Чтение онлайн

– Так и называется - посвящение.

– А можешь рассказать какую-нибудь страшную историю? О привидениях, например...

– Лукашин, ты не в пионерлагере после отбоя, - строго сказала я.
– Ты опытный, толковый турист, да ещё и чемпион мира по многоборью! Какие, на хрен, привидения? Эти страшилки старики придумывают, чтобы молодых воспитывать. Традиции у нас такие, понял? Хотя... Была одна история...

Женя тут же вытянул свои длинные руки в предостерегающем жесте:

– Вот не надо опять впаривать про Шебуршанчика, который живёт в рюкзаке и питается варёной сгущёнкой! Марин, ну я же серьёзно...

– Всякие вещи бывают, - неторопливо сказала я, высматривая впереди знакомую опушку. Нет, отсюда не видно, надо подняться вон на тот холм.
– Я два раза в лесу ночевала, совсем одна. Так же группу догоняла.

– Правда?
– недоверчиво спросил Женя.

– Я никогда не вру. Не потому, что хорошая такая, а просто память отвратительная. Забываю, кому что соврала.
– Подобранная мной на дороге шишка полетела в лукашинскую грудь, которая покорно приняла удар.

– И как оно - одной ночевать в лесу?

– Чувствуешь себя одинокой маленькой девочкой в чужом доме. Прямо как Маша у медведей. Лес - он живой, понимаешь? Шорохи, скрипы, тени какие-то бродят, бубнят, а наведёшь фонарик - нет никого. Лежишь в палатке и уговариваешь себя: не бойся, это просто мыши в листьях возятся. А вот это выпь на болоте крикнула. А вот этот шёпот за стенкой - никакой не шёпот, а просто веточка трётся о тент. Хотя знаешь, что нет никакой веточки: до ближайшего дерева даже штормовка не дотянулась... Это шнурки такие длинные, на палатке.

Холм оказался достаточно крутым, и мне пришлось замолчать, чтобы сберечь силы. Идущий сзади Лукашин тоже стиснул зубы, и некоторое время я слышала только упрямое свистящее дыхание. Но как только подъём стал более пологим, он прокомментировал:

– Да, жутковато. Но такие вещи очень легко можно объяснить. Это просто страх, вот и всё.

– Есть такой персонаж, как ты говоришь, фольклорный, - тяжело отдуваясь, сказала я.
– Хозяин Леса. Любимая фишка у Палыча, кстати. Нравится ему всем, кто первый раз идёт, мозги выносить этим Хозяином. Если не в теме, просто нельзя не поверить.

– А ... что... он... рассказывал?
– пропыхтел Лукашин.

– Всякую ерунду, в которую только чайник и поверит: что нельзя шуметь, свинячить, ругаться. Дескать, Хозяин этого не любит, может наказать. Эта сказка давно уже по кругу ходит - от Палычева руководителя к Палычу, от него к нам. Ей лет сто, наверное.

– А как он может наказать, этот Хозяин?
– Лукашин на ходу расстегнул пуговицы на куртке: подъёмчик оказался тяжеловат не только для меня. Надо бросать курить, срочно...
– Утащит к себе в чащу и там... Что? Ну, рассказывай уже, Марина - видишь, у меня фантазии не хватает!

– Да ничего такого... Колышки он из палаток вынимает. Вещи путает, а некоторые с собой уносит. А чаще всего вообще ничего не делает. Просто стоит на опушке и смотрит на лагерь.

– А на кого он похож?
– заинтересованно спросил Женя. С каждым шагом всё труднее выдирать ноги из песка. Господи, да где же эта вершина?

– Дай попить...
– Я притормозила - смахнуть с лица пот перед решающим рывком.
– А на кого захочет, на того и похож.

– В смысле?
– недоверчиво спросил Лукашин, протягивая бутылку.

– Старики говорят, что эта сущность может притвориться, кем угодно, - сказала я, закручивая крышку.
– И ещё, что встреча с Хозяином может изменить твою судьбу. Вроде бы даже можно попросить у него что-нибудь, и он выполнит твоё желание, но возьмёт очень дорого.

– Правда?
– Мой малыш выглядел довольно обескураженно.

– Жень, ты дурак? Ведь просила же не вестись...

– Ты извини, но я не понял: его, что, на самом деле нет?

– Лукашин, ну всё просто же: кто-нибудь наряжается и стоит, позирует. Типа наблюдает за лагерем, ищет, кто косячит. Если место удачное, луна полная, или сумерки с туманом - изумительный бывает эффект! Лично видела, как двоих с сосны снимали. Сами потом не помнили, как залезли!

В принципе, отсюда уже должно быть видно, как люди в разноцветных куртках развалились на молодой травке. Должно быть слышно, как по бокам сухой коряги гуляет топор. Свежий весенний ветерок должен был донести до меня запах тушёнки и бульканье котелка над костром.

Но на опушке никого не было. Совсем никого.

– Ну, а где страшное?
– разочарованно спросили сзади.

– Я видела этого Хозяина, когда все, кто мог им быть, стояли рядом со мной, - надёжно придавив глотку вырывающейся из горла истерике, медленно ответила я.
– Только можно я эту историю чуть попозже расскажу?

Вниз я сбежала, не обращая внимания на судороги в ногах, как будто мой бег мог что-то изменить. Споткнулась о вылезшие на дорогу корни, едва не растянулась пластом. И вот она, полянка, точно такая же пустая и вблизи.

– Мы здесь должны были их встретить?
– спросил из-за спины Лукашин. Я не стала ничего отвечать. Осела на траву и спрятала лицо в ладонях.

– Марина, чем я могу помочь? Не плачь, пожалуйста, и не три глаза - красные станут. Может, ему позвонить, Палычу?

– Лукашин, ну чем ты можешь помочь?
– подняла я, может быть и красные, но абсолютно сухие глаза.
– Здесь связи нет, никогда не было и никогда не будет. И, потом, я не плачу. Я просто... Не знаю. Макс обещал ждать нас здесь, но его нет. Доволен? В конце концов, всё это из-за тебя!

– Марина, - ответил и не думавший разделить моё бешенство на двоих Женя.
– Послушай... Только не кричи! Это точно та дорога? Ты уверена...

– Я уже ни в чём не уверена, - прошипела я, терзая неподдающиеся узлы на шнурках клапана рюкзака.

– А с Палычем вы как договаривались? Можно, я помогу?
– Лукашин потянулся к моему рюкзаку, но я повернулась к нему спиной. Когда у меня бешенство, ногти должны быть заняты. Это отвлекает от желания запустить их в лицо кому-то рыжему и надоедливому.

– Мы договаривались...
– Я сделала глубокий вдох.
– Что они будут нас ждать в этом месте, потому, что здесь всегда бывает днёвка. Мы здесь, а их нет. И что теперь делать?

Женя присев на корточки, поковырялся подобранным прутиком в серой проплешине погасшего ещё в прошлом году костра.

– А на днёвке костры жгут? Ну, чтоб обед сварить?

– Да, - сказала я, не понимая, куда он клонит.

– Смотри сюда, - Женя торжественно обвёл поляну прутиком, словно какой-то персонаж из "Гарри Поттера".
– Тут никто не жёг костра как минимум с осени. Посмотри, вокруг ни следов нет, ни окурков, ни-че-го.