Чтение онлайн

Не желая больше испытывать судьбу, Фостер поклонился и направился в свою комнату. Рабы уже спали на соломенных тюфяках, и Эрик брезгливо поморщился, чувствуя зловонный запах их тел. Сам он был мокрым насквозь, поэтому Фостер переоделся в свой дорогой костюм и наконец почувствовал, что начинает согреваться. Вскоре он уснул, вот только ощущение того, что он не спит, не покидало мужчину. Ему снились шакалы. Огромные каменные статуи, на шеях которых висели золотые цепи с драгоценными камнями. Один из шакалов опустил голову и посмотрел на него, а затем в глубине своего сознания Эрик услышал слово: «Дар!»

Наемник не знал, что под этим подразумевается, но он помнил, что, когда он протянул медальон, шакал вновь повторил сказанное. Этот зверь больше не казался Эрику каменным изваянием. Грудь существа вздымалась, глаза блестели, мышцы напряглись, словно тварь готовилась к прыжку. Тогда Эрик поднял с земли острый камень и, совершенно не осознавая своих действий, глубоко рассек им свою ладонь. Он резал свою руку до тех пор, пока на ладони не появилось достаточно крови, после чего поднялся и провел ладонью по вздымающейся груди зверя. В тот же миг Эрик проснулся. Он сел на соломенном тюфяке, чувствуя, как по его лицу катится пот. Дыхание вырывалось из груди, словно мужчина никак не мог надышаться. Повинуясь внезапному порыву, он посмотрел на свою ладонь и судорожно сглотнул. Кожа была практически полностью покрыта малахитово-зелеными пластинами чешуи. Эрик не помнил, чтобы видел эту рану, когда он находился на берегу реки. Неужели он навредил себе во сне?

Нервный озноб сотрясал его тело, и Фостер беспомощно опустился на свою уродливую постель, все еще глядя на свою руку. Но как? Когда это могло произойти? Если он поранил себя во сне, то чем? Никакого оружия, никаких осколков и острых камней здесь не было, а под ногтями крови не наблюдалось, как и не ощущалась во рту.

«Надо найти эльфа. Если заплесневелый хер не солгал, завтра я раздобуду свободу, и тогда могу ходить, где хочу. Пусть остроухий разъяснит мне, с чего меня так глючит.»

Фостер долго еще не мог заснуть, и только, когда первые лучи рассвета окрасили верхушки пирамид, Эрик провалился в тревожный сон.

XIII

Ночная трапеза

После ухода Аканы и ее раба, Нефертари тоже изъявила желание возвратиться домой. Жестом поманив за собой Рейвена, она улыбнулась на прощание Косэю и ласково произнесла:

– Не калечь ее слишком сильно. Ты же сам сказал, красивая вещь.

С этими словами она многозначительно посмотрела на Лилит, которая выглядела настолько измученной, что, казалось, вот-вот потеряет сознание. Когда Рейвен поравнялся с графиней, направляясь к выходу, девушка попыталась слабо улыбнуться, но прошептать друг другу что-то обнадеживающее, они так и не посмели. Лилит ощущала на себе тяжелый взгляд Косэя и теперь уже сомневалась, что ее новый хозяин окажется лучше прежнего. Гнев оракула графиня спровоцировала сама, но этот господин казался ей непредсказуемым, словно бешеная собака. Когда Рейвен скрылся, Лилит перевела взгляд на Ингемара, чувствуя его безграничную поддержку. Капитан хотел приблизиться к ней, взять за руки и хоть немного успокоить, но этот красноволосый человек, а так же его слуги по-прежнему находились здесь. Ингемар раздраженно дернул плечом, когда Сфинкс коснулся его, желая увести прочь.

– Я сам могу ходить, - сквозь зубы процедил он. Затем он посмотрел на Косэя, и его глаза гневно сверкнули.

«Если ты причинишь ей вред, ты пожалеешь, что на свет родился!» - подумал он и первым направился в комнату, где его ждала Эрби. Он нашел ее в комнате испуганной и потерянной и первым делом ласково прижал к груди, желая успокоить.

– Всё будет хорошо, - произнес он, поглаживая девушку по волосам.- Всё будет хорошо.

Ларсен не знал, говорит он эти слова Эрби или самому себе. Короткая встреча с друзьями придала ему надежду, но история, произошедшая с Лилит, не могла не ужаснуть его.

Графиня проводила Ингемара печальным взглядом. Как и всегда, капитан тревожился обо всех, кроме самого себя. Лилит обрадовало то, что Ларсен хотя бы не был избитым, как Рейвен, и на фоне других он выглядел даже хорошо. Возможно, дело было в том, что на его лице не темнела щетина, отчего он казался более ухоженным, чем Дмитрий или Рейвен. Капитан как-то упоминал, что в его мире вопрос с брадобреями давно был закрыт, так как ученые разработали какие-то формулы, позволяющие мужчинам не тратить время на подобную рутину. Лилит не совсем понимала, как это действует, но результат был заметен с первого взгляда.

В какой-то миг Лилит поняла, что осталась со своим «хозяином» наедине. Она бросила на него затравленный взгляд, но затем расправила плечи и гордо вскинула подбородок. Графиня изо всех сил пыталась бороться со своим страхом, и она не хотела, чтобы этот жестокий человек прочел его в ее глазах.

«Надо успокоиться. Если бы он хотел убить меня, он бы это уже сделал» - думала Лилит. Эти мысли не сильно помогали, но хотя бы отвлекали от того, что так лихо подкидывало воображение. Ее поражало то, что человек, живущий в таком прекрасном доме, вел себя, как настоящий варвар. Лилит едва не вздрогнула, когда Косэй обратился к ней.

– Значит, тебе надо восстановиться?
– произнес он, скорее констатируя факт, нежели действительно спрашивая. – Забавно. То, что ты показала на торгах, было весьма устрашающе. Так почему же ты не справилась с тем, кто отнял у тебя силы?

– Он старше меня. И намного опытнее, - тихо отозвалась графиня. Мысли об Эристеле заставили ее глаза гневно сверкнуть. – Даже обладая своими способностями полностью, я бы вряд ли справилась с ним в открытом бою. Но, полагаю, ловушки он от меня не ждет. Тем более, так скоро.

– Очаровательно, - усмехнулся Косэй. – Я знаю, что поможет тебе восстановиться. Хороший ужин!

На миг графине показалось, что она ослышалась. Только сейчас девушка поняла, насколько она голодна. С утра ей дали лишь стакан теплой воды и кусок жесткой лепешки. При мысли о еде, Лилит даже забыла о глубокой царапине на губе – она готова была стерпеть эту боль, лишь бы съесть хоть что-нибудь, не отдающее плесенью.

– Что застыла, как камень? Идем, или тебе нужно прислать раба с поклоном, чтобы соизволила сдвинуться с места? Белая вещь с одного раза не откликается?

Лилит отрицательно покачала головой и направилась за Косэем в соседнюю комнату, откуда уже раздавался его раздраженный голос.

– Разия, глупая утка, немедленно накрывай на стол. И принеси новую скатерть, а то следующую сделаю из тебя! Так-то лучше!

Заглянув в соседнюю комнату, Лилит увидела, как перепуганные рабыни поспешно накрывают на стол. Они суетились, налетали друг на друга, некоторые плакали. Первым делом в углу помещения графиня заметила огромного песчаного льва. Он лежал на полу, положив голову на лапы, и лениво наблюдал за происходящим. Этого зверя графиня помнила лучше других: именно он набрасывался на нее так яростно, что чуть не разрушил защитный купол. Сейчас чудовище выглядело смирным, но этот «домашний питомец» натолкнул Лилит на мысль, уж не её ли подадут к ужину?

– Садись! – рявкнул на Лилит Косэй и жестом указал ей на одно из кресел с подлокотниками в виде королевских кобр. Графиня бывала в Версале, но даже там не видела настолько изящной работы.

– У вас очень изысканная мебель, - произнесла ведьма, решив, что пора уже пересилить свой страх и попытаться вести себя так, словно она здесь гостья. От нее не укрылось, с каким раздражением этот мужчина реагирует на всхлипывания своих рабынь, поэтому решила держаться с достоинством. И в первую очередь посчитала, что будет правильнее всего сделать комплимент тому, у кого она гостит.