул-ся.
– Она принадлежала отцу.

Эрик сказал:

– Тебе что, доставляет удовольствие злить свою мать?

Лицо Манфреда стало почти жестоким.

– Больше, чем ты можешь себе представить.

Эрик вздохнул.

– Я думал о том, что ты сказал мне о Стефане, когда приходил ко мне в тюрьму. Боюсь, я никогда не представлял себе, как это было тебе тяжело.

Манфред засмеялся.

– И никогда не представишь.

– Не обидишься, если я спрошу кое о чем?

– О чем?

– За что она ненавидит тебя? Я знаю, почему она меня ненави-дит, но на тебя она смотрела точно так же.

– Об этом, братец, я тебе когда-нибудь расскажу, - сказал Манф-ред.
– А может, не расскажу. Пока что давай просто считать, что она никогда не одобряла моего образа жизни. Пока я не был наследником титула, это было источником лишь мелких конфликтов. Но с тех пор, как Стефана... не стало, трения между нами значительно усилились.

– Извини, что спросил.

– Да ничего. Я понимаю твое любопытство.
– Манфред повер-нулся к дверям. И когда-нибудь я его удовлетворю. Не потому, что ты имеешь право знать, а потому что это доставит моей матери большое огорчение.

С улыбкой, которую Эрик мог охарактеризовать не иначе, как злоб-ная, Манфред вышел из комнаты. Эрик сидел в ожидании слуг и едва не заснул, пока они постучали. Он сонно поднялся и открыл дверь. Шестеро слуг внесли ведра с горячей водой и большую медную лохань.

Эрик позволил двум слугам снять с себя сапоги, пока остальные наполняли лохань. Горячая вода притупила боль и немного сняла уста-лость. Эрик полежал немного, но, когда один из слуг надумал его по-мыть, резко сел прямо.

– Что-то не так, милорд?

– Я не лорд. Зовите меня "капитан", а вымыться я могу и сам, - сказал Эрик, забирая у него мочалку и мыло.
– Вы свободны.

– Мы приготовим одежду, прежде чем уходить?

– Ах да, это было бы чудесно, - сказал Эрик, уже полностью проснувшись. Слуги ушли. Остался только тот, с кем он разговаривал, чтобы достать из шкафа одежду.

– Достать вам и сапоги, капитан?

– Нет, я надену свои.

– Тогда я попробую их отчистить, пока вы моетесь, сэр, - сказал слуга и вышел за дверь с сапогами, прежде чем Эрик успел возразить. Эрик пожал плечами и начал мыться всерьез. Он редко мог позволить себе такую роскошь, как горячая ванна, и к тому времени, когда вода остыла, чувствовал себя так, будто заново родился. Эрик подумал, что, когда закончится ужин, если только принц не созовет всех на очередное совещание, он вернется к себе и уснет как убитый.