Чтение онлайн

Она кивнула.

— Я убил их обоих сегодня ночью, убил еще одного, не знаю его имени. Но учтите, все это после того, как эта компания убила пилота вертолета, я прилетал с ним вчера, убила моего друга — ему сломали шею. А после этого попытались убить меня и моего босса. Ну как, теперь вы мне верите? Или по-прежнему считаете, что вся эта история — детская игра?

Моя шоковая терапия дала эффект, даже чрезмерный. Лицо ее превратилось из бледного в серое, как пепел.

Она сказала:

— Кажется, меня сейчас стошнит.

Больше всего мне хотелось ее обнять и тихо сказать — ладно, ладно, не ломайте свою хорошенькую головку и предоставьте все это мне. Весь этот кошмар кончится до наступления следующей ночи. Мне очень хотелось сказать ей нечто подобное, но вместо этого я произнес холодным суровым тоном:

— Позднее, у нас нет времени на эти глупости. Если вы, конечно, хотите, чтобы вся эта история завершилась благополучно и вы вышли замуж за Роллинсона. Отец сказал, когда вернется?

Какое-то время она смотрела на умывальник в углу комнаты, видимо прикидывая, бежать туда или нет. Потом снова подняла глаза и прошептала:

— Вы не лучше их… Вы — страшный человек… Убийца!

Я встряхнул ее за плечи. Потом со злостью в голосе спросил:

— Он сказал, когда вернется?

— Нет. — Она смотрела на меня с отвращением.

— Вы хоть знаете, что здесь делают эти люди?

— Нет.

Я поверил. Ее старик, видимо, был в курсе, но ей, разумеется, ничего не сказал. Лорд Кирксайд был достаточно умен, чтобы понять, что непрошеные гости не уйдут просто так. Возможно, он со своей стороны тоже вел безнадежную игру, втайне надеясь, что они пощадят его дочь, если будут уверены, что она ни о чем не знает. Но в таком случае ему следовало обратиться к психиатру. Однако, сидя в его шкуре или, точнее, в этом дерьме, я бы, наверное, тоже хватался за любую соломинку.

— Одно ясно, — продолжал я. — Судя по всему, вы знаете, что ваш жених не умер. Как и ваш брат, как и все остальные. Их просто держат здесь, под замком. Я прав?

Она молча кивнула.

Мне хотелось, чтобы она не смотрела на меня такими глазами.

— Вы знаете, сколько всего человек?

— Дюжина… или, больше. Я знаю, что среди них есть дети. Три мальчика и девочка.

Так и должно было быть. Двое сыновей сержанта Макдональда и мальчик с девочкой, которые находились на борту переоборудованного спасательного катера «Кингфишер», вышедшего из Торбея. Относительно гуманности этих бандитов у меня не было ни малейших сомнений, но то, что люди, находившиеся на исчезнувших судах и ставшие свидетелями преступных действий, были все еще живы, меня не удивляло. Для этого имелись веские причины.

— А вы знаете, где их держат? Ведь в замке наверняка найдутся подходящие тайники и подвалы…

— Глубоко внизу в подвале. Отец категорически запретил спускаться туда. Без объяснения причин.

— Придется нарушить его запрет. Одевайтесь и проводите меня туда.

— Туда? — Она с ужасом посмотрела на меня. — Вы с ума сошли? Замок ночью охраняют трое до зубов вооруженных головорезов. Один из них там. Нет, вы явно спятили! Я ни за что туда не пойду!

То, что теперь из троих злодеев остались двое, я говорить ей не стал, в ее глазах по-прежнему читалось отвращение, зачем его усиливать.

— Откровенно говоря, я и не думал, что вы согласитесь. Вы бросаете на произвол судьбы своего жениха, жалкая трусиха, достойная всяческого презрения. — Я чувствовал вкус этого самого презрения на губах. — Да, лорду Кирксайду можно только позавидовать! Счастливый отец! И жениху тоже!

Она не выдержала и ударила меня, и в этот момент я понял, что победил:

— Прекращайте буянить, можете разбудить часовых. Лучше одевайтесь.

Я сел спиной к кровати и, пока она одевалась, рассматривал дверь и стены. Шарлота, теперь она — обе считают меня бессердечным и беспощадным. Обидно.

Наконец я услышал:

— Я готова.

На ней была та же дневная «униформа» — матросская тельняшка и старые джинсы, которые, как я тогда подумал, шили прямо на ней с помощью портативной швейной машинки. Видимо, они ей были впору, когда ей было лет пятнадцать. Сбивало с толку то, что она оделась за тридцать секунд, а звука портативной швейной машинки было не слышно.

Мы спустились в холл. Я был последним человеком в мире, с кем бы она захотела оказаться на необитаемом острове, но тем не менее она, должно быть от страха, довольно крепко держалась за мою руку.

Через каждые несколько метров я ненадолго зажигал фонарик, что, собственно, было излишним, так как Сьюзен хорошо знала дорогу и уверенно вела меня.

— Двери черного хода, — прошептала она. — Единственный вход в замок, кроме главных ворот. Его должен охранять часовой, но может быть он снаружи? А это двери на кухню, чтобы спуститься в подвалы нужно пройти через нее.

Часового на кухне не оказалось, двери черного хода были закрыты на замок, значит снаружи его тоже не было, правильно в такую-то погоду. Значит устроился где-нибудь внутри. Сьюзен говорила что замок ночью охраняют трое. С тем, который стоял у основных ворот, я уже расправился, один должен был охранять этот вход. Я расспросил девушку, что она знает о третьем охраннике. Она сказала, что верх здания по всему периметру опоясывает наружная галерея, и в обязанности охраны входит ее патрулирование и наблюдение за окрестностями.

Я подумал, что в такой туман этот парень даже в ночной бинокль вряд ли может что-нибудь разглядеть, и, скорее всего, тоже устроился в каком-нибудь теплом местечке. Вряд ли он нам помешает.

Прошли через кухню в посудомойку. В дальнем ее конце — открытая дверь, за ней несколько ступеней ведут вниз на небольшую площадку и ход поворачивает влево. На площадку падают отблески света. Сьюзен приложила палец к губам, и мы крадучись спустились по этим ступеням. Я осторожно выглянул из-за угла.

Там был не горизонтальный коридор, а вниз под углом шли ступени каменной лестницы. Такой мне еще не доводилось видеть. Она освещалась тусклыми лампочками, отстоящими одна от другой довольно далеко, и была так длинна, что стены вдали, казалось, смыкаются друг с другом. Приблизительно метрах в пятнадцати — небольшая горизонтальная площадка. От нее направо начинался новый коридор, а лестница продолжала спускаться дальше. На площадке стоял табурет, на котором сидел человек. На коленях у него лежала винтовка. Я пригнулся к Сьюзен и спросил шепотом: