Чтение онлайн

Онъ провелъ передъ собою ночникомъ вдоль висвшихъ бумагъ, точно свтъ ночника былъ эмблемой свта его школьныхъ познаній; потомъ поставилъ бутылку на столь и сталъ позади него, зорко вглядываясь въ своихъ постителей. Въ немъ была странная особенность, составляющая принадлежность нкоторыхъ хищныхъ птицъ, а именно: каждый разъ, какъ онъ хмурилъ лобъ, его всклокоченный хохолъ приподнимался.

— И вы всхъ ихъ вытащили, всхъ? — спросилъ Юджинъ.

На это хищная птица въ свою очередь спросила:

— А какъ ваша фамилія? — позвольте узнать.

— Это мой другъ, — сказалъ Мортимеръ, — мистеръ Юджинъ Рейборнъ.

— Мистеръ Юджинъ Рейборнъ? Хорошо. А почему бы мистеру Юджину Рейборну задавать мн вопросы?

— Я такъ просто спросилъ: вы ли всхъ ихъ вытащили?

— Я отвчу вамъ такъ же просто: по большей части я.

— Какъ вы полагаете, не было ли насилія или грабежа въ нкоторыхъ изъ этихъ случаевъ?

— Я ничего объ этомъ не полагаю, и не изъ такого десятка. Если бы вамъ довелось добывать себ хлбъ изъ рки, то и вамъ некогда было бы полагать. Прикажете проводить?

Ляйтвудъ кивнулъ головой, и хозяинъ отворилъ дверь; но тутъ у самаго почти порога Ляйтвудъ увидлъ блдное и встревоженное лицо, — лицо человка сильно взволнованнаго.

— Вы не тла ли ищете? — спросилъ Гафферъ Рексамъ. — Или не нашли ли сами тла?

— Я заблудился, — отвчалъ человкъ торопливымъ и тревожнымъ голосомъ.

— Заблудились?

— Я… совершенно незнакомъ съ этими мстами и сбился съ дороги. Мн… мн необходимо видть то, что описано вотъ тутъ…

Онъ задыхался и едва могъ говорить; однакоже указалъ на бывшій у него другой экземпляръ объявленія, только что напечатаннаго, не успвшаго высохнуть и только что вывшеннаго Гафферомъ на стн его комнаты.

Свжесть этого экземпляра, а можетъ быть, и общій видъ его дали Гафферу возможность понять появленіе незнакомца.

— Здсь ужъ есть джентльменъ — мистеръ Ляйтвудъ — по этому же длу.

— Мистеръ Ляйтвудъ?

Послдовало молчаніе. Мортимеръ и незнакомецъ посмотрли одинъ на другого. Они другъ друга не знали.

— Мн кажется, сэръ, вы сдлали мн честь, назвавъ меня по имена? — сказалъ Мортимеръ съ своимъ обычнымъ спокойствіемъ, прерывая неловкое молчаніе.

— Я только повторилъ его за этимъ человкомъ.

— Вы сказали, что вы чужой въ Лондон?

— Совершенно чужой.

— Не ищете ли вы нкоего мистера Гармона?

— Нтъ.

— А то, могу уврить васъ, поиски ваши будутъ напрасны… Не угодно ли вамъ идти съ нами?

Пройдя небольшое пространство по кривымъ переулкамъ, сплошь покрытымъ грязью, занесенною въ нихъ, быть можетъ, послднимъ зловоннымъ приливомъ, они подошли къ небольшой двери и къ яркому фонарю полицейской станціи. Здсь они нашли полицейскаго инспектора съ перомъ, чернильницей и линейкой, который работалъ надъ своими книгами въ выбленной комнат, какъ какой-нибудь монахъ въ монастыр на вершин горы, и такъ спокойно, какъ будто бы до него не долетали неистовые крики пьяной женщины, стучавшей что было мочи въ двери карцера, гд она была заперта, близехонько, на заднемъ двор. Съ тмъ же видомъ затворника инспекторъ оставилъ свои книги и кивнулъ Гафферу, какъ человку, ему уже извстному, бросивъ на него при этомъ такой взглядъ, который какъ будто говорилъ: «Про васъ то, другъ любезный, мы все знаемъ: когда-нибудь попадетесь». Потомъ онъ обратился къ мистеру Мортимеру Ляйтвуду и къ его спутнику и сказалъ, что сейчасъ будетъ готовъ къ ихъ услугамъ. Въ нсколько минутъ онъ окончилъ разлиновку лежавшей передъ нимъ книги, надъ которой трудился такъ старательно, какъ будто разрисовывалъ молитвенникъ. Отчетливость и тщательность его работы ясно показывали, что въ сознаніе его совсмъ не проникала женщина, барабанившая въ дверь карцера съ сугубымъ неистовствомъ и съ страшнымъ визгомъ требовавшая, чтобъ ей подали утробу какой-то другой женщины.

— Дайте фонарь, — сказалъ инспекторъ, вынимая ключи.

Покорный сателлитъ подалъ ему фонарь.

— Теперь пойдемте, джентльмены.

Однимъ изъ ключей онъ отперъ прохладный подвалъ въ конц двора, и вс вошли туда. Но въ скоромъ времени они снова показались. Никто не говорилъ, кром Юджина, прошептавшаго Мортимеру:

— Немногимъ похуже леди Типпинсъ.

Вс опять направились въ выбленную библіотеку того же монастыря, — а визгливыя требованія утробы стояли въ воздух, не смолкая и тогда, когда они смотрли на печальное зрлище, для котораго явились сюда, не смолкая и посл, когда аббатъ монастыря, инспекторъ, суммировалъ имъ обстоятельства этого казуснаго дла. Вотъ что онъ разсказалъ:

— Нтъ никакого ключа къ тому, когда попало тло въ рку. Это часто бываетъ, что не находится ключа. Прошло слишкомъ много времени и трудно дознаться, когда послдовало поврежденіе членовъ: при жизни или посл смерти, одно весьма основательное медицинское свидтельство утверждаетъ: при жизни; другое столь же основательное медицинское показаніе утверждаетъ: посл смерти. Буфетчикъ съ парохода, на которомъ джентльменъ прибылъ въ Англію, приходилъ взглянуть на трупъ, и готовъ подъ присягою удостоврить тождество личности; онъ же готовъ присягнуть и насчетъ одежды. Къ тому же, видите, найдены бумаги. Гд же пропадалъ этотъ человкъ, такимъ образомъ, безъ слда, съ тхъ поръ, какъ покинулъ пароходъ и до тхъ поръ, какъ его нашли въ рк? Можетъ быть, закутилъ немного, думая, что покутить бда невелика, но къ кутежамъ былъ непривыченъ и кутежъ-то и сгубилъ его? Завтра — формальный осмотръ, и, безъ сомннія, послдуетъ приговоръ присяжныхъ коронера.

Говоря все это, инспекторъ нсколько разъ взглянулъ на незнакомца; потомъ, окончивъ свою рчь, сказалъ тихонько Мортимеру:

— Вашего знакомаго это, кажется, сразило, сразило наповалъ.

Тутъ онъ еще разъ пытливо взглянулъ на незнакомца. Мистеръ Ляйтвудъ объяснилъ, что онъ не знаетъ этого человка.

— Въ самомъ дл? — спросилъ инспекторъ, насторожившись: — гд же вы сошлись съ нимъ?

Мистеръ Ляйтвудъ объяснилъ и это.

Инспекторъ, въ продолженіе всей своей рчи и въ то время, какъ перебрасывался этими послдними словами съ Мортимеромъ, стоялъ, опершись локтями на конторку и пропустивъ пальцы правой руки между пальцами лвой. Вдругъ, не измняя своего положенія и только вскинувъ глаза на незнакомца, онъ громко спросилъ его:

— Вамъ никакъ дурно, сэръ? Должно быть, вы не привыкли къ дламъ этого рода?

Незнакомецъ, стоявшій съ опущенной головой у камина, прислонившись къ нему, обернулся и отвтилъ:

— Нтъ, не привыкъ. Страшное зрлище!

— Я слышалъ, сэръ, что вы ожидали признать въ этомъ труп извстнаго вамъ человка?

— Да?

— Ну что же, признали?

— Нтъ, не призналъ. Ужасное зрлище, страшное! Ухъ, какое ужасное зрлище!

— Кого же вы искали? — спросилъ инспекторъ. — Опишите намъ его, сэръ. Можетъ быть, мы можемъ вамъ помочь.

— Нтъ, нтъ, — сказалъ незнакомецъ. — Было бы совершенно безполезно. Прощайте.

Инспекторъ не двинулся, не отдалъ никакого приказанія; но его сателлитъ шмыгнулъ къ выходной двери, прислонился къ ней спиной, взялся за косякъ ея лвой рукой, а правой, какъ будто невзначай, навелъ на незнакомца бычій глазъ [3] фонаря, принятаго имъ отъ инспектора при вход въ комнату.

— Послушайте, — сказалъ инспекторъ: — вы или лишились друга, или избавились отъ врага; иначе вы не пришли бы сюда. Слдовательно, я имлъ основаніе спросить, кого вы ищете.

— Извините, если я не отвчу вамъ и на это. Человкъ вашей профессіи лучше всякаго другого долженъ понимать, что многія семьи не желаютъ оглашать свои семейныя несчастія безъ крайней необходимости. Я не отрицаю, что, предлагая мн эти вопросы, вы исполняете свою обязанность; но увренъ и въ томъ, что вы не будете оспаривать моего права не давать отвта. Покойной ночи.

Онъ повернулся къ двери, гд сателлитъ, не сводившій глазъ со своего начальника, все еще стоялъ, какъ безгласная статуя.