Мифы о смерти. От островов блаженных и знаков-предвестников до дьявольских рыцарей и дара бессмертия
Шрифт:
«Вигамур, или Рыцарь с орлом», анонимный роман, написанный в XIII веке на средневерхненемецком языке [279] , рассказывает о том, как героя похитила водная нимфа и воспитал водяной (merwunder), что напоминает историю юного Ланселота. В романе «Жофре», написанном ближе к концу XII века, и единственном артурианском романе на окситанском языке (langue d’oc) [280] , вратами в иной мир служит источник:
Жофре услышал крики и увидел девицу, которая звала на помощь ее госпоже, тонувшей в источнике. Когда он наклонился к воде, одна дева подтолкнула, а вторая утянула его в воду, и он оказался в источнике. Пока его возлюбленная Бруниссен оплакивала его исчезновение, Жофре был в стране наслаждений, и любезнейшая женщина попросила его защитить ее от ужасного чудовища, Фелона д’Оберю [281] . Герой избавил даму от угрозы, вернулся ко двору и женился на своей возлюбленной. После свадьбы они отправились в свои владения и провели ночь у источника, из которого выходили рыцари, девы и их правительница — фея Жибель (la fada de Gibel; стр. 8424).
279
Wolfenbuttel, Herzog August Bibliothek, ms Cord. 51.2 Aug. 4.
280
Brunel, ed., Jaufre.
281
Она говорит, что у него голова лошади или быка, глаза большие, как яйца, толстые черные губы, а из пасти, которая больше, чем у леопарда, торчат огромные кривые зубы. Прим. авт.
Жибель [282] (от араб. «джебель» — гора) — на Сицилии это название позднее превратилось в Монджибелло [Этна] — место, которое традиционно ассоциируется с адом. Согласно легенде, подвергшейся значительному влиянию христианства, именно здесь король Артур оказался после смерти [283] . Некоторые источники помещают эту область на Сицилию, близ Катании, что наводит на мысли о вулкане Этна. Таким образом, здесь мы видим пример демонизации волшебного мира фей.
282
См. Walter, Dictionnaire de mythologie arthurienne, 159–160.
283
См. Graf, Miti, leggende e superstizioni del Medio Evo, II, 303–335.
Извержение вулкана Этна, предположительно, ночью 1787 г. Цветная меццо-тинто Ж.-М. Микселя по рисунку А. д’Анны.
Wellcome Collection
Теперь давайте взглянем на топонимы, которые служат знаками перехода между мирами. Королевство Горр описывается как «земля, откуда никто не возвращается». На входе в это королевство находится Сарпенский лес. Королевство окружено водой, то есть это остров. Попасть туда можно по Мосту меча (Pont de l’Espee), известному также как Гибельный мост (Bridge perillous), — это гигантский меч, перекинутый через ужасающий черный поток воды, который служит границей, отделяющей королевство Норгалес, и по которому нужно идти босиком. Есть и еще один, подводный, мост, по которому тоже можно попасть в королевство. Горр именуется также «королевством, откуда нет возврата» (Roialme sans Retour), что наводит на мысли о стране мертвых. В романе «Ланселот, или Рыцарь телеги» Кретьена де Труа фигурирует Мелеаган. Исследования показывают, что этот персонаж появляется в рыцарских романах под разными именами (например, Махелоаса, владыки Стеклянного острова), и в этой фигуре мы можем узнать Мельваса, который, скорее всего, был у кельтов владыкой потустороннего мира или даже повелителем мертвых.
Мост меча. Иллюстрация из рукописи мастерской Э. д’Эспинка. Национальная библиотека Франции, ок. 1475 г.
Bibliotheque nationale de France (BnF)
«Долина без возврата» (получила свое говорящее название благодаря чарам феи Морганы; Ланселот попал туда, убив двух драконов и переправившись через две реки), «Путь без возврата», «Дорога дьявола», «Замок смерти», «Пустая земля», «опасный Пустой лес», «Странный остров» и «Черный остров» — все эти названия указывают на то, что рыцарь-странник пересек границу и попал в другой мир.
В романе Рено де Боже «Прекрасный незнакомец» (Le Bel Inconnu) [284] конца XII или начала XIII века Золотое королевство Белорукой девы находится на острове. В «Книге Артура» (Le Livre d’Artus) и «Романе об Иосифе Аримафейском» (Joseph d’Arimathe) Насьен попадает на облаке на вращающийся остров, а Ланселот удаляется на остров радости. В «Аполлонии Тирском» (XIV в.) Генриха фон Нойштадта в Золотую долину можно дойти по дороге, образующей мост, который сбрасывает всякого, кто ступает на него, будучи неправедным в своих деяниях; чуть дальше находится лестница, имеющая такие же свойства [285] .
284
См. Walter, Le Bel Inconnu de Renaut de Beaujeu; Ferlampin-Acher and Leonard, La Fee et la Guivre, I–LXVI.
285
Heinrich von Neustadt, «Apollonius von Tyrland» nach der Gothaer Handschrift (ed. Singer).
Авторы рыцарских романов обильно используют детали, указывающие, например, на то, что замок, куда прибыл рыцарь, находится на границе другого мира. Он мрачен, окружен черными водами или зловещими болотами либо огражден частоколом, увенчанным человеческими головами. Иногда его может окружать непреодолимая воздушная стена. Множество имен и названий подсказывает нам, что эта крепость — не то, чем кажется, и не случайно перекрестки играют важную роль в рыцарских авантюрах, а герой часто оказывается на распутье (homo viator in bivio). Это связано со знакомой нам символикой, согласно которой трудный путь — это испытание в ходе инициации героя, а часто и способ обретения власти. Кроме того, в романах встречаются чарующе прекрасные места, где феи дают приют героям: цветущие луга, берега рек с разбитыми шатрами или райские сады. Но чтобы попасть туда, рыцарям нужно пройти множество испытаний, которые часто реализуются через особенности ландшафта.
Для начала рассмотрим рассказ об авантюре Персиваля, изложенный Жербертом де Монтрейлем [286] . Рыцарь едет по узкой тропе, заросшей колючим кустарником, и подъезжает к горе, где слышатся «гнусные и отвратительные» (lait et hideus) вопли. Он направляется туда, находит там плиту из красного мрамора и садится на нее. Затем он слышит голос, умоляющий избавить его от страданий и извлечь шип, вонзенный в его тело. Персиваль исполняет просьбу и видит, как из плиты выползает червь и исчезает. При этом воздух наполняется пламенем, громом и ветром; и рыцарь понимает, что дьявол обманул его. Но ему удается вновь заточить того в каменную плиту.
286
Gerbert de Montreuil, La Continuation de Perceval (ed. Oswald), III, стр. 14342–14556.
В авантюре с Опасным замком (Chastel Perilleus) рыцарь попугая (герой более позднего романа «Рыцарь попугая» (Le Chevalier du Papegau), написанного в XIV или XV в.) подходит к горе, вокруг которой течет широкая, глубокая, непроглядно-черная река. Через реку перекинут мост, настолько узкий, что пройти по нему можно только пешком. В середине него вращается заколдованное железное колесо, острое как бритва. В конце моста возвышается изящная башня около тридцати родов [287] высотой, за ней стоит замок. Рыцарь преодолевает эти препятствия и входит в покои. Перед ним появляется дева, в одеждах наполовину пурпурных, наполовину алых, за ней следует целая свита девушек в таких же нарядах. Затем на рыцаря набрасывается мужчина в доспехах; победив нападавшего, герой освобождает замок от власти короля Бель Найна [288] . Местоположение замка, его название и описание его защитных укреплений указывают на то, что история эта разворачивается в потустороннем мире. Кроме того, о многом говорит и то, каким образом рыцарь оказался на пути к Опасному замку. Он следовал за странным животным, красным, как раскаленный уголь, и освещавшим все вокруг. Они двигались до полуночи, затем отдохнули, а на следующий день попали в прекрасную зеленую страну с чудесными тропами. Там они подошли к развалинам замка, и рыцарь увидел седого старца в белом, идущего ему навстречу. Животное, приведшее его туда, оказалось не кем иным, как покойным Бель Найном, который живет, по-видимому, в некоем преддверии рая. «Я живу в чудесном месте, — говорит Бель Найн, — и останусь здесь до тех пор, пока не исполнится пророчество Мерлина. Тогда я смогу отправиться в еще более прекрасное место, полное наслаждений, в тот день, когда Господь воздаст праведным» [289] . То есть этот Бель Найн — дух умершего, который пытался освободить свое королевство от узурпатора, занявшего его замок.
287
Род (англ. rod, «прут») — английская единица длины; 1 род равен примерно 5 метрам. Прим. пер.
288
Имя Bel Nain означает «прекрасный карлик». Прим. пер.
289
Le Chevalier du Papegau (ed. Heuckenkamp), § 51–54, 63–69.
В артурианской поэме «Прекрасный незнакомец» (Le Bel Inconnu) [290] Рено де Боже рассказывает историю о Брошенном городе (Cite Gaste). Этот город с одной стороны защищает река, через которую перекинут мост, а с другой — мощные укрепления и дьявольский рыцарь, о котором мы говорили ранее. Брошенный город, очевидно, представляет собой другой мир или, по крайней мере, пространство между мирами.
Рено де Боже упоминает еще одну страну, на этот раз волшебную: страну Белорукой девы — феи, которая живет на Золотом острове. Здесь описание также не оставляет сомнений в природе этого места. Город окружен рекой, через которую перекинут мост (воплощение границы между мирами), а дворец излучает свет. Гинглен видит шатер в конце дороги, перегороженной острым частоколом, на который насажены головы рыцарей. Проход сторожит Мальжьер ли Грис (Malgiers li Gris, стр. 1870 и далее), но рыцарь убивает его в поединке.
290
Renaut de Beaujeu, Le Bel Inconnu (ed. Williams). Сюжет романа очень близок к сюжету народных сказок AT 400.
Иногда именно благодаря ландшафту читатель понимает, что действие разворачивается в потустороннем мире. Один из лучших примеров — «История Мериадока, короля Камбрии» (Historia Meriadoci regis Cambriae) [291] , написанная около 1280 года священником, жившим в Южном Уэльсе:
Преследуя Сагунтия, вождя рыцарей короля Гундебальда, живущего на острове за Рейном, который называют Землей, откуда не возвращаются (из-за болот, затягивающих всякого, кто ступит на остров), Мериадок и его отряд попали в лес, труднопроходимый из-за диких животных, «а также из-за бесчисленных невероятных призраков (fantasmata), мучивших и изводивших тех, кто пытался пройти сквозь него». Они устали и легли спать, «но едва они закрыли глаза, как небо начало светлеть». Стража разбудила Мериадока, и его поразило то, сколь коротка была ночь. Они продолжили путь и вскоре оказались на равнине, где Мериадок часто охотился с императором. Он с изумлением увидел там огромные строения, окруженные глубоким рвом и отвесными крепостными стенами. Вместе с удивленными спутниками он вошел в королевскую залу, где его встретила дама, знавшая, как он выглядит и как его зовут. «Не удивляйся, Мериадок, что я назвала тебя по имени. Я давно знаю тебя», — сказала она, хотя он никогда прежде ее не видел. И добавила: «Это место существует с древних времен. Оно находится не там, где ты думаешь, и оно всегда было таким, каким ты его видишь».
291
Historia Meriadoci regis Cambriae, ed. and trans. Jean-Charles Berthet, in Walter, ed., Arthur, Gauvain et Meriadoc, 168–297. English translations in quotations from Day, ed., Latin Arthurian Literature.
То есть герой оказался в другом мире.
Пир проходил в полной тишине. Мериадок попытался выяснить, кто его сотрапезники, но сенешаль лишь недовольно скривился в ответ. Мериадок хотел было покинуть стол, но дама одернула сенешаля загадочной фразой: «Остановись, не стоит оскорблять этого благородного человека, иначе он заметит, что двор наш отмечен печатью злодейства» (намек на то, что на двор было наложено заклятие или запрет). Затем потрясенный Мериадок и его люди покинули замок.