Чтение онлайн

Мы пришли на станцію минуты за дв до отхода позда.

Я наскоро далъ Бетереджу мои лондонскій адресъ, чтобъ онъ могъ написать ко мн въ случа надобности, общавъ съ своей стороны извстить его о новостяхъ, которыя могутъ представиться. Сдлавъ это и прощаясь съ нимъ, я случайно взглянулъ на прилавокъ, за которымъ продавались книга и газеты. Тамъ опять стоялъ замчательный помощникъ мистера Канди, разговаривая съ продавцомъ. Наша взгляды магомъ встртились. Ездра Дженнингсъ снялъ шляпу. Я отвтилъ ему поклономъ и вошелъ въ вагонъ въ ту минуту, какъ поздъ тронулся. Мн, кажется, легче стало, когда мысли мои перенеслись на новое лицо, повидимому, не имвшее для меня никакого значенія. Во всякомъ случа я началъ знаменательное путешествіе, долженствовавшее доставить меня къ мистеру Броффу, дивясь, — а, правду сказать, довольно глупо дивясь, — тому, что мн пришлось видть пгаго человка дважды въ одинъ день!

Время дня, въ которое я прибылъ въ Лондонъ, лишало меня всякой надежды застать мистера Броффа на мст его дятельности. Я прохалъ съ желзной дороги на квартиру его въ Гампстед и обезпокоилъ стараго законника, одиноко дремавшаго въ столовой, съ любимою собачкой на колняхъ и бутылкой вина возл него.

Я гораздо лучше передамъ впечатлніе, произведенное моимъ разказомъ на мистера Броффа, описавъ его поступки по выслушаніи меня до конца. Онъ приказалъ подать въ кабинетъ свчъ, крпкаго чаю, и послалъ сказать дамамъ своего семейства, чтобъ его не безпокоили ни подъ какимъ предлогомъ. Предварительно распорядясь такимъ образомъ, онъ сначала осмотрлъ шлафрокъ и затмъ посвятилъ себя чтенію письма Розанны Сперманъ.

Прочтя его, мистеръ Броффъ обратился ко мн въ первый разъ еще съ тхъ поръ, какъ мы заперлись съ нимъ въ его комнат.

— Франклинъ Блекъ, проговорилъ старый джентльменъ, — это весьма серіозвое дло, во многихъ отношеніяхъ. По моему мннію, оно такъ же близко касается Рахили, какъ и васъ. Необычайное поведеніе ея боле не тайна. Она думаетъ, что вы украли алмазъ.

Я не ршался путемъ собственнаго размышленіи дойти до этого возмутительнаго вывода. Но тмъ не мене онъ невольно овладвалъ мной. Моя ршимость добиться личнаго свиданія съ Рахилью основывалась именно на взгляд, только что высказанномъ мистеромъ Броффомъ.

— Первое, что надо предпринять въ вашемъ изслдованіи, продолжилъ адвокатъ, — это обратиться къ Рахили. Она все это время молчала по причинамъ, которыя я (зная ея характеръ) легко могу понять. Посл всего происшедшаго, подчиниться этому молчанію боле невозможно. Ее надо убдить, или заставить, чтобъ она сказала вамъ, на какихъ основаніяхъ она полагаетъ, что вы взяли Лунный Камень. Весьма вроятно, что все это дло, какъ бы теперь на казалось оно серіознымъ, разлетится въ прахъ, если мы только сдлаемъ брешь въ закоснлой сдержанности Рахили и заставимъ ее высказаться.

– Для меня это мнніе весьма утшительно, сказалъ и:- но признаюсь, я желалъ бы звать….

— Вы желали бы знать, чмъ я могу подтвердить его, вставилъ мистеръ Вроффъ: — минутку, — и я вамъ скажу. Вопервыхъ, примите во вниманіе, что я смотрю на это дло съ юридической точки зрніи. Для меня это вопросъ объ улик. Очень хорошо. Прежде всего улика несостоятельна относительно весьма важнаго пункта.

— Какого пункта?

— А вотъ послушайте. Именная мтка доказываетъ, что шлафрокъ вашъ, — согласенъ. Красильное пятно доказываетъ, что шлафрокъ запачканъ объ Рахилину дверь. Но, — какъ въ вашихъ, такъ и въ моихъ глазахъ, — гд же улика, что вы именно то лицо, на комъ былъ надтъ этотъ шлафрокъ?

Возраженіе подйствовало на меня электрическомъ толчкомъ. До сихъ поръ оно еще не приходило мн въ голову.

— Что касается этого, продолжилъ адвокатъ, взявъ письмо Розанны Сперманъ, — я понимаю, что письмо разстраиваетъ васъ. Понимаю, что вы не ршаетесь разобрать его съ совершенно безпристрастной точки зрнія. Но я вдь не въ вашемъ положеніи. Я могу приложить мой опытъ по профессіи къ этому документу точно такъ же, какъ и ко всякому другому. Не намекая даже на воровское поприще этой женщины, я замчу только, что письмо это показываетъ ее, по собственному признанію, искусною въ обман. Изъ этого я вывожу, что позволительно подозрвать ее въ недомолвк всей правды. Теперь пока я не стану строить предположенія о томъ, что она могла сдлать или не сдлать. Я хочу только сказать, что если Рахиль подозрваетъ васъ, основываясь лишь на улик шлафрока, то можно держатъ девяносто девять противъ одного, что шлафрокъ былъ показанъ ей Розанною Сперманъ; оно подтверждается, и самымъ письмомъ этой женщины, сознающейся въ своей ревности къ Рахили, сознающейся въ подмн розъ, сознающейся въ томъ, что видла проблескъ надежды по случаю предстоящей ссоры между Рахилью и вами. Я не останавливаюсь на вопрос о томъ, кто укралъ Лунный Камень (для достиженія своей цли, Розанна Сперманъ украла бы полсотни Лунныхъ Камней); я говорю только, что пропажа драгоцнности дала этой исправившейся, и влюбленной въ васъ воровк возможность поссорить васъ на всю жизнь съ Рахилью. Помните, что въ то время вдь она еще не ршилась погубить себя; а я положительно заявляю, что имя возможность, она, и по характеру, и по своему положенію, должна была воспользоваться ею. Что вы на это скажете?

— Подобныя подозрнія, оказалъ я, — приходила мн въ голову тотчасъ по распечатаніи письма.

— Именно такъ! А потомъ, прочтя письмо, вы сжалились надъ бдняжкой, а у васъ не хватило духа подозрвать ее. Это вамъ длаетъ честь, милый сэръ, — длаетъ вамъ честь!

— Ну, а положимъ, окажется, что шлафрокъ былъ на мн? Что тогда?

— Я не вижу чмъ это доказать, сказалъ мистеръ Броффъ:- но допуская возможность доказательства, не легко будетъ возстановить вашу невинность. Не будемъ теперь углубляться въ это. Подождемъ и посмотримъ, не подозрвала ли васъ Рахиль по одной улик шлафрока.

— Боже мой, какъ вы хладнокровно говорите о томъ, что Рахиль подозрваетъ меня! вскликнулъ я:- кто далъ ей право, по какимъ бы то ни было уликамъ, подозрвать меня въ воровств?

— Весьма разумный вопросъ, милый сэръ. Горяченько поставленъ, а подумать о немъ все-таки не мшаетъ. Озабочивая васъ, онъ и меня озадачиваетъ. Припомните-ка и скажите мн вотъ что. Въ то время, какъ вы гостили у нихъ въ дом, не случилось ли чего-нибудь, что могло бы поколебать Рахилину вру, — не то чтобы въ честь вашу, — но положимъ (нтъ нужды, какъ бы на былъ ничтоженъ поводъ), положимъ, ея вру вообще въ ваши правила?

Я задрожалъ въ неодолимомъ волненіи. Вопросъ адвоката, впервые по времени моего отъзда изъ Англіи, напомнилъ мн нчто дйствительно случившееся.

Въ восьмой глав Бетереджева разказа есть описаніе прибытія въ тетушкинъ домъ незнакомаго иностранца, который пріхалъ повидаться со мной по длу слдующаго свойства.

Нкогда, будучи, по обыкновенію, въ стсненныхъ обстоятельствахъ, я имлъ неблагоразуміе принять ссуду отъ содержателя небогатаго ресторана въ Париж, которому я былъ знакомъ какъ постоянный поститель. Мы назначили срокъ уплаты денегъ, а когда срокъ насталъ, и (подобно тысячамъ другихъ честныхъ людей) не могъ исполнить свое общаніе и послалъ этому человку вексель. Къ несчастію, мое имя на подобныхъ документахъ было слишкомъ хорошо извстно: ему не удалось продать вексель. Со времени моего займа дла его поразстроились; ему грозило банкротство, а одинъ изъ его родственниковъ, французскій адвокатъ, пріхалъ въ Англію съ тмъ, чтобъ отыскать меня и настоять на уплат долга. Онъ былъ характера вспыльчиваго и дурно обошелся со мной. Послдовали съ обихъ сторонъ крупныя слова; а тетушка съ Рахилью, къ несчастію, были въ сосдней комнат и слышали намъ. Леди Вериндеръ вошла и потребовала свдній въ чемъ дло. Французъ предъявилъ свою довренность и обвинивъ меня въ разореніи бднаго человка, который врилъ моей чести. Тетушка тотчасъ же заплатила и отпустила его. Она, разумется, слишкомъ хорошо меня знала, чтобы раздлять взгляды Француза на это дло; но была поражена моею безпечностію и справедливо сердилась на меня за то, что я поставилъ себя въ такое положеніе, которое, безъ ея вмшательства, могло сдлаться весьма позорнымъ. Ужь не знаю, отъ матери ли узнала Рахиль или сама слышала вс происшедшее. Она взглянула на это дло по-своему, съ выспренне-романтической точки зрнія. У меня «сердца нтъ»; у меня «чести нтъ»; у меня «правилъ нтъ»: нельзя «ручаться за будущіе моя поступки», — короче, наговорила мн такихъ строгостей, какихъ я сроду еще не слыхивалъ изъ устъ молодой леди. Размолвка наша длилась весь слдующій день. Черезъ день я усплъ помириться, и все забылъ. Неужели Рахиль вспомнила объ этомъ злосчастномъ случа въ ту критическую минуту, когда ея уваженіе ко мн подверглось новымъ и гораздо боле серіознымъ испытаніямъ? Мистеръ Броффъ отвтилъ утвердительно, тотчасъ какъ я разказалъ ему объ этомъ обстоятельств.

— Оно должно было произвесть впечатлніе на ея умъ, серіозно проговорилъ онъ:- я желалъ бы, ради вашей пользы, чтобъ этого вовсе не было. Во всякомъ случа, вотъ мы нашли предрасполагающее вліяніе противъ васъ и отдлались по крайней мр отъ одного изъ сомнній. Мн кажется, пока намъ нечего длать. Остается обратиться къ Рахили.

Онъ всталъ и началъ задумчиво ходить изъ угла въ уголъ. Раза два я хотлъ сказать ему, что ршился лично повидать Рахиль; и оба раза, изъ уваженія къ его лтамъ и характеру, боялся застигнуть его врасплохъ въ неблагопріятную минуту..

— Главная трудность въ томъ, началъ онъ: — какомъ образомъ заставить ее не стсняясь высказать все что у нея на ум. Не имете ли вы въ виду какого-нибудь средства?

— Мистеръ Броффъ, я ршилъ, что мн слдуетъ лично переговорить съ Рахилью.

— Вамъ! — онъ вдругъ остановился и посмотрлъ на меня, словно думая, что я съ ума сошелъ: — Любому, кому угодно, только не вамъ! — онъ вдругъ оскся, и прошелъ еще разъ по комнат:- Погодите-ка, сказалъ онъ:- въ такихъ необыкновенныхъ случаяхъ кратчайшій путь иногда лучше коего. — Онъ подумалъ минуты съ дв объ этомъ вопрос съ новой точки зрнія и храбро заключалъ ршеніемъ въ мою пользу. — Ничмъ не рискнешь, ничего и не возьмешь, продолжилъ старый джентльменъ: — въ вашу пользу есть вроятность, которой у меня нтъ: вамъ первому и слдуетъ попытаться.