Чтение онлайн

– Мы слишком много всего должны. С чего начать?

– Главное - беречь Ключ.

– Ах, да… Ключ, - вспомнил Огнишек о вещи, как о досадной помехе, и, запустив руку за пазуху, извлек ее наружу. Наполненный мерцанием, Ключ слабо светился в темноте. Стащив кожаный шнурок через голову и взглянув на святыню в последний раз, он протянул его своей наследнице.

– Нет, не надо!
– воскликнула девушка.
– Он твой.

– Не спорь со мной, хоть раз в жизни! Мой долг передать Ключ тебе, а твой долг его принять и хранить впредь. Держи, - твердо произнес вель.

– А ты?
– спросила она, вешая Ключ на шею.
– Что ты задумал?

– Не беспокойся, я пока не потерял рассудок. Не собираюсь вламываться во Дворец. Обожду пока. Ты, верно, забыла, есть еще один Ключ, в Башне. Сто раз говорил Силычу, что надо забрать вещи из тайника. А он: “Успеется. В надежном месте спрятано. Злыда туда ни в жизнь не сунется“. Надо было хотя бы кого-нибудь из книжников посвятить… Что такое?

В окнах крыла Книгохранилища, примыкавшего к Башне велей, будто светлячки заметались и попадали на пол. Сначала огонь стелился понизу, разгораясь все ярче и подсвечивая окна, потом поднялся стеной. Прямо на глазах пламя стремительно растеклось по первому этажу, разрасталось, пожирая сухое дерево полок и бумагу и быстро заполняя все внутреннее пространство здания. Башня тоже занялась изнутри - в маленьких, стрельчатых окнах затанцевали алые лепестки.

Неждана вставила ногу в стремя.

– Стой! Ты куда?
– Огнишек стянул ученицу на землю.

– Там Горик!
– крикнула девушка.
– Он живет в Книгохранилище.

– Поздно! Его не спасешь и сама сгоришь. Не забывай, что теперь ты хранитель Ключа!

– Ты же видел, кто-то устроил поджег!

– Известно кто! Небось, и нам с тобой мучительную участь уготовил. А коль сорвался его умысел, еще какую-нибудь подлость спроворит. Надо быть настороже, Данка.

Жеребец заходил, застучал копытами по брусчатке, зафыркал. Тихонько заржал, боязливо кося глазом. Его тревога передалась велям.

– Гляди, Огниш! Там, у Кашкиного проулка…

Вдоль домов неслось что-то большое и черное. Чудовище, не иначе!

Вель, загородив рукой от дождя глаза, присмотрелся. Не одно чудовище, а сразу три мчались к ним заплетающейся рысцой. Неожиданно из проулка, по которому вель пробрался к Дому стражей, выпрыгнули еще два и пристроились в хвосте. Звук когтей, скребущих брусчатку, слышался сквозь шум ливня все более отчетливо.

Великаны впервые видели оборотней, нападающих стаей.

– Чудовищ пустил по следу, - пробормотал Огнишек.
– Сначала послал кромешников, теперь, вот, оборотней натравил. У самого-то кишка тонка - выйти на честный бой. А ты, оказывается, трус, Злыда! Теперь все понятно. Все про тебя понятно.
– Он отер ладонью лицо, собираясь силами и сгоняя суетливость.

– Огниш, надо уходить!
– Неждана вскочила в седло.

Вращая мечом, вель изготовился к бою. Ничего личного. Просто, кто должен умереть - он или оборотни. Лучше, если они…

Первый оборотень подпрыгнул и будто нарочно напоролся на меч. Вель на лету проткнул его насквозь и, стряхивая с клинка, отшвырнул в сторону. И сразу с разворота поразил второго, глубоко, до самого хребта, рассекая его черный, мокрый бок. Третьего, чуть отставшего, но упорно продолжавшего стремится к своей гибели, вель рубанул наотмашь. От удара оборотень отлетел и, шлепнувшись на камни, заскользил, поднимая фонтаны брызг.

Два остальных продолжали бежать вперед, ни быстрее, ни медленнее, хотя видели, скорую и безжалостную расправу великана над своими собратьями. Но в том и дело, что оборотни - не люди, у них отсутствует человеческий страх. Остановить их можно было, только убив. От ран они умирали, как всякие живые существа. И из мертвых уже не восставали.

Рисуя петли, меч с шелестом и свистом рассекал дождь. Оборотни напали почти одновременно, и тут же один из них с распоротой грудиной перевернулся в воздухе, скуля и суча лапами. Другой был бы разрублен пополам одним ударом, если бы лезвие не застряло в кривом хребте. Смертельно раненная тварь хрипела и пыталась дотянуться до великана когтями, хватая растопыренными, узловатыми пальцами пустоту, высохшие, черные груди болтались лоскутами от судорожных движений. Вель не спешил сбрасывать оборотня с клинка, пытаясь увидеть человека, каким тот был до превращения. На мгновение непреклонная ярость в душе уступила место жалости, когда он разглядел маленькую изящную сережку с драгоценным камушком в мочке острого уха, облепленного завитками белых волос.

– Прости, бабушка, но ты не оставила мне выбора, - прошептал он и высвободил меч.

Послышался звон разбитого стекла. В книгохранилище от жара разлетелись стекла, и пламя вырвалось наружу, выбилось из-под крыши, зашипело, обращаясь в густой белый пар. Две стихии - огонь и вода - вступили в противоборство. Над холмом поднялось алое зарево, сгоняя темноту вниз. При свете обнаружился затор на выходе из Кашкиного проулка. Оборотни застряли, образовав визжащую, брыкающуюся груду. Бежавшие позади чудовища стали выпрыгивать как кузнечики. По спинам, головам своих собратьев, они переваливали через живую, шевелящуюся преграду. Оранжево-красные всполохи пробегали по их звериным, покрытым чешуей телам, хребтам, острым лопаткам и шипам.

– Ну, уж нет - дудки!
– Огнишек попятился.

Отдавать свою жизнь ни за что, ни про что? Безумцем он не был. Ведь только безумец может вступить в схватку, исход которой очевиден еще до ее начала. Эту схватку даже начинать не стоило, ввяжешься - затопчут. Он, конечно, презирал смерть… Но не до такой же степени! Разве докажешь что-нибудь, добровольно сунув голову в пчелиный улей?

– Давай, запрыгивай, пока они все не высвободились, - крикнула Неждана.
– Огниш, быстрее!

– Далеко не уйдем.

– Не оставаться же здесь!

Жеребец заржал, словно поторапливая великана. Вель вскочил на коня позади ученицы. Под его немалым весом конь всхрапнул и присел, но тут же выправился и стронулся с места.

Склонившись вперед, Неждана ласково прошептала на ухо коню:

– Давай, Ветерок, родненький, выручай. Я знаю, ты сможешь, - и пустила коня в галоп.

Они пересекли площадку за Дворцом судей и свернули на Долгий спуск.

Бежать! Подальше от площади, сквозь дождь, в ночь… Если не удастся уйти, то занять удобное для обороны место, где у оборотней не будет возможности напасть всем скопом.

А смерть гналась за ними попятам.

– Почему они напали стаей?
– крикнула Неждана.

– По приказу Злыды. Они, как охотничьи собаки, шли по моему следу, - прокричал Огнишек в ответ.

– Они были где-то поблизости… в городе… у нас под боком.

Повизгивающей и похрюкивающей лавиной чудовища заполнили узкое пространство между рядами домов. Первые из них, нагнав велей, мчались, отставая на полкорпуса. То тут, то там появлялось растянутое в прыжке черное тело, страшная морда, раскрытая острозубая пасть. Хорошо, что оборотни не нападали на коня - они высоко подпрыгивали, норовя вцепиться когтями в седоков или укусить, но встречаясь с острым мечом, падали замертво, пораженные на излете. Смертельно раненые отставали, воя вслед. Их место тут же занимали другие.

Огнишек мог по праву гордиться своей ученицей. Она не только не утратила силу духа, но его воодушевила своей смелостью. А ничего другого и не оставалось, как проявлять отвагу. Великаны бились с ожесточением обреченных.

Волшебный меч Нежданы по имени “Проводник во Свет“, после долгих веков бездействия уже испытанный в ночной охоте на чудовищ, снова применялся по своему прямому назначению - уничтожал Зло. Его сокрушительная мощь несла нечисти верную погибель. Летели искры, вспыхивал огонь. Вот у оборотня, пораженного в голову, из пасти, ноздрей, глазниц вырвалось белое пламя. Его голова, раздувшись, стала похожа на светильник из тыквы, что делают на праздник урожая, и взорвалась. Другого оборотня, проткнутого в бок, объяла сеть тонких, голубых молний, и, опутанный светящейся паутиной, он рухнул на брусчатку. Третий с перерубленным хребтом остановился и оплыл, как восковая свеча, будто не имел костей.