Гражданская война на с?веро-запад? Россіи
Шрифт:
Такъ налаживалась новая гражданская жизнь по рецепту и при содйствіи гг. Кузьминыхъ-Караваевыхъ, Карташевыхъ и К-о, примнительно къ положенію «объ оккупированныхъ мстностяхъ»!
«Въ области земельныхъ отношеній «хомутовщина», — продолжаетъ П. А. Богдановъ, — принесла ту же прямолинейность и ясность, что и въ области гражданскаго строительства: возстановить помщичій строй при посредств будочника Мымрецова… Основа земельной политики періода «хомутовщины» достаточно ярко вырисовывается изъ двухъ приказовъ, слдовавшихъ одинъ за другимъ. Въ нихъ цликомъ выявились тенденціи власти. Они бросили деревню въ лапы военной юстиціи. Они нанесли страшный ударъ «блому движенію», заставивъ вначал насторожиться, а позже отвернуться вовсе отъ него широкія крестьянскія массы».
Приказы эти — № 12 отъ 17 іюня и 13 отъ 19 іюня 1919 г. [53] Они кратки и красочны (см. приложенія).
«Приказъ № 12, — говоритъ Богдановъ, — пытается разршить post factum вопросъ о переход движимости отъ однихъ лицъ къ другимъ за время, революціи; въ частности — вопросъ о живомъ и мертвомъ инвентар сельскихъ хозяйствъ. Приказъ № 13 «О временномъ пользованіи землею» указываетъ что окончательное ршеніе земельнаго вопроса будетъ дано «имющимъ быть созваннымъ Россійскимъ Всенароднымъ собраніемъ». Для того, чтобы уяснить себ, чего добивались Родзянко и Хомутовъ изданіемъ приказа № 12, надо, хотя бы бгло всмотрться въ т пертурбаціи, что произошли съ движимостью вообще, и въ частности съ сельско-хозяйственнымъ живымъ и мертвымъ инвентаремъ за истекшіе годы.
А произошло въ общихъ чертахъ слдующее. Въ городахъ движимость въ части своей рядомъ декретовъ центральныхъ органовъ совтской власти, равно и распоряженіемъ органовъ мстной власти, перешла отъ собственниковъ въ распоряженіе учрежденій и лицъ, никакихъ правъ по до-революціоннымъ законамъ на нее поимвшимъ, при чемъ нкоторые акты перехода уже имли за собой полуторалтнюю давность. Напримръ, вся жилищная обстановка распоряженіемъ жилищныхъ отдловъ горисполкомовъ была взята на учетъ и перераспредлялась приказами этихъ отдловъ. Цлый рядъ товаровъ, находившихся въ распоряженіи частныхъ торговцевъ, былъ взятъ на учетъ продкомами и распредленъ черезъ кооперативныя организаціи, коммунальныя столовыя, пріюты и т. д. среди населенія. Само собой разумется, что отпускъ товаровъ кооперативамъ производился за деньги, равно и кооперативы ихъ продавали населенію также за деньги. Въ сельскихъ мстностяхъ переходъ недвижимости былъ еще сложне. Тамъ онъ начался сразу посл февраля 1917 году, когда по Россіи, правда въ меньшихъ размрахъ, чмъ въ 1905 году, прокатилась волна погромовъ помщичьихъ имній, въ результат которыхъ часть движимости перешла къ новымъ владльцамъ. Въ дальнйшемъ сельско-хозяйственный живой и мертвый инвентарь распоряженіемъ земельныхъ комитетовъ періода временнаго правительства, а позже большевистскихъ земельныхъ органовъ, распредлялся, перераспредлялся и опять распредлялся въ самыхъ разнообразныхъ и запутанныхъ формахъ. Эти перетасовки коснулись не только имній, вн зависимости отъ того, кому они принадлежали, но и отдльныхъ крестьянскихъ хозяйствъ. Достаточно вспомнить учетъ и распредленіе сельско-хозяйственныхъ машинъ и орудій, въ силу котораго плугъ одного двора поступилъ во временное пользованіе другого, часто взамнъ другого орудія. Корова перекочевывала на другой конецъ волости и оттуда, въ порядк купли продажи, переходила дальше. Наконецъ, что самое главное, въ процессъ всякихъ перераспредленій была втянута вся сельская Россія, въ частности все сверо-западное крестьянство, и положеніе это длилось къ приходу блыхъ уже два съ лишкомъ года.
И вотъ творцы приказа № 12 ршили однимъ росчеркомъ пера, въ условіяхъ гражданской войны, возстановить положеніе вещей, бывшее до революціи, въ срокъ, котораго недостаточно было на то, чтобы довести приказъ до всеобщаго свднія.
«Всмъ лицамъ, захватившимъ самовольно и незаконно, или получившимъ отъ большевистскихъ (коммунистическихъ). властей чужое движимое имущество… вмняется въ обязанность въ теченіе десяти дней со дня опубликованія сего постановленія, вернуть таковое имущество собственникамъ или владльцамъ…» Да еще при перспектив попасть подъ военный судъ, результаты дятельности котораго такъ красочно демонстрировались во всей области: въ Гдов у дома городского головы, въ Ямбург — на площади, въ деревняхъ на первомъ попавшемся суку.
Гд органы, вдающіе процессомъ передачи? Каковъ порядокъ передачи? Какъ опредлить что «мое», а что «чужое»? Каковы дальнйшія послдствія факта возврата? Вотъ т первые недоумнные вопросы, что встали передъ крестьянствомъ. А за ними всми стояла угроза военнымъ судомъ и боязнь доносовъ на основаніи пункта 3-го приказа № 12. Приказъ № 12 бросилъ земледльческое населеніе въ лапы междоусобицы, сведенія личныхъ счетовъ, далъ почву для мести и благопріятную обстановку для ловцовъ рыбки въ мутной вод.
Результаты не замедлили сказаться: у комендантовъ въ волостяхъ и уздахъ появились сотни длъ «о возврат самовольно захваченнаго», при чемъ, какъ общее правило, проситель, кром захвата, инкриминировалъ захватчику и «сочувствіе» или «принадлежность» къ коммунистамъ. Первыми стали пользоваться приказомъ № 12, какъ базой для своихъ исковъ о «возврат», бывшіе помщики и крупные земельные собственники. Тюрьмы наполнились задержанными «впредь до выясненія», при чемъ «выясненіе», длилось мсяцами и дло не выяснялось, а еще боле запутывалось. Сотни лицъ бы л и. казнены. «Усмотрніе» комендантовъ всяческаго ранга получило для себя богатую почву.
Если приказъ № 12 чернымъ по блому «вмнялъ въ обязанность» возвратить все движимое имущество прежнему владльцу, то приказъ № 13 пытается вернуть и землю «прежнему владльцу», то-есть возстановить старое помщичье землевладніе.
Выше мы говорили, что. къ маю 1919 года вс безъ исключенія земли, живой и мертвый инвентарь были въ распоряженіи крестьянъ и органовъ совтской власти, при чемъ переходъ земель происходилъ двояко: явочнымъ (захватнымъ) порядкомъ и черезъ агентовъ совтской власти. Другими словами, помщичье землевладніе и вообще землевладніе крупное въ прежнемъ, до-революціонномъ вид его, существовать перестало. При этомъ, какъ общее правило, частновладльческія земли, въ томъ числ и помщичьи, оказались въ вдніи земотдловъ, или всевозможныхъ артелей (сельскохоз. коммуны, артели, коллективы и пр.), сложившихся главнымъ образомъ изъ батрацкихъ элементовъ деревни. Надльные крестьяне, то есть громадное большинство деревни, за нкоторыми небольшими исключеніями, не увеличило площади своего землевладнія — и варилось въ своемъ собственномъ соку, передляя свои же надльныя земли, живя мечтою, какъ и до революціи, расширить площадь своего владнія за счетъ всевозможныхъ «совхозовъ».
Нсколько иначе дло обстояло съ землями непахотными (покосъ, выгонъ) бывшихъ частныхъ владльцевъ. Они, какъ общее правило, всевозможными распоряженіями земотдловъ были переданы во временное пользованіе (обычно на одно лто), какъ отдльнымъ крестьянамъ, такъ и цлымъ деревнямъ, часто съ извстнымъ обложеніемъ въ пользу земотдловъ. Но, повторяемъ, общая картина земельныхъ отношеній отъ этихъ передачъ не мнялась: землею распоряжались крестьяне или органы совтской власти.
Приходъ блыхъ измнилъ эту картину только въ одной ея части — органовъ совтской власти не стало. Часть земель осталась безпризорными (бывш. сов. хозяйства, земли показат. значенія и т. д.)
Само собою разумется, измнилась психологія крестьянскихъ массъ: они насторожились, ожидая новой земельной политики, готовые или цликомъ пойти за блыми, или отвернуться отъ нихъ, если блые не сумютъ правильно понять ихъ чаянія.
Чаянія крестьянства учтены не были. Творцы приказа № 13 вполн недвусмысленно съ солдатской прямолинейностью заявили, что на мсто отпавшихъ органовъ совтской власти должны стать прежніе ея владльцы (то есть помщикъ, крупный земельный собственникъ, церковь, монастырь и проч.), которымъ и должна уплачиваться аренда за, землю (п. 3 приказа), при чемъ его постарались сейчасъ же распространить на всхъ «гражданъ», которымъ было разршено собрать въ 1019 году урожай на обработанныхъ и занятыхъ ими земляхъ (п. 1 приказа). Пунктомъ 4-мъ прежнему владльцу возвращалась «усадьба, то есть жилой домъ съ необходимыми постройками и площадь, занятая садомъ и огородомъ». Покосы также (п. 8-й). Другими словами, частный владлецъ по приказу № 13 возстанавливался полностью: за пахотную землю получаетъ аренду (большаго творцы приказа здсь сдлать не могли, ибо земли были обработаны и засяны); усадьба поступаетъ въ его полное распоряженіе; не-пахотными угодіями онъ распоряжается по своему усмотрнію (хочетъ сдаетъ, хочетъ не сдаетъ въ аренду). Наконецъ, приказомъ № 12 ему дается право получить обратно живой и мертвый сельскохозяйственный инвентарь.
Такъ разршался приказомъ № 13 вопросъ о частновладльческихъ земляхъ. Но этого мало; пунктъ 5 и 6 бросили камень раздора и въ самую толщу деревни запрещеніемъ передловъ на будущее время и признаніемъ недйствительными уже произведенныхъ передловъ… Отмна переверстки и перспектива возврата къ исходному положенію поднимали вновь уже изжитую однажды распрю, заставляли сломать чуть ли не весь, а мстами и весь свооборотъ. Нельзя обойти молчаніемъ и общій духъ приказа — ясно выраженную тенденцію возвратить прежнія дореволюціонныя формы земельныхъ отношеній, возродивъ частновладльческое землевладніе, загнавъ мужика въ прежнія рамки своихъ надловъ.
Практика примненія приказа № 13 дала не мене плачевные результаты, чмъ примненіе приказа № 12. Наиболе ретивые изъ господъ частныхъ владльцевъ стали требовать выселенія изъ имній засвшихъ тамъ бывшихъ батраковъ и малоземельныхъ крестьянъ со всмъ ихъ сельско-хозяйственнымъ скарбомъ и передачи бывшихъ имній по принадлежности. Вс безъ исключенія частные владльцы пожелали получить аренду за пахотныя, выгонныя и покосныя земли. Многіе стали добиваться аренды не только впередъ за 1919-20 гг., но и за годы революціи, когда никакихъ уплатъ не производилось. Появился рядъ длъ, связанныхъ съ желаніемъ или нежеланіемъ отдльныхъ хозяевъ и цлыхъ, селеній удовлетворить такого рода претензіи. Не замедлили сказаться и любители легкой наживы, — вымогатели и шантажисты, за счетъ нежеланія мужика судиться у военно-полевой юстиціи. Канцеляріи комендантовъ и земельныхъ органовъ оказались заваленными новыми длами. На деревню посыпались доносы, дознанія, аресты съ вызовами за десятки верстъ, обиваніемъ пороговъ, потерею рабочаго — времени, обвиненіями въ сочувствіи или принадлежности къ коммунистамъ, приводившими иногда обвиняемыхъ къ смертной казни.»
53
Какое отношеніе къ творчеству приказовъ № 12 и 13 имло Политическое Совщаніе — неизвстно, но оно обязано было знать о нихъ и несомннно знало.
Я нарочно привелъ эту длинную цитату изъ записки П. А. Богданова. Многое изъ того, о чемъ писалось въ записк, ему хорошо было извстно, какъ человку, еще вчера только вышедшему изъ этой среды.
Вредные приказы немедленно же поддерживаются еще боле вредной дятельностью знаменитаго Маркова II.
Въ книг приказовъ по военно-гражданскому управленію отъ 17 іюня 1919 года № 11, § 4 за подписью гвардіи полковника Хомутова значится слдующая запись: «Командируется оберъ-офицеръ для порученій штабсъ-капитанъ Левъ Черняковъ по дламъ службы въ объздъ территоріи отдльнаго корпуса Св. Арміи». Подъ офицерскимъ чиномъ и чужой фамиліей счелъ необходимымъ укрыться Марковъ II, одно присутствіе котораго тутъ лучше всего свидтельствовало о физіономіи главнаго штаба ген. Родзянко и его пресловутаго военно-гражданскаго управленія. Очевидно, здсь считали методы г-на Маркова вовсе не изжитыми и настолько, что вскор, если не ошибаюсь, посл его знаменитой командировки по «оккупированной» области, гор. Ямбургъ обогащается опредленно погромной и черносотенной газетой «Блый Крестъ». Для названія газеты берется та же эмблема, которой, согласно приказа того же самаго гвардіи полковника отъ 24 іюня 1919 года (№ 15, § 2), покрываются лвые рукава шинелей всхъ офицеровъ и военныхъ чиновниковъ арміи. Редакція газеты водворяется въ самомъ помщеніи военно-гражданскаго управленія, что впослдствіи безъ всякаго труда при первомъ осмотр канцеляріи и бумагъ констатируетъ преемникъ Хомутова К. А. Александровъ. Вполн основательно не довряя эстонцамъ, газету распространяютъ только на своей территоріи съ помощью развозящихъ при «служебной командировк» офицеровъ-марковцевъ. Газету усиленно навязываютъ во Псков, Гдов, Ямбург, лзутъ съ ней по деревнямъ.
Одновременно съ Валяй-Марковымъ, совершившимъ свою инспекторско-агитаціонную поздку по области, во второй половин іюня на фронтъ вызжалъ членъ Русскаго Совта М. М. Филиппео. Картина оказалась неприглядной. Офицеры жаловались на то, что жалованья не платятъ, продовольствія мало, нтъ порядка, спекуляція, взятки. Общее впечатлніе о настроеніи военныхъ верховъ — черносотенство, «жидъ» и «коммунистъ» — синонимы. «Демократическіе принципы, которымъ врна Антанта» служили здсь только для вншняго употребленія, когда нужно было подбрасывать прокламаціи краснымъ. Впрочемъ, рога господъ Марковыхъ въ каждой такой прокламаціи просвчивали довольно явственно: «жиды» и «учредительное собраніе» причудливо переплетались между собою въ листовкахъ «штаба блой арміи». Вотъ одна изъ такихъ характерныхъ прокламацій, выпущенныхъ лтомъ 1919 года, значащаяся въ числ присланныхъ при отношеніи начальника военно-цензурнаго отдла штаба Сверо-Зап. Арміи отъ 20 сентября 1919 года за № 82 на имя открывшагося при министерств внутреннихъ длъ Св. Зап. Правит. отдла пропаганды.
КРАСНЫЕ ОФИЦЕРЫ и СОЛДАТЫ!
За что вы боретесь и за что мы подняли оружіе?
Вы боретесь за комиссародержавіе, за лживую власть Апфельбаумовъ (Зиновьевъ), Бронштейновъ (Троцкій), Нахамкесовъ (Стекловъ), Розенфельдовъ (Каменевъ), Калининыхъ, Петерсовъ, которымъ не дорога наша Родина и нуженъ одинъ лишь позоръ ея.
Мы боремся за Учредительное Собраніе, за всенародный и свободный выборъ любящихъ родину людей, у которыхъ одна мысль и одно сердце съ народомъ.
Вы боретесь за интернаціоналъ, за то, чтобы Русскими природными богатствами могли распоряжаться не русскіе, а всякіе проходимцы — Бронштейны, Нахамкесы и Рабиновичи, называющіе себя Троцкими, Петровыми, Стекловыми и Сидоровыми.
Мы возстанавливаемъ Національное Единство и національное хозяйство, чтобы хозяиномъ земли Русской и ея неисчерпаемыхъ богатствъ сталъ самъ народъ Русскій, и чтобы никто другой, а самъ онъ воспользовался тмъ, что даетъ ему его Родная Земля.
Вы насаждаете коммуны, которыя даютъ возможность лнтяямъ и тунеядцамъ пользоваться плодами трудящихся рукъ.
Мы отстаиваемъ право собственности. Всякій иметъ право на то, что ему законно принадлежитъ; всякій иметъ право пріобртать честнымъ трудомъ то, чего ему не достаетъ. Всякій долженъ имть право свободно распоряжаться тмъ, что онъ добылъ трудами своими.
Вы разрушаете церкви и уничтожаете православную религію. Отнятіе святыхъ иконъ у школьниковъ, превращеніе христіанскихъ церквей въ театры, клубы и кинематографы, разстрлы священниковъ, насильственная мобилизація духовныхъ лицъ въ красную армію, запрещеніе общественныхъ молебствій и крестныхъ ходовъ, оскверненіе святыхъ мощей, не издвательство ли это надъ тмъ, что столь дорого врующему сердцу русскаго человка?
Мы возстанавливаемъ поруганную религію и полуразрушенные храмы. Пусть съ прежней силой засіяетъ въ душ русскаго народа вра въ Христа и въ Его Святую церковь. И пусть каждый врующій свободно оснитъ себя крестнымъ знаменемъ и помолится за спасеніе погибающей Родины, ибо великъ Богъ земли русской.
Вы отстаиваете наглый произволъ и гнусное насиліе большевиковъ, комиссаровъ и ихъ наемниковъ — китайцевъ, латышей и коммунистовъ. Защищая ихъ, вы даете имъ возможность разстрливать, грабить и истязать вашихъ же братьевъ, сыновъ, отцовъ, женъ безъ всякаго суда и слдствія.
Намъ сопутствуетъ полное покровительство закона. Законъ — равный для всхъ и вс равны передъ закономъ. За преступленія — всмъ одинаковое наказаніе. Мы возстанавливаемъ уничтоженную свободу мысли и печати. Свободная печать должна открыть глаза народу на вс злоупотребленія теперешнихъ совтскихъ властителей.
Вы втянуты въ безконечную войну со всмъ міромъ. Троцкіе и Зиновьевы хотятъ затопить всю землю въ братской крови. Они натравливаютъ рабочихъ на крестьянъ, крестьянъ — на рабочихъ, сыновъ на отцовъ и отцовъ на сыновъ.
Мы несемъ миръ земл Русской. Немедленно посл сверженія пропитанной кровью Русскихъ людей большевистской власти должна быть возстановлена свобода мирнаго труда. Довольно уже наши поля обагрялись русской кровью по вин проходимцевъ, у которыхъ нтъ своего отечества. Пусть же вся пролитая ими кровь русская падетъ на ихъ голову. Пора теб, Русскій человкъ, послдній разъ взяться за оружіе и, свергнувъ иго красныхъ палачей, окончательно вернуться къ домашнему очагу и мирному труду. Съ нами хлбъ, съ нами миръ, и хозяинъ земли Русской — УЧРЕДИТЕЛЬНОЕ СОБРАНІЕ.
ШТАБЪ БЛОЙ АРМІИ.
Кое въ чемъ изъ внутренней политики пришлось все таки уступить. Досаждалъ время отъ времени Ревельскій Русскій Совтъ, съ другой стороны, къ уступкамъ вынуждала сложившаяся фактическая обстановка. Въ пику Балаховичу и для поднятія собственнаго авторитета, во Псков допустили функціонированіе городской думы временъ кн. Львова, а въ Ямбург функціонированіе земства, потому что пользующійся огромнымъ вляніемъ въ этомъ узд бывшій членъ послдней государственной думы И. Т. Евсевъ такъ же, какъ и Ф. Г. Эйшинскій во Псков, не пожелалъ занять должность предсдателя земской управы по назначенію.
Но это были лишь островки въ мор произвола и усмотрнія. Общественность явно не пользовалась фаворомъ. Если во Псков, при встрч съ предсдателемъ думы, ген. Родзянко лепеталъ еще что-то объ «учредительномъ собраніи», то здсь, у себя дома — въ Нарв, Ямбург и Гдов — онъ встрчалъ общественныхъ дятелей, какъ городничій купцовъ въ «Ревизор».
«Пришла какъ-то въ конц іюня, — разсказывалъ Е. К. Шульцъ, — депутація отъ Русскаго Совта къ ген. Родзянко. Выходитъ онъ, запоздавъ въ залъ, и говоритъ: «Ну и жара же… (слдуетъ непечатная брань), а вы что здсь?» — обращаясь къ депутаціи, — «а, Ивановцы! Что это Ивановъ во Псков длаетъ, хороводится съ Балаховичемъ, я его распустилъ. Хватайте Иванова за… (опять непечатное указаніе) и повсьте его, а Балаховича я самъ разстрляю. Онъ не военный человкъ, онъ — ксендзъ-расстрига, онъ разбойникъ. Когда понадобится, я его разстрляю…»
Сидя во Псков, окруженный своими врными ушкуйниками, Балаховичъ только посмивался надъ такими угрозами, но по отношенію къ подданнымъ въ воеводств самого Родзянко подобныя угрозы, произносимыя на каждомъ шагу, не были пустыми словами. Разстрливалъ ли кого нибудь собственноручно ген. Родзянко — мн не доводилось слышать, но постоянное злоупотребленіе этой угрозой дйствовало самымъ растлвающимъ образомъ на его подчиненныхъ. Стоглавая гидра комендантовъ распоясалась, что называется, во всю. Военно-полевой судъ, подчиненный комендантамъ, работалъ съ молніеносной быстротой. Заподозрнныхъ въ коммунизм вшали, разстрливали, а оставшееся имущество «конфисковывали». Вотъ нсколько иллюстрацій.
Секретно.
КОПІЯ.
25 іюля 1919 г.
№ 1645/к.
Главному Начальнику Тыла С. 3. Арміи.
Доношу Вашему Превосходительству, что въ производств Контръ-Развдывательнаго пункта № 2 ввреннаго мн Отдленія находилось дознаніе о Петр МИХАЙЛОВСКОМЪ, состоявшемъ управляющимъ имнія «Георгіевскъ», Ямбургскаго узда, принадлежащаго предводителю дворянства названнаго узда, графу СИВЕРСУ. Къ этому дознанію было присоединено другое дознаніе, возникшее къ этому же пункту объ Иван КАТТЕЛ.
Какъ МИХАЙЛОВСКІЙ, такъ и КАТТЕЛЬ привлекались къ дознанію въ виду того, что противъ нихъ было возбуждено обвиненіе въ прикосновенности къ большевизму или коммунизму. Однако, при разслдованіи, производившій таковое Начальникъ К.-Р. пункта № 2, призналъ обвиненіе МИХАЙЛОВСКАГО и КАТТЕЛЯ недоказаннымъ. Вмст съ тмъ, усмотрвъ изъ обстоятельствъ дла, что на Михайловскаго и Каттеля падаетъ обвиненіе въ расхищеніи разнаго имущества, принадлежавшаго владльцу имнія «Георгіевскъ», а на Михайловскаго сверхъ того и обвиненіе въ именованіи себя неприсвоеннымъ ему званіемъ офицера, препроводилъ оба дла, черезъ Ямбургскаго Узднаго Коменданта, Военному прокурору Военнаго Суда С.-З. Арміи на томъ основаніи, что производство разслдованій и дознаній по дламъ, подсуднымъ Военному Суду, въ кругъ вднія Контръ-Развдки не входитъ.
Военный Прокуроръ, однако, не нашелъ возможнымъ обратить дла о Михайловскомъ и Каттел къ производству предварительнаго слдствія, — въ виду полной неопредленности и противорчивости свидтельскихъ показаній относітельно существа предъявленныхъ къ Михайловскому и Каттелю обвиненій, и дла о нихъ возвратилъ обратно Ямбургскому Областному Коменданту. Такое направленіе дла, но моему мннію, не представляется правильнымъ, такъ какъ усмотрнныя Военнымъ Прокуроромъ въ актахъ дознанія неопредленность и противорчіе въ свидтельскихъ показаніяхъ предоставляли ему по закону право для устраненія таковыхъ и выясненія существа обвиненій, подсудныхъ суду, предложить полиціи произвести по этимъ дламъ тщательное дознаніе подъ наблюденіемъ лица прокурорскаго надзора.
Комендантъ, получивъ отъ Военнаго Прокурора дознаніе о Михайловскомъ и Каттел, на предварительномъ отношеніи Военнаго Прокурора, при которомъ препровождались оба дла, положилъ резолюцію въ отношеніи одного только МИХАЙЛОВСКАГО, отдавъ распоряженіе о преданіи его военно-полевому суду за присвоеніе непринадлежащаго ему офицерскаго званія, хотя до настоящаго времени еще не издано обязательнаго постановленія о передач длъ по такого рода обвиненіямъ на разсмотрніе военно-полевыхъ судовъ.
Военно-полевой судъ, какъ это видно изъ протокола его засданія, вошелъ въ обсужденіе вопроса о виновности МИХАЙЛОВСКАГО не только въ томъ проступк, за который онъ былъ преданъ суду, но вошелъ и въ обсужденіе еще и обвиненія въ тхъ преступленіяхъ, за которыя Михайловскій даже и не былъ преданъ суду, а именно: обвиненія въ поддержк Совтской власти и въ расхищеніи довреннаго ему имущества.
Въ какомъ порядк, кмъ и за какое преступленіе былъ преданъ Военно-Полевому суду Каттель, — изъ дла не видно, но изъ протокола засданія Военно-Полевого суда усматривается, что военно-полевой судъ судилъ Каттеля за принадлежность къ партіи коммунистовъ и также за расхищеніе довреннаго ему имущества.
МИХАЙЛОВСКІЙ и КАТТЕЛЬ признаны судомъ виновными и приговорены къ смертной казни черезъ повшеніе. Приговоръ въ отношеніи ихъ приведенъ въ исполненіе.
Обсуждая обстоятельства дла о Михайловскомъ и Каттел, я считаю необходимымъ обратить вниманіе на то, что Михайловскій являлся лицомъ, уполномоченнымъ владльцемъ имнія «Георгіевскъ» на управленіе имніемъ нотаріальной довренностью, при чемъ въ силу русскихъ законовъ, дйствовавшихъ до 27 октября 1917 г., и неоднократныхъ разъясненій Правительствующаго Сената, могъ быть привлеченъ къ отвтственности за растрату ввреннаго ему имущества только по жалоб потерпвшаго или его законныхъ представителей и не иначе, какъ посл признанія надлежащимъ судомъ гражданскимъ того обстоятельства, что онъ переступилъ предлы данной довренности. Въ обстоятельствахъ дла о Михайловскомъ можно почерпнуть указанія на то, что дятельность Михайловскаго, во время господства большевиковъ въ Ямбургскомъ узд, могла быть объяснена его желаніемъ сохранить для своего доврителя принадлежащее послднему имущество. Поэтому сужденіе Михайловскаго за расхищеніе ввреннаго его управленію имущества безъ допроса того лица, которое его уполномочило на управленіе этимъ имуществомъ, или безъ допроса законныхъ представителей такого лица, представляется существеннйшимъ нарушеніемъ правомрности. (Эти лица на дознаніи не были допрошены, такъ какъ для цлей Контръ-Развдки допросъ ихъ представлялся излишнимъ).
По тмъ же основаніямъ, какія приведены въ отношеніи Михайловскаго, представляется неправомрнымъ й сужденіе Каттеля военно-полевымъ судомъ за расхищеніе имущества, такъ какъ въ такомъ дяніи онъ обвинялся, какъ соучастникъ Михайловскаго.
Обвиненіе Михайловскаго въ именованіи себя неприсвоеннымъ ему офицерскимъ званіемъ составляетъ проступокъ, предусмотрнный 1416 ст. Улож. Нак., и влечетъ за собой наказаніе штрафъ или кратковременный арестъ. Отвтственность за такое дяніе, съ начала войны до 1917 г. включительно, по постановленіямъ Командующаго Арміями фронта, на основаніи 417 ст. Положенія о военно-полевомъ управленіи войскъ въ военное время, была усилена, въ виду чего и наказаніе за этотъ проступокъ было повышено до отдачи въ исправительныя арестантскія отдленія на 1 г. 4 м. съ лишеніемъ правъ. Временнымъ же правительствомъ были отмнены вс постановленія высшихъ командующихъ лицъ, изданныхъ въ порядк упомянутой 417 ст. въ цляхъ повышенія наказанія.
Такимъ образомъ для усиленія наказанія за именованіе себя непринадлежащимъ офицерскимъ званіемъ было необходимо согласно 417 ст. Положенія военно-полевого Управленія войскъ въ военное время, чтобы, до совершенія Михайловскимъ этого проступка, Командующимъ Арміей былъ изданъ приказъ объ усиленіи наказанія за такое дяніе и чтобы этотъ приказъ былъ предварительно объявленъ для всеобщаго свднія установленнымъ порядкомъ.
На основаніи изложеннаго, находя, что преданіе Михайловскаго военно-полевому суду за присвоеніе непринадлежащаго ему офицерскаго званія, а затмъ сужденіе его военно-полевымъ судомъ за т дянія, за которыя онъ вовсе не былъ преданъ военно-полевому суду, заключаютъ въ себ указанія на признаки незакономрныхъ дйствій Ямбургскаго областного коменданта и назначеннаго имъ военно-полевого суда, считаю необходимымъ довести объ этомъ до свднія Вашего Превосходительства.
Равнымъ образомъ, по моему мннію, является неправомрнымъ и сужденіе военно-полевымъ судомъ Каттеля за принадлежность къ партіи коммунистовъ и расхищеніе довреннаго ему имущества, тмъ боле, что ни въ дл о самомъ Каттел, ни въ дл о Михайловскомъ, къ которому дло Каттеля было присоединено, не содержится никакихъ указаній на то, состоялось ли вообще преданіе Каттеля военно-полевому суду и если состоялось, то кто предалъ его военно-полевому суду и за какія именно преступныя дянія.
КОЛЛЕЖСКІЙ СОВТНИКЪ (подпись).
Длопроизводитель: Титулярный совтникъ (подпись).
Съ подлиннымъ врно: Длопроизводитель Титулярный совтникъ (подпись).
Михайловскій и Каттель были не простые мужики или безвстные городскіе обыватели. За нихъ усиленно всюду хлопотали, дло о нихъ дошло (хотя, увы, посл ихъ смерти) даже до самого начальника тыла св.-зап. арміи. Иначе происходила расправа по волостямъ съ такъ-называемой мелкой сошкой. Беру на выдержку одно, два изъ самыхъ рядовыхъ распоряженій узднаго коменданта по Мошковской волости, Гдовскаго узда.
УПРАВЛЕНІЕ КОМЕНДАНТА
Коменданту Мошковской волости.
Гдовскаго Узда.
По части Строевой.
№ 7074.
3 іюля 1919 года.
Гдовъ, Петроград. губ.
Фельдшера разршаю оставить, а лицъ подозрительныхъ и возбудившихъ населеніе арестовывайте и представляйте ко мн. По постановленію Военно-Полевого Суда уже разстрляно 6 человкъ.
Уздный комендантъ Гв. Полковникъ (подпись).
Временно исп. обяз. Адъютанта Прапорщикъ (подпись).
УПРАВЛЕНІЕ КОМЕНДАНТА
Коменданту Мошковской волости.
Гдовскаго Узда.
По части Судной.
№ 675.
31 іюля 1819 года.
Гдовъ, Петр. губ.
По постановленію Военно-Полевого Суда граждане: дер. Дымоколь, Мошковской волости, Семенъ Калинъ повшенъ, дер. Зуевицъ той же волости Константинъ Германовъ разстрлянъ, а потому предписываю Вамъ конфисковать ихъ имущество, оставивъ для ихъ семьи самое необходимое для прожитія.
Уздный комендантъ Гв. Полковникъ (подпись).
Длопроизводитель Судной части Губ. Секретарь (подпись).