Чтение онлайн

Внимание всего зала было приковано к мужчине в потёртом сете разбойника, что замер у стены, почти целиком скрытой под полотном огромной карты. Острие его указки скользнуло по пергаменту, обводя тревожную красную зону, расползшуюся у границ Альянса.

— И это число постоянно растёт: к ним продолжают прибывать отдельные рейды, слаженные боевые группы и даже целые гильдии.

Он сделал паузу, давая цифрам осесть в сознании присутствующих. Указка переместилась к северным территориям, откуда к Крепости тянулись десятки алых нитей, похожих на кровоточащие сосуды.

— Чтобы собрать такую армию, Гига задействовал все рычаги, — продолжил разбойник. — Кого-то он покупает, кого-то запугивает, кому-то обещает дома или ранги. Его машина работает на полную, но самого Гига у Крепости нет, и, предположительно, не будет.

— Ещё бы у этого труса хватило наглости явиться сюда самому! — пророкотал Игнис, и его гневный рокот завершился глухим ударом. Обожжённая до самого плеча правая рука тяжело опустилась на стол.

Короткая волна одобрительного гула тут же разбилась о стену неодобрительных взглядов других глав гильдий. Под их тяжестью Игнис на мгновение замер, широкая грудь под ярко-рыжей волшебной мантией судорожно вздыбилась, и из неё вырвался резкий кашель.

— Прости, Шатт, — отчеканил он, возвращая голосу спокойствие. — Продолжай.

— Есть ещё кое-что, — безэмоционально продолжил Шатт, касаясь указкой жирно выделенной точки на карте. — Наши наблюдатели сообщают о транспортировке крупногабаритного груза от Острова к Крепости.

— Что именно они везут? — поинтересовался Эрайз.

Глава «Багрового очага» всё больше напоминал Брэйва — по каким-то странным причинам седины в его волосах всё прибавлялось. И хотя демоническая усталость залегла глубокими тенями под его глазами, осанка его хранила прежнюю, несгибаемую мощь лидера.

Разведчик покачал головой.

— Этого мы не знаем. Объект перевозят в гигантском запечатанном контейнере. Попытки подобраться ближе провалились. Там может быть что угодно, и не исключено, что внушительные размеры — это лишь обманка.

Новость о таинственном грузе заставила нескольких глав гильдий податься вперёд. Они обменялись быстрыми, встревоженными взглядами, и по столу зазмеился сдержанный шёпот.

— Это всё? — спросил Эрайз, обрывая перешёптывания.

— На данный момент — да. Больше новой информации нет.

— Хорошо. Спасибо.

Разведчик коротко кивнул. Его отход от карты был таким же точным, как и доклад: выверенный шаг назад, чёткий разворот на каблуках, и вот он уже размеренно шагает к своей трибуне, не издав ни единого лишнего звука.

Альянс и Невозвращенцев связывала история сложных компромиссов. Их отношения балансировали на грани между враждой и нейтралитетом, не склоняясь до конца ни к одной из сторон. Сугубо деловому партнёрству мешало фундаментальное противоречие: одни стремились покинуть игру, другие — остаться в ней на десятки лет. Когда энтузиазм Альянса в поисках выхода поугас, хрупкое равновесие на время укрепилось. Однако то, что налаживалось месяцами, обратилось в прах за один день.

Вилл обвёл зал взглядом. Общему собранию предшествовала закрытая встреча глав Альянса с делегацией Невозвращенцев. Как и следовало ожидать, Гига выдвинул три условия: вернуть Грати, принести извинения и изгнать Кровавого целителя с его подельниками. Формулировки, которые он использовал, не оставляли пространства для манёвра: Грати — законная жена правителя, насильственное удержание равносильно нападению, а Альянс, предоставляя ей убежище, превращается из нейтральной стороны в пособника врага.

Эрайз не вставал. Он лишь медленно обвёл взглядом лица за столом. Наконец, он сцепил пальцы в замок на столешнице и заговорил. Несмотря на хрипоту, каждое его слово падало в тишину зала с тяжестью камня.

— Мы выслушали доклад разведки. Мы знаем ультиматум, который передали переговорщики. У каждого было достаточно времени, чтобы обдумать это наедине с собой. — Эрайз замолчал, медленно переводя взгляд с одного главы гильдии на другого, — Прежде чем мы начнём, я хочу напомнить всем, на чём стоит наш Альянс. На одном простом принципе, который мы выработали ещё во времена первого Совета игроков: мы принимаем решения сообща, ради блага всех. Это наша основа. Наша философия.

Он чуть подался вперёд, и его серые, как пепел, глаза, казалось заглянули в душу каждому сидящему за столом.

— И сейчас, в самый тёмный час для Альянса, — в его голосе не было пафоса, лишь спокойная уверенность, — нам предстоит принять, возможно, самое трудное решение. И что важнее — принять его не простым большинством голосов. Мы должны прийти к согласию. Чтобы его поддержали все главы, без исключений. Итак, кто считает, что мы должны выдать Грати? Уважаемые главы, поднимите руки.

Вверх медленно взметнулись шесть рук. Седьмой поднялась обожжённая кисть Игниса.

— Игнис, — кивнул ему Эрайз. — Объясни свою позицию.

— А что тут объяснять? — прохрипел тот, и Вилл поймал его колкий взгляд — маленькие, глубоко посаженные глазки буравили насквозь. — Я с самого начала был против нахождения здесь этой девчонки. Переговорщик озвучил горькую, но правду: мы укрываем жену правителя соседних земель. И можно сколько угодно спорить, узурпатор он или нет, считаем ли мы серьёзной его игру в короля или нет — факт остаётся фактом. Она — его жена.

— Вот именно, она его жена, а не собственность! — резко отрезала властная, полная женщина лет сорока, чьё добродушное на первый взгляд лицо мгновенно стало жёстким. — Мы живём не в средневековье, даже с учётом этого сеттинга! Гига не имеет права требовать её возвращения, словно она — вещь, которую у него украли!

Взгляд Игниса превратился в две тлеющие щели.

— Ты это мне объясняешь? Адресуй свои лекции Гига. Давай, иди, ему будет интересно…

— Но ты предлагаешь прогнуться под него! — перебила она.

— Игнис. Сюзанна, — голос Эрайза прозвучал негромко, но в нём была сталь, заставившая обоих замолчать. — Достаточно. Давайте выслушаем других, — Он устало потёр виски. — Хэлл?

— Я согласен с Игнисом, — с другого конца стола раздался резкий, гнусавый голос. — Можно долго спорить о высоких вещах, рассуждать, игрушка ли Грати, но если мы её не вернём, начнётся такая заваруха, что мало не покажется. Пострадают многие, в том числе мои друзья и близкие. Поэтому… — он почесал свой кривой нос, который, казалось, ломали не один раз. — В общем да, я считаю, её нужно отдать.