Хроники Агроникса. Серебряный Лис
Шрифт:
– Понимаю, ты решила, что покинув замок ты отведешь от них сию участь, – Озрик ожесточенно потер подбородок рукой, стараясь подобрать нужные слова – Но там, за стенами воины Трора. На всех дорогах, тропах и перевалах. И они будут рады схватить тебя при первой же возможности. В замке я смогу тебя защитить. За стенами нет. Нас просто сомнут количеством.
– Поэтому я пойду одна.
– В себе ли ты?! Тебя схватят, не успеешь ты и на перестрел от замка отойти!
– Ты забываешь, что я Эльф. Ловить меня в лесу – безумие.
– Безумие – прорываться одной сквозь осаду!
– Я все решила, Озрик. Не отговаривай меня
– Лесной Отец, это слишком опасно, – отчаявшись переубедить жену, воскликнул Озрик. – Я не могу позволить тебе такое безрассудство!
– Ты обещал! – прибегнула к последнему средству Анариэль – Ты дал слово, что я могу уйти в любой момент! Ты поклялся!
Возразить Озрику уже было нечего
– Да, я дал слово, – глухо отозвался Озрик. – Но и отцу твоему я тоже клялся беречь тебя.
– Дорогой, пойми. Все будет хорошо. – Анариэль обняла его, прижимаясь щекой к холодным кольцам доспеха. – Тебе же легче будет здесь без меня. И Трор утратит интерес к штурму. Нет смысла брать замок, где его не ждет добыча. Он снимет осаду и уйдет. А я буду ждать тебя в Ортосе.
– Ну что ж, ступай, раз уж решила, – обреченно сказал Озрик, после долгого молчания, – но хоть десяток воинов с собой возьми.
– Одной больше шансов пробраться мимо дозоров.
– Ну, хоть пятерых. Не угонятся за тобой, так хоть погоню со следа собьют.
– Нет.
– Одну я тебя не отпущу и точка. Один воин будет тебя сопровождать. Ты конечно Эльф, но здесь не твой родной лес. Это горы.
– Только если один – согласилась Анариэль, понимая, что спорить дальше бессмысленно.
– Хоть так, – тяжкий камень на сердце лежал недвижимо. – Градимир!
Молодой дружинник, высокий, темноволосый парень только что весело балагуривший с миловидной кухаркой у входа, подорвался и подбежал к графу.
– Ваша Светлость! – поклонился он, широко улыбаясь – Госпожа!
– Будешь сопровождать госпожу в пути, куда бы она не направилась, – устало сказал Озрик. – От нее ни на шаг! Головой отвечаешь.
– Все сделаю, Ваша Светлость, – улыбку у парня как ветром сдуло. Весельчак и душа компании, Градимир воином был справным и хорошо понимал, когда смеху не место.
– Добро. Собирайся. Жду тебя возле восточной стены.
Дружинник коротко поклонился и побежал к казарме
– Градимир надежный человек и не самый плохой боец, – сказал Озрик, – к тому же родился и вырос здесь. Мыслю, с ним ты не заплутаешь. Идем. Провожу тебя.
Анариэль молча кивнула и рассеянно подала руку, думая о чем-то своем. Озрик, поддерживая супругу под локоть, прошел через Большой двор, миновал маленький сад, спустился в нижний двор по узкой лестнице, вырубленной в камне террасы и остановился возле едва заметной, узкой дверцы выводящей прямо к берегу Серебрянки на крошечный плес. Здесь можно было брать воду на нужды замка, не опасаясь засады врага. Можно было хоть и с трудом, но переправится на другой берег бурной речки, покрытый сланцевыми полками, осыпями и чахлым кустарником.
– Здесь вам будет легче пройти, минуя дозоры – сказал Озрик – Выше по склону тропа, ведущая к перевалу над Северными вратами… О ней мало кто знает, есть шанс что дозоров там совсем нет…Может все же откажешься от своей безумной идеи и останешься?
– Нет, Озрик, – упрямо покачала головой Анариэль. – Решение принято и менять его я не буду. Не говори ничего, – она прикрыла ладонью губы мужа, готового возразить. – Потом. Когда все кончится, быть может. Но не сейчас.
Озрик поцеловал ладонь и обнял жену.
– Надеюсь, что ты права,– сказал он с горечью в голосе и отстранился. С террасы слышались торопливые шаги Градимира. Озрик открыл поясную сумку, вынул свиток и протянул его Анариэль. – Вот, возьми. На крайний случай.
– Что это?
– Охранная грамота Сумеречной Лиги. Если встретишь рейдеров – покажи свиток. Пропустят, а может и сопроводят до места. Только не надо никому кроме нас с тобой об этом знать.
Анариэль кивнула, спрятала свиток и, привстав на цыпочки, поцеловала мужа.
– Все будет хорошо – шепнула она, прежде чем проскользнуть в открытую дверь тайного хода.
– Не беспокойтесь, Ваша Светлость, – сказал подошедший Градимир, поправляя тяжелую, обоюдоострую секиру заткнутую за пояс. – Доведу докуда надо, в целости и сохранности.
Озрик молча пожал ему руку и, выпустив дружинника за стену, и долго стоял у выхода, глядя как двое беглецов, петляя среди осыпей и валунов, взбираются по склону, стремясь выйти на тропу до темноты.
***
Ратмир не подвел. Без малого две недели вел он Озрика и Галиата через Великий Лес, забираясь порой в такие дебри, что даже у невозмутимого эльфа волосы начинали шевелиться от ужаса. И когда осунувшийся и смертельно уставший Проводник вывел их маленький отряд в обычную дубраву близ Кривого Кряжа, все вздохнули с облегчением, а сам Ратмир, заснув на ходу, упал, где стоял. Озрик с Галиатом переглянулись. Эльф пожал плечами и занялся обустройством стоянки, а Озрик, кое-как перевалив бесчувственного брата на расстеленный плащ, отправился на поиски дров. Ходить по округе пришлось долго. Могучие дубы сучья роняли редко, высыхали и того реже, а рубить молодые деревца у Озрика как-то не поднялась рука. Да и жителей в округе видать было много, сухостой и валежник кто-то аккуратно собирал.
Шорох шагов заставил Озрика обернуться. Обходя заросли малины, по едва заметной тропке, на прогалину вышел Странник. Зеленый, плотный плащ, подпоясанный вервием, посох, мешок за плечами, капюшон, скрывающий лицо. Словно в зеркало посмотрел
– Мир тебе, Озрик – Странник остановился в двух шагах.
– И тебе отче. Как твои раны? Зажили или все еще беспокоят?
– Узнал, значит – Озрику показалось, что Странник довольно улыбнулся.
– Узнал. Дней-то не шибко много минуло.