Иерусалимская история
Шрифт:
2. Тогда король распорядился построить баллисты и одну очень высокую деревянную башню, которую соорудили из корабельных весел и мачт. Наши мастера [начали] возводить ее, как я полагаю, локтей на 20 выше, чем крепостная стена. [Это делали для того], чтобы, когда башню подведут к стене, наши рыцари могли с нее осыпать камнями и стрелами находящихся внутри врагов и, освободив стену от сарацин таким вот образом, получить свободный проход и овладеть городом.
3. Однако за те 15 дней, что наши вели осаду {461} , они лишь ненадолго разрушили из баллист укрепления на вершине стены, а деревянная башня так и не была полностью закончена. Но доблесть франков более не могла потворствовать подобному промедлению, изматывающему их. И вот однажды, в день Венеры {462} , они без помощи указанной башни и прочего снаряжения, [вооруженные] лишь щитами и копьями, с удивительной отвагой напали на город.
461
Осада длилась со 2 по 17 мая 1101 г.
462
Т. е. в пятницу.
4. Сарацины, ободряя друг друга, защищались настолько храбро, насколько могли. Франки же, Господом коих был Бог, быстро приставив лестницы, подготовленные ими для этого дела, взобрались на вершину стены и тотчас перебили мечами всех, кто попался им навстречу.
5. Когда сарацины увидели наших людей, наполненных такой [яростью], и что город уже [почти] захвачен ими, они очень быстро сбежались туда, где, как им казалось, они смогут продержаться дольше {463} . Но нигде они не смогли найти укрытия, и их предали смерти, как они того заслуживали.
463
Жители попытались укрыться в мечети, располагавшейся в центре города (Prawer J. Op. cit. P. 266).
6. Лишь немногим мужчинам была сохранена жизнь, но пощадили большую часть женщин, коих всегда можно использовать для работы с ручными мельницами. Захватив их, наши покупали и продавали их друг другу, как красивых, так и уродливых; то же самое и с мужчинами.
7. Эмира и епископа этого города, которого называют аркадий {464} , король удержал живыми, сохранив им жизнь скорее ради выкупа, нежели вследствие расположения. Нелегкое дело — рассказать о том, сколько всевозможной утвари было найдено в городе, отчего многие бедняки стали богачами {465} .
464
В тексте — archadius. Кадий — мусульманский судья.
465
О размере добычи, захваченной латинянами, можно судить по сообщению Каффаро Касхифелонского, согласно которому после того, как предводители генуэзцев удержали свою долю, восемь тысяч человек получили по 48 солидов и два фунта перца — достаточно дорогостоящего товара (Cafari de Caschifelone. De liberatione civitatum orientis. 18).
8. Мне довелось увидеть, как убитых там сарацин стащили в кучу и предали огню; зловоние, [исходящее] от этих трупов, весьма досаждало нам. Но это сделали и для того, чтобы найти безанты, которые проглотили эти нечестивцы, не желая, чтобы франки заполучили что-либо из их добра. Некоторые сарацины также прятали безанты во рту, за деснами.
9. Поэтому иногда случалось так, что кто-нибудь из наших ударял кулаком по шее какого-нибудь сарацина и выбивал из его рта наружу от 10 до 16 безантов. Женщины же бесстыдно прятали деньги у себя внутри. Укрывать деньги подобным образом — грешно, но еще более постыдно мне рассказывать об этом.
10. Тысяча сто первый год был, Когда с лестницами мы Цезареей овладели И захватили город, названный Башней Стратона.Глава 10
О том, как в городе Цезарее был поставлен архиепископ
1. После того как мы вместе с генуэзцами надлежащим образом распорядились в отношении Цезареи и всего того, что в ней было обнаружено, мы поставили здесь сообща выбранного архиепископа {466} . Оставив для охраны города немногих [воинов], мы поспешили к Рамле, что близ Лидды, где в течение 24 дней ожидали, когда на нас нападут аскалоне и вавилоняне, собравшиеся там для этого {467} .
466
Цезарейская митрополия была одной из самых древних: считалось, что ее первыми епископами были святой Петр и центурион Корнелий (Ришар Ж. Указ. соч. С. 121). Первым латинским архиепископом стал некий клирик по имени Балдуин (Fulcheri Carnotensis Historia Hierosolymitana. S. 405, n. 4).
467
Фатимидский вазир ал-Афдал планировал захватить Рамлу и отрезать Иерусалим от Яффы, после чего овладеть и самой Яффой. Одновременно к Яффе был направлен египетский флот, который должен был блокировать ее с моря (Prawer J. Op. cit. P. 268).
2. Сами же мы, поскольку людей у нас было мало, опасались выступить против них. И посему мы не двигались с места, дабы не случилось так, что, если мы нападем на них у Аскалона, они при отступлении тотчас блокируют нас между стеной и насыпью и перебьют. По этой же причине и они не выступали против нас, поскольку рассчитывали, что все выйдет именно так.
3. Раскрыв их замысел, мы искуснее их упражнялись в хитрости, и делали это столь долго, покуда их дух не ослаб от страха, и они не оставили всякую мысль о нападении на нас. Многие из них, утомленные таким промедлением и стесненные нуждой, покинули свое войско.
4. Услышав об этом, мы вернулись в Иоппу {468} и вознесли хвалу Господу за то, что были избавлены от схватки с ними.
Глава 11
О жестокой битве между христианами и турками, в которой христиане одержали победу {469}
1. В последующие 70 дней {470} мы пребывали в бездействии, однако слух наш всегда был обращен в сторону врага. И вот, наконец, королю сообщили о том, что наши противники с упорством собираются вновь и уже готовы напасть на нас.
468
17 июня 1101 г.
469
По мнению Г. Хагенмейера, Фульхерий должен был использовать термины «сарацины» или «вавилоняне», но никак не «турки», поскольку в битве при Рамле, о которой идет речь в данной главе, противниками крестоносцев были силы фатимидского Египта. Это является свидетельством того, что заголовок добавлен позднее.
470
С 17 июня по 25 августа 1101 г. (Fulcheri Carnotensis Historia Hierosolymitana. S. 408, n. 2).
2. Узнав об этом, король приказал своим людям спешно собираться из Иерусалима, Тивериады, Цезареи и Хайфы. По его указанию каждый, кто мог, сделал своего оруженосца рыцарем, к чему нас принуждала необходимость, поскольку мы испытывали недостаток в них. Таким образом, у нас насчитывалось 260 рыцарей и почти 900 пехотинцев, тогда как против нас было 11 тысяч рыцарей и 21 тысяча пеших воинов {471} .
3. Мы знали об этом, но не убоялись выступить против них, ибо с нами был Бог. И Полагались мы не на силу оружия и многочисленность войска, но возлагали свои надежды только на Господа Бога. [В нас была] великая отвага, однако это была скорее не отвага, а вера и любовь. Мы готовились умереть ради любви к Тому, Кто милостиво соблаговолил принять смерть за нас.
471
Данные Фульхерия о численности египтян, несомненно, преувеличены.
4. Король повелел взять с собой древо креста Господня, которое оказало нам спасительную помощь. Мы вступили с врагами в бой на следующий день, после того как покинули Иоппу {472} .
5. Мы шли им навстречу, еще не зная, что и они также [идут к нам]. Но когда со своих наблюдательных постов мы заметили их разведчиков, нам тотчас стало ясно, что остальные следуют за ними. Тогда король с некоторыми своими людьми выдвинулся вперед и, наблюдая издали, увидел, как белеют в поле раскинутые шатры неприятеля. Обнаружив их, он тотчас пришпорил своего коня и вернулся к нам, поведав обо всем, что видел.
472
Описываемая далее битва при Рамле состоялась 7 сентября 1101 г.
6. Когда нам стало ясно, что скоро начнется битва, то мы пришли в радостное волнение, поскольку желали, чтобы свершилось это. И если бы враги не прибыли к нам, то тогда мы непременно отправились бы против них. Нам было лучше сражаться в открытом поле, ибо если с Божьей помощью мы одолели бы врагов, то им пришлось бы дольше спасаться бегством, в коем они понесли бы больший урон, нежели в том случае, если бы мы напали на них у стен {473} .
7. Король приказал нам вооружиться, и, после того как все исполнили это, наши полки были надлежащим образом выстроены к битве. И вот мы с полной уверенностью вверили себя в руки Господа и устремились на врага. Один аббат, коего король избрал для этого дела, на виду у всех нес крест Господень {474} .
473
Фульхерий, будучи капелланом Балдуина I, возможно, излагает здесь план действий, который обсуждался на совете перед битвой. Также необходимо отметить, что фатимидское войско не обладало такой же мобильностью, как турецкое, поэтому латиняне, вероятно, планировали решить исход битвы стремительной атакой рыцарей.
474
Согласно Альберту Ахенскому, аббата звали Герард (Albert of Aachen. Historia Ierosolimitana. VII, 66).
8. Тогда король набожно обратился к своим рыцарям со следующими словами: «Ну же, рыцари Христа, ободритесь и ничего не бойтесь! Действуйте смело и будьте мужественны в этой битве! Взываю к вам, сражайтесь ради своих душ и во всем славьте имя Христа, коего эти выродки, не верующие ни в его рождение, ни в воскрешение, столь часто упрекали и дерзко поносили. И если же вы погибнете в этой битве, то, вне всякого сомнения, будете блаженны; и уже открыты вам врата Царства Небесного. Если же останетесь в живых и одержите победу, то будете озарены славой среди всех христиан, но если вознамеритесь бежать, то, право же, Франция далеко от вас».