Чтение онлайн

– И что это такое? То, что на нас смотрело?

– Я не знаю. Но оно существует на самом деле. Его называют Хозяином. Или Духом Леса - кому как нравится. Я думаю - это сам лес принимает человеческий облик, чтобы посмотреть на нас нашими глазами.

– Макс, ты меня пугаешь!
– Я пододвинулась своей изогнутой спиной ближе к его животу.
– Придётся мне остаться у тебя ночевать: вдруг на обратном пути меня кто-нибудь съест!

После некоторого колебания он всё же обнял меня, но так, для вида, лишь бы угомонилась.

– В лесу надо бояться диких животных и диких людей. Это всё. Остальное, даже если мы не совсем представляем, что это такое, способно только пугать. И притворяться человеком.

– А на что это было похоже?
– спросила я вдруг, вспомнив странную фигуру.
– Ну, то, что видел ты?

И тут же пожалела, что спросила.

– На меня, - ответил Макс, уставившись глазами в одну точку.
– А ещё на моих мёртвых знакомых.

– Ты шутишь, наверное, - сказала я, отстранившись.
– Я просто маленькая девочка, не забывай. Если у тебя нет настроения, я лучше пойду.

Макс не шевельнулся, хотя одевалась я долго. Не нарочно, просто трясущиеся руки никак не хотели попадать в рукава. Эта его неподвижность и не понравилась мне больше всего. Не бредовые слова о том, что морозный ночной лес может принимать чужой облик и наблюдать за людьми, не пустые, безразличные интонации. А его лицо, превратившееся в маску. Ведь сам факт того, что лицо может превратиться в маску, пугает.

– Уже уходишь?

– А что - можно остаться?
– ответила я, застыв в неловкой позе: голова в тамбуре, остальное тело в палатке.

– Задержись немного, - сказал он, втаскивая меня обратно, роняя на спальники и целуя в губы. К счастью, это продолжалось недолго, потому, что при всём желании я не смогла ответить ему с той же страстью. У него даже язык был холодным, а губы - вообще ледяными.

– Что с тобой?
– снова прошептала я.

– Что-что, - передразнил он меня.
– Эхо войны. А то я не слышал, как вы меня между собой называете: "Контуженый".

– Не знаю, откуда ты это взял, но положи обратно, - строго сказала я.
– Мы все зовём тебя только Палыч, и никак иначе. У тебя что, голова болит?

– Болит немного, - признался он.
– Но не из-за контузии.

– Слушай, можно я выкину эту твою книжку?
– попросила я. Даже закинутая в угол и замотанная в спальник, она внушала какое-то запредельное отвращение, словно дохлая змея.
– Она меня раздражает. И потом, читать при таком свете вредно: вот голова и болит.

– Стоит пустить женщину в дом, и она начинает наводить свои порядки, - усмехнулся Макс - Она не моя, а Андрюши.

– Что за Андрюша? Расскажи... Хотя нет, не хочу ничего знать. Просто выкинь эту гадость - и всё. Хотя нет - расскажи.

– Эта история не для детских ушей.

– Эта гадость.
– Я брезгливо подняла мизинец, показывая на мерзкую книжонку.
– И тот мужик на холме. Они что, как-то связаны, что ли?

– Ты же знаешь, Лиса, в какой организации я служил?
– сказал Макс после недолгого молчания.
– Вот и Андрюша служил там же. А познакомились мы в... В одной гордой республике, которая никак не желала понять, что она - субъект Федерации. Ну, как познакомились - скорее мне его показали. Он к этому времени был уже овощ. Даже не узнавал никого.

– Из-за ранения?
– осторожно спросила я.

– Из-за водки. Когда я приехал в командировку, Андрюша был уже на последней стадии. Мог в душе, извиняюсь, на полу навалить, подтереться трусами и повесить их на крючок в раздевалке.

– Что же у вас таких никчёмных в ряды набирают?

– Всяких набирают. Люди, они не железные. А этого просто всё достало. Понял он, что ошибку совершил, когда сюда приехал, что по кабакам агентуру искать - оно спокойней. Стал Андрюша домой проситься, а его не пустили: это же не пионерлагерь. Намекнули: если что-то не нравится, клади рапорт на стол. Вот у него в головёнке что-то и сломалось.

– Сильно?

– Сначала он начал косячить, нарочно, чтобы его домой отправили. За это ему люлей навешали, физически - для повышения квалификации. Суд офицерской чести, так сказать. После этого у него вообще из рук всё стало валиться, и стал он очень странный. Ну, а про ручки - это вообще анекдот!

– А что про ручки?
– спросила я, выбравшись из-под руки. Если лежать там дальше, то можно пригреться и уснуть. Лучше уж сесть, в своей любимой позе: обняв колени руками.

– У Андрюши каждый день пропадали ручки. И каждый день он у кого-нибудь спрашивал новую. Мужики уже начали подшучивать: мол, какой ты опер без ручки? Как кобель без сучки. Потом надоело. Скинулись, и купили Андрюше на рынке целую коробку этих ручек. И что ты думаешь, хватило их только на месяц! Стали думать - куда же он их девает?

– Нашли?

– Нашли. Санёк Яшкин случайно телефон уронил в... Ну, представляешь, как устроены удобства на улице? Оказывается, этот Андрюша садился на горшок, отрывал бумажку и подписывал - "52", к примеру. Потом подтирался, заворачивал в бумажку ручку и кидал в дырку. Отмечал, так сказать, каждый прожитый день. Короче там, внизу, все ручки и оказались.

– Господи, - поморщилась я, пытаясь прогнать возникшую перед глазами картину.
– Так вот почему в этой книжке страниц не хватает...

– Когда об этом узнал товарищ подполковник, то приказал Андрюшу никуда не брать. Сказал - пускай дела подшивает. Андрюша посидел денёк, поподшивал, да и запил, по-чёрному. Дошло до того, что ему стали сопровождение выделять, чтобы его местные не украли. И вот так он жил месяца три: нажрётся и лежит эту самую книжку читает, пока не вырубит его.

– Чувствую я - не очень хорошо это всё кончилось.

– Не очень. Подорвался он на гранате. Может, сам так захотел, а может, просто доигрался по синьке. В общем, увезли Андрюшу в цинке, а книжку эту я взял себе. Сам не знаю зачем. У меня в детстве сосед был, Генка-алкаш. И вот вздумалось ему повеситься. В общем, провисел он с месяц, пока не спохватились. Так вот - мы с уроков сбежали, чтобы посмотреть, как Генку выносят. А он чёрный, страшный, жижа какая-то с него течёт. Вроде противно, мерзко - а всё равно, интересно. Вот и здесь то же самое, наверное.

– Что в этом может быть интересного?
– скривилась я.

– Ну, например, как молодой здоровый мужик сумел сам себя сломать о коленку? Ведь причин для того, чтобы сходить с ума, у Андрюши особо не было. В общем, я решил, что всё дело в этой книжке: не зря же он от неё не отрывался. Вот и вычитал, наверное, что-то на свою голову.

Макс потянулся в угол, отчего палатка заходила ходуном. Со второй попытки он выудил красный томик из-под скомканных спальников.

– На, посмотри...