Чтение онлайн

1. Король же Вавилона {347} и его военачальник, коего звали Лаведаль {348} , услышав, что франки уже вторглись в их земли, дабы подчинить, себе Вавилонское королевство, собрали своим указом множество турок, арабов и эфиопов и поспешили выступить, чтобы сразиться с франками. После того как от других гонцов они узнали о том, как жестоко был захвачен Иерусалим, то вавилонский военачальник, приведенный в ярость, направился туда со всей поспешностью, намереваясь либо дать франкам сражение, либо же осадить их, если они заперились в самом городе.

2. Когда об этом сообщили франкам, они приняли весьма отважное решение и направили против этих тиранов свои отряды к Аскалону {349} . Они несли с собой древо спасительного креста, о котором уже упоминалось выше.

3. И вот как-то днем {350} франки, бродившие в ожидании битвы в окрестностях Аскалона, обнаружили там огромную добычу — быков, верблюдов, овец и коз {351} . На заходе солнца они согнали весь этот скот к своим палаткам {352} . Однако наши князья распорядились, чтобы на рассвете, когда, как они полагали, должна была состояться битва, никто не погнал животных с собой, дабы, свободные от всякого скарба, все были готовы к бою.

4. С наступлением утра наши выслали вперед разведчиков и узнали о приближении язычников. Когда об этом стало известно, трибуны и центурионы, немедля расставив своих людей по флангам и клиньям, наилучшим образом подготовились к битве и, подняв знамена, отважно выступили на врага.

5. Видели бы вы, как захваченный скот, о котором рассказано выше, словно по команде погонщика (хотя на самом деле им никто не управлял), шествовал справа и слева от наших полков. По этой причине многие язычники, издали увидев животных, [двигавшихся] вместе с нашими рыцарями, посчитали, что все это — франкское войско {353} .

6. Самих язычников было несметное множество {354} . Когда они приблизились к нашим клиньям, их передовой отряд, подобно оленю, раскинувшему ветви рогов, разделился и ехавшие впереди арабы развернулись [по флангам], намереваясь окружить наш арьергард. Но туда с тесным отрядом рыцарей вернулся герцог Готфрид и защищал задние ряды. Остальные же наши предводители командовали, кто в первом, кто во во втором полках.

7. Когда противники приблизились друг к другу на расстояние броска камнем или чуть менее того, наши пехотинцы осыпали стрелами растянувшийся строй неприятеля. В самый подходящий момент за стрелами полетели копья, после чего наши рыцари, словно договорились об этом [заранее], стремительной атакой обрушились на врагов. Лошади же последних не были быстры в беге и в этой бойне были тотчас опрокинуты на своих всадников; и за короткое время множество тел, испустивших дух, покрылось смертельной бледностью {355} .

8. Многие враги в страхе взбирались на верхушки деревьев. Но там их настигали наши стрелы, и они, получив смертельные раны, жалким образом валились на землю. В обрушивавшейся на них атаке сарацины гибли повсюду. Те из них, кто, пробившись через свои палатки, смог ускользнуть, бежали до самых стен Аскалона. Этот город отстоит от Иерусалима на расстоянии 720 стадий.

9. Лаведаль же, их военачальник, прежде насмехавшийся над франками, обратил спину и резво удирал в первых рядах. Он был вынужден бросить раскинутую среди прочих свою палатку вместе с большим количеством денег. Вернувшись и радуясь победе, франки собрались все вместе и возблагодарили Господа.

10. Затем они вошли в палатки [сарацин] и обнаружили в них множество сокровищ: золото, серебро, плащи, одежды, а также драгоценные камни, коих было 12 наименований, а именно: яшма, сапфир, халцедон, изумруд, сардоникс, сердолик, хризолит, берилл, топаз, хризопраз, гиацинт и аметист {356} . Помимо этого они нашли здесь сосуды и разнообразное имущество: золотые шлемы, великолепные кольца, изумительные мечи, провизию, муку и многое другое.

11. Той ночью франки расположились в этом лагере и, бодрствуя, надежно несли стражу. Они полагали, что на следующий день сарацины возобновят сражение, однако те, пораженные великим страхом, все до одного бежали в ту же ночь. Когда утром наши узнали об этом от разведчиков, то радостными возгласами вознесли хвалу и восславили Бога за то, что Он позволил столь малочисленному войску христиан обратить в бегство тысячи неверных: «Благословен будь, Господь, не давший нас в добычу зубам их!», «Блажен народ, у которого Господь — его Бог!» {357}

12. Разве не хвалились эти вавилоняне так: «Придем и захватим Иерусалим вместе с франками, запершимися в нем! Перебьем их всех и уничтожим столь дорогую им Гробницу, и камни этого здания выбросим за пределы города, и впредь не будет о Гробнице никакого упоминания! {358} » Но по милости Божьей эти [замыслы] обратились в ничто. Франки деньгами неверных нагрузили их же лошадей и верблюдов. Однако, будучи не в силах увезти в Святой город все, что было брошено в лагере — палатки, дротики, луки и стрелы, — они предали это огню, после чего в радости вернулись в Иерусалим {359} .

1. После всего этого некоторые [из наших] пожелали вернуться в свои родные края. Омывшись вскоре в водах Иордана и набрав близ Иерихона, в саду, называемом садом Авраама, пальмовых ветвей, Роберт, граф Нормандский, и Роберт, граф Фландрский, на кораблях добрались до Константинополя, а после вернулись к себе во Францию. Раймунд же возвратился в Лаодикею, что в Сирии, а затем прибыл в Константинополь {360} . Он оставил в Лаодикее свою жену {361} , намереваясь вернуться туда. А герцог Готфрид, удержав при себе Танкреда и многих других, правил Иерусалимским княжеством {362} , которое с общего согласия получил в управление.

1. Когда же господин Боэмунд, муж мудрый и отважный, который в то время властвовал в Антиохии, равно как и господин Балдуин, упомянутый брат Готфрида, правивший за рекой Евфрат городом Эдессой и его окрестностями, узнали, что их товарищи, ушедшие вперед, захватили Иерусалим, они, возрадовавшись, вознесли хвалу и молитвы Богу.

2. Нет никаких сомнений, что эти князья и их люди, пусть и позже собирались последовать за теми, кто так стремительно ушел вперед и действовал столь успешно и на пользу делу, достойны той же награды.

3. Но ведь была необходимость в том, чтобы земли и города, с таким трудом отвоеванные у турок, охранялись надлежащим образом. Очевидно, эту землю не следовало необдуманно оставлять, чтобы отправиться к Иерусалиму. Внезапным нападением турки, коих к тому времени отбросили к самой Персии, вновь могли бы овладеть этими землями. Случись подобное, это нанесло бы тяжелый урон всем франкам — и тем, кто направлялся [в Иерусалим], и тем, кто возвращался оттуда {363} . Может быть, сам Божий промысел удержал Боэмунда и Балдуина здесь, сочтя, что они могли бы быть полезнее в том, что еще надлежало сделать, нежели в том, что уже свершилось.

4. Сколько же раз в пределах Месопотамии Балдуин изнурял себя в сражениях с турками! Никто не в силах поведать о том, как много их голов было срублено там! Балдуину нередко доводилось с немногими своими людьми вступать в бой с великим множеством турок и с Божьей помощью радоваться триумфу.

5. Когда же Боэмунд через своих гонцов призвал его отправиться вместе с ним в Иерусалим, дабы со своими людьми свершить тот путь, который они еще не исполнили, Балдуин надлежащим образом устроил свои дела и подготовился к походу.