Чтение онлайн

– А… Какие проблемы! Поделимся. Я отдам ему тебя, а себе возьму добычу!

– Что? Ах, ты! Пусти! Пусти, меня!

Я ещё крепче прижал её к себе, и мы повалились наземь, отчего я больно стукнулся головой, набив на затылке шишку. Ната, делая вид, что сердится, но не в силах спрятать улыбку, кусала меня за ухо, уверяя, что вначале она сама меня съест. Мы оказались лицом к лицу, и я смутился, увидев так близко ее совсем невеселые глаза.

– Ты ни при чем…- она мягко улыбнулась И не торопись меня отпускать. Я этого не просила.

– Мне теперь сложно догадаться, когда я должен остановиться…

– Ты всегда можешь не останавливаться, если так решишь.

– Я подожду, – я сглотнул предательский комок Я умею ждать…

– А ты не изменил своего отношения ко мне? Может, ты не понял, что я делала… у этого парня?

Ната напряженно ждала ответа – она даже замерла, насколько это было вообще возможно, лежа на моей груди. Я аккуратно приподнял и поставил ее на колени.

– Я понял все. И очень хочу, чтобы память об этом сгорела в твоей душе так же, как сгорел и город, в котором тебе пришлось это пережить.

– Такое не забывают, Дар… И ты тоже – не забудешь.

– Не забуду. Я сказал – память? Я ошибся. Я хотел сказать – боль.

Ната долго искала что-то у меня в глазах, потом, молча, прижалась ко мне и обняла – крепко-крепко…

– Дар…

Наверное, Ната светилась. Иначе, не найти слов, чтобы передать то состояние, в котором она находилась. Девчонка бросала дротики в мишень, бегала по холму за псом, дурачилась и смеялась – и я видел, что на этот раз, все совершенно искренне… Спал тот тяжелый камень, который ей пришлось так долго носить в себе. А я… Нет, она не переложила его на меня. Хотя, может быть, я немного облегчил ее тяжелую ношу…

Угар, потерявший всякую надежду на прогулку, жалобно взвыл и начал хватать нас за ноги. Но даже его интеллекта не хватило, чтобы понять, что сегодня это может быть чревато – Ната, торжествующе хохоча, уселась на него, и бедный пёс стал жертвой агрессии со стороны, вконец, развеселившейся девчонки. Зато я смог присесть и перевести дух. Ната довела собаку до того, что пёс, потеряв всякое терпение, ухватил её зубами за ногу и стал таскать за собой, нарочито выбирая самые неудобные участки. Она прыгала за ним на одной ноге. Я не на шутку испугался. Одно неосторожное движение, и Ната могла серьёзно ушибиться о торчащие тут и там куски плит, камней и прочего, торчащего из земли, хлама.

– Угар! Перестань, немедленно! Ко мне!

Но пёс, справедливо полагая, что долг платежом красен, мотал бедную девушку до тех пор, пока она не отпустила его, задыхаясь от усталости и смеха. Они оба, шатаясь, поплелись ко мне, и я только развёл руками – стирка и мытьё были обеспечены. Ната прикладывала ко лбу лезвие ножа – всё-таки, она не сумела уберечься от пары ссадин и ушибов. Но девушка и не думала обижаться на пса, вполне мирно гладя его по загривку. Угар, словно усмехаясь, скалил свои страшные клыки и делал вид, что собирается её укусить. Ната, умиленно улыбаясь, потихоньку заговаривала ему зубы – я предвидел, что она вновь собирается оседлать громадного пса.

– Ну, всё, хватит! Или кто-то сегодня останется ночевать на улице!

Угар, поняв, что я не на шутку рассердился, мотнул башкой. Ната, притворно огорчившись, пошла домой накрывать на стол. Как бы там ни было – день ещё не кончился, и, пока девушка возилась в убежище, я решил обойти с собакой наш холм. Мы прошли по всему периметру, поднялись на вершину и долго наблюдали по всем сторонам. Прошло несколько месяцев, с тех пор, как все произошло, а, казалось, что я прожил несколько лет. Я не чувствовал себя больше одиноким. Со мной был Угар, и была Ната. Ната… Рано или поздно – мы встретим людей. Что будет тогда с нами? Хорошо это или плохо? Чем закончится эта встреча? Кто будут эти, уцелевшие, – друзья… или враги? И, не поэтому ли, не признаваясь даже себе, в самых мрачных предположениях, я так хотел научить Нату не бояться вида крови и уметь самой нанести смертельный удар. После встречи с тем жутким созданием, стычка с которым едва не привела к нашей общей гибели, я больше всего опасался, что люди, скорее всего, будут врагами. Мутантами… За себя я не боялся. Пережитый кошмар этих недель, кровавые схватки с крысами – страх потерял надо мной власть. Я учился убивать, прекрасно понимая, что только это умение, не даст, кому бы то ни было, убить меня. А вместе со мной – и девушку… Ей тоже придется выучиться этому ремеслу – ради того, чтобы жить.

… Вблизи озера Гейзера стали часто появляться следы зверьков – по нашему общему мнению, довольно крупных. Те ли это были, на которых охотился Угар или другие – мы не знали. Все следы, как две капли воды, походили один на другой, различаясь только величиной отпечатков. Мы видели парочку из них – издалека. Угар, унюхав добычу, унесся вперед и спугнул их – зверьки, неожиданно быстро и проворно, исчезли среди камней и чахлой травы, появляющейся среди холмов. Я решил устроить там засаду…

Возможно – мы уже не являлись единственными охотниками, среди руин – на дальних холмах мелькали темные тени, по виду, очень напоминающие ту самую кошку, которая едва не прикончила нашего пса. Ната показала мне на них глазами – они могли превратить охоту на зверьков в охоту на нас…

– Пусть попытаются, – сквозь зубы проворчал я Угар уже способен кое-кому переломать хребет самостоятельно…

Пес уверенно и с достоинством – Откуда что бралось? – снова шел впереди нас. Не зная, что это собака, на расстоянии, его вполне можно было бы спутать с медведем, не из самых крупных. Шерсть, свисающая до земли, массивная голова с мощной челюстью, кривоватые лапы с втянутыми когтями… Никакая кошка не могла больше претендовать на легкую победу – Угар мог одним ударом раздробить ей кости.

Мы дошли до холмов и выбрали место, в котором затаились – нужно было сидеть тихо, не производя ни малейшего шума.

– А ты охотился здесь, до меня?

– Нет. Единственная моя охота – и то, случайная – это Свинорыл.

Ната многозначительно посмотрела, но ничего не произнесла – Я про себя улыбнулся. Действительно – среди развалин, впервые в жизни – и, надеяться на удачу? Нонсенс… Но вслух сказал:

– Давай ждать… Охота – это, прежде всего, ожидание.

Мы расположились недалеко от полосы вдавленного песка – вроде, как следа от проползших змей или больших червей. Они тянулись от воды и вглубь земляных холмов. Если эти змеи питаются мелкими грызунами – удобней места не найти. Угар тоже растянулся во весь рост на земле и положил голову на лапы. Он вскоре стал дремать, что меня вполне устраивало. Он мог только спугнуть добычу, вместо того, чтобы нам помочь.

Первые зверьки появились на водопое в начале ночи. Ната, с которой мы все это время тихо болтали, прервала меня на полуслове…

– Смотри! – она восторженно выдохнула и потянулась к луку.

– Не торопись… Выбери того, кто поближе. Не спеши…

Я сам загорелся азартом и, на всякий случай, изготовил свой лук к стрельбе.

– Левого… Вставай медленно.

Зверек, которого мы выбрали, сосредоточенно копался в прибрежной полосе, и что-то доставал из скудных водорослей, сразу отправляя их себе в рот.

Я сделал ей знак остановиться. Ната послушно замерла – ее нога, на которую она собиралась ступить, так и повисла в воздухе.

– Вбок… Перенеси вес тела на одну ногу. Приготовься…

Ната стала вставлять стрелу, но я положил ладонь на древко.

– Нет. Дротик.

Она кивнула и потянулась за дротиком, висевшим у нее за спиной. Зверек встрепенулся – он напряг свои длинные уши и застыл, как вкопанный. Мы замерли – он услышал наше шевеление… Прошла пара томительных минут, прежде чем он успокоился и вновь склонился к зарослям. Рядом сжался Угар – пес проснулся и тоже собирался принять участие в охоте. Я слегка сжал его пасть – погоди… Ната отвела руку назад и резко метнула дротик. Воздух наполнил звук похожий на жужжание шмеля. В следующий миг мы услышали визг раненого зверя. Он подпрыгнул вверх и сразу упал – наконечник пробил его насквозь! Мы выскочили, опередив пса на доли секунды. Я успел ухватить его за загривок, не допуская к переставшей биться добыче.