Чтение онлайн

А теперь еще и это.

— Я… Извини, Киаран. Импринтинг — малоизученный феномен, и…

А следом они оба вздрогнули: где-то в доме раздался грохот. Воцарившаяся после него тишина — долгая и пустая — резанула по нервам, и Норман уставился на дверь сначала в испуге, затем в нарастающей панике.

Потому что нужно было выйти проверить. Ему нужно.

— Подожди тут, — через силу сказал он, медленно поднимаясь с кровати. — Я проверю.

Киаран встревоженной тенью поднялся следом:

— Вы уверены?

Норман определенно не был уверен. Больше всего он хотел подпереть дверь чем-то тяжелым и закрыться здесь, в безопасности. Пистолет в кармане стал ощущаться невероятно тяжелым.

— Все в порядке. — Норман повернулся к нему и попытался успокоить и себя, и его: — Сейчас день. Здесь повсюду люди, а в доме — Мойра. Наверное, что-то упало. Я сейчас вернусь.

«…С толпой людей, которые, вполне вероятно, имеют отношение к происходящему…» В тот момент Норман не считал, что Кэл прав: аномальные зоны не возникают от людских действий, место должно быть по-настоящему древним. Но сейчас не важно, что он там считал или не считал, — было просто страшно.

Он аккуратно толкнул дверь и сделал глубокий вдох, прежде чем проскользнуть в темный коридор.

В доме было тихо.

Вынув пистолет, Норман неуверенно сжал его и прошел дальше, прислушиваясь к шорохам. Но ничего, кроме его напуганного дыхания, вокруг не раздавалось. Даже звуков улицы. Эта непроницаемая тишина неожиданно показалась слишком знакомой, будто лес все-таки его догнал, здесь, в деревне. Половицы потрескивали и скрипели под ногами, словно лесной полом. От этой мысли рука с пистолетом дрогнула.

Оказавшись у открытой двери в столовую, Норман выглянул из-за нее: пусто.

— Здесь кто-нибудь есть? — несмело позвал он. — Мойра? Брадан?

Столовая была недвижима, только приоткрытое окно слегка покачивалось от ветра. Присмотревшись, Норман заметил на полу кувшин. С плеч схлынула волна напряжения: видимо, окно распахнулось и столкнуло кувшин с подоконника. Даже звуки, казалось, все разом вернулись: на улице кто-то кого-то окликнул, в комнате позади Норман услышал, как ходит Киаран, и даже из комнаты Мойры доносились звуки.

— Боже, — пробормотал он, проходя к столу и поднимая кувшин. — Ну право слово…

Уже смелее он выглянул на улицу, проверил крыльцо, а затем кухню: все было в порядке. А уже убирая пистолет обратно, в кармане Норман нащупал листок бумаги и машинально вытащил его.

Спираль, нарисованная детской рукой, была все такой же реальной.

Он так никому и не сказал. Черт, Джемма огорошила его тем, что собирается оставить их здесь одних, а потом они с Кэлом начали спорить, а Норман заволновался, и… Вот черт.

Спираль без контекста могла означать что угодно — символ был слишком распространен у всех индоевропейских культур. Ставя на огонь старый медный чайник, Норман продолжал задумчиво теребить листок. У кельтов спирали были связаны со смыслом вечного движения, но существовало и много других мировых магических систем… Ацтеки интерпретировали спирали как связь с высшими, космическими силами, древние греки — с судьбой. А если Норман не ошибался, то в тибетском буддизме свой вариант спирали, квадратный, называли «бесконечным узлом» — он означал переплетение вза­имосвязей, жизни и смерти, взаимопроникновение физического и духовного. Путь от внешнего к внутреннему и наоборот, иллюзия постоянного движения, даже восход и закат солнца. Спираль могла означать слишком много всего!

Как и в случае с рисунками Купера, нужна была конкретика. Господи, всему, что связано с этим местом, очень не хватает конкретики.

И обычно, когда Норману не хватало конкретики, он делал то, что хорошо умел: искал данные, прочесывал архивы, разговаривал со свидетелями. Может быть, пора взяться за ум; в конце концов, остальные тоже занимались делом.

Норман подумал об этом решительно: собственный испуг перед упавшим кувшином показался ему глупым и постыдным. Хотелось реабилитироваться.

Заглянув в комнату, он сказал Киарану, что все в порядке и что вернется все-таки с чаем. Тем не менее на кухню он не пошел. Закрыв дверь в спальню, он направился по коридору в другую сторону и остановился перед комнатой Мойры.

Сбор информации. «Именно это и есть моя работа, не так ли?» — подумал он.

Прямо за этой дверью.

И затем Норман постучал.

— Это противоположная сторона холмов от той, что мы уже проверяли. — Голос Кэла, подхваченный ветром, уносился дальше по долине, мимо Джеммы. — Смотри. Примерно здесь мы вышли из лагеря, вот это расстояние покрыли по следам. Здесь следы пропали, вот тут деревня. Следующие следы мы вчера нашли вот тут…

Джемма подняла голову к холму. Черные кроны наверху покачивались зазывно, словно в насмешливом приветствии. Шум деревьев здесь, в Глеаде, не был успокаивающим: без всех других лесных звуков он напоминал зловещие радиопомехи.

Сияй, сияй, маленькая звездочка…

Страх неожиданно поднялся внутри, когда они остановились на самой верхушке холма, готовые вой­ти под тень деревьев, — быстрая волна испуга, окатившая Джемму изнутри. Джемма легко с ней справилась, но в мыслях осталось тревожное знание: ночной страх никуда не ушел. Просто притаился внутри, ожидая момента, чтобы снова поднять голову и оскалиться.

Сегодня Джемма схватила этот страх рукой и стиснула его в кулак.

«Давай, попробуй, — обратилась она в мыслях к лесу. — Покажись сегодня, гнида. Поиграем с тобой в страшилки».

В ответ лес зашумел сильнее. Джемма вслушалась: «Ш-ш-ш-ш, ш-ш-ш-ш, ш-ш-ш-ш-ш», словно вот-вот раздастся «клик». А затем заговорит трескучий голос, притворяющийся кем-то, кого Джемма должна знать. Обманет ее. Обведет вокруг пальца.

Ш-ш-ш-ш-ш, ш-ш-ш-ш, ш-ш-ш…

Тук-тук-тук!

Джемма вздрогнула.

— … А что она на этот счет думает?

— Вот сейчас и узнаем. Джемма!

Дрожь стремительно прошлась между лопаток, но короткий резкий стук больше не повторился. Словно и не было его, словно показалось. Но показалось ли?

— Джемма?

Она обернулась, чуть не столкнувшись с Кэлом. Его родное лицо — широкое, загорелое, с живыми глазами и знакомыми чертами — вытеснило поднявшееся внутри смятение. Джемма протянула руку и потерла ладонью отросшую щетину Кэла, которая в скором времени грозила превратиться в бороду.