Чтение онлайн

— Я лично отказываюсь, Веггъ, — сказалъ, смясь, мистеръ Боффинъ.

— Боф-финъ! — возгласилъ Веггъ, поворачиваясь къ нему съ строгимъ видомъ. — Я понимаю вашу новоявленную храбрость. Я вижу, какъ изъ-подъ вашей позолоты сквозить мдь. Судьба помогла вамъ во-время вытащить хвостъ изъ капкана. Зная, что вамъ терять нечего, вамъ не трудно разыграть гордую независимость. Вы хоть и засаленное стекло, но не настолько, чтобы нельзя было видть насквозь. Но мистеръ Гармонъ — дло другое. Мистеръ Гармонъ рискуетъ не дешевой парой башмаковъ. Изъ того, что я здсь слышалъ, я догадываюсь, что это мистеръ Джонъ Гармонъ (мн попадалось въ газетахъ кое-что объ этомъ убійств, и я теперь смекаю, въ чемъ дло), и я бросаю васъ, Боффинъ, какъ не стоящаго вниманія. Я спрашиваю теперь мистера Гармона, иметъ ли онъ понятіе о содержаніи этого документа?

— Это — завщаніе моего покойнаго отца, помченное боле поздней датой, чмъ то, которое представилъ мистеръ Боффинъ. По этому завщанію все состояніе переходить въ казну, — сказалъ Джонъ Гармонъ настолько равнодушно, насколько это могло быть совмстимо съ крайней суровостью тона.

— Совершенно врно! — подхватилъ Веггъ. — А если такъ (тутъ онъ весь изогнулся, перенеся всю тяжесть своего тла на свою деревяшку, скривилъ на-бокъ свою деревянную голову и прищурилъ одинъ глазъ)… если такъ, то я ставлю вопросъ: чего стоить такой документъ?

— Ничего, — отвчалъ Джонъ Гармонь.

Веггъ, съ злорадной усмшкой, повторилъ это слово и уже собирался сдлать какое-то саркастическое замчаніе, какъ вдругъ, къ своему безграничному изумленію, почувствовалъ, что его схватили за галстухъ, встряхнули такъ энергично, что у него защелкали зубы, отбросили въ уголъ вмст съ его ковыляющей деревяшкой и пригвоздили къ стн.

— Бездльникъ! — сказалъ Джонъ Гармонъ, сдавливая ему горло, какъ клещами.

— Вы меня о стну головой колотите! — взмолился слабымъ голосомъ Сайлесъ.

— Я нарочно колочу тебя о стну головой, — отвчалъ Джонъ Гармонъ, съ явнымъ удовольствіемъ подкрпляя дйствіемъ эти слова, — и охотно далъ бы тысячу фунтовъ за позволеніе выколотить изъ тебя вс мозги… Слушай, мерзавецъ, что я теб скажу. Видишь ты эту голландскую бутылку?

Слоппи поднялъ бутылку въ назиданіе ему.

— Въ этой бутылк, мерзавецъ, хранилось послднее изъ многихъ завщаній, составленныхъ моимъ несчастнымъ, самого себя терзавшимъ отцомъ. И этимъ завщаніемъ все до послдняго гроша передается моему великодушному благодтелю (и твоему тоже) мистеру Боффину. Меня же и мою сестру (въ то время уже умершую) оно совершенно устраняетъ и порочитъ насъ обоихъ, называя поименно. Мой и твой великодушный благодтель нашелъ эту бутылку уже посл того, какъ вступилъ во владніе всмъ имуществомъ. Эта находка безмрно огорчила его, потому что, хотя меня и моей сестры уже не было въ живыхъ, она бросала тнь на нашу память, ничмъ, какъ ему было извстно, нами не заслуженную. И онъ зарылъ бутылку въ принадлежавшую ему мусорную кучу, гд она и лежала до послдняго времени и гд ты, неблагодарный песъ, такъ часто копался около нея. Онъ ршилъ, что находка его никогда больше не увидитъ свта, но уничтожить ее побоялся, такъ какъ уничтоженіе документа, хотя бы и съ благородной цлью, — есть преступленіе передъ закономъ. Когда въ этомъ дом узнали меня, мистеръ Боффинъ, не зная, какъ ему быть съ найденнымъ завщаніемъ, разсказалъ мн, подъ однимъ условіемъ, котораго не можетъ оцнить такая собака, какъ ты, тайну голландской бутылки. Я настоялъ на томъ, чтобъ снова откопать бутылку, и представить завщаніе на утвержденіе. Первое было сдлано на твоихъ глазахъ; о томъ же, что сдлано и второе, ты ничего не зналъ. Итакъ, бумага, шуршащая въ твоихъ рукахъ, пока я трясу тебя за галстукъ, не стоитъ даже сгнившей пробки въ голландской бутылк. Понимаешь?

Судя по вытянувшемуся лицу Сайлеса, голова котораго болталась во вс стороны самымъ некомфортабельнымъ образомъ, онъ понималъ.

— А теперь, негодяй, я скажу теб еще дв маленькія рчи, чтобы хорошенько тебя наказать, — продолжалъ Джонъ Гармонь, подкрутивъ ему галстухъ еще на одинъ поворотъ и держа его передъ собой прижатымъ въ уголъ на разстояніи всей длины руки. Твое открытіе было, дйствительно, открытіемъ, такъ какъ никто не догадался раньше заглянуть въ то мсто. И мы ничего не знали объ этомъ открытіи, пока Винасъ не разсказалъ о немъ мистеру Боффину, хотя я зорко за тобой присматривалъ съ перваго же дня моего появленія здсь и хотя давно уже главнымъ занятіемъ Слоппи и утхой его жизни было тнью ходить за тобой. Я разсказываю теб все это затмъ, чтобъ ты зналъ, что мы вполн тебя разгадали и безъ труда могли убдить мистера Боффина позволить намъ обманывать тебя до послдней минуты, чтобы потомъ дать теб какъ можно сильне почувствовать разочарованіе отъ неудачи твоей интриги. Вотъ теб моя первая рчь. Понимаешь?

И онъ помогъ прочищенію мозговъ мистера Вегга, задавъ ему новую встряску.

— Я сейчасъ кончу, мерзавецъ, — продолжалъ онъ. — Ты считаешь меня владльцемъ богатствъ моего отца. Такъ оно и есть, но не на основаніи какого-нибудь формальнаго акта, оставленнаго моимъ отцомъ, и не по праву, а исключительно благодаря великодушію мистера Боффина. Прежде, чмъ открыть мн тайну голландской бутылки, онъ поставилъ условіемъ, что я возьму себ все состояніе, а онъ не возьметъ ничего, кром завщанной ему раньше мусорной кучи. Всмъ, что я имю, я обязанъ безкорыстію, честности, доброт (я не нахожу словъ, чтобы вполн выразить мои чувства) мистера и мистрисъ Боффинъ. И когда, зная то, что я зналъ, я увидлъ, что такой червякъ, какъ ты, сметъ поднимать голосъ въ этомъ дом противъ этой благородной души, я удивляюсь, — прибавилъ Джонъ Гармонъ сквозь стиснутые зубы, повернувъ галстухъ Вегга еще на одинъ, послдній поворотъ, — я удивляюсь, какъ я не свернулъ теб голову и не выбросилъ ее за окошко… Ну, будетъ съ тебя. Это моя вторая и послдняя рчь.

Почувствовавъ себя свободнымъ, Сайлесъ поднесъ руку къ ше и откашлялся съ такимъ видомъ, какъ будто у него застряла въ горл рыбья кость. А въ то самое время, пока мистеръ Веггъ прочищалъ свое горло, можно было наблюдать очень странные и, съ виду, непонятные поступки со стороны мастера Слоппи, который пробирался къ мистеру Веггу вдоль стны на манеръ того, какъ это длаетъ носильщикъ или грузчикъ, готовясь поднять на спину куль съ мукой или съ углемъ.

— Мн очень жаль, Веггъ, — обратился къ нему сострадательный мистеръ Боффинъ, — что мы со старухой не можемъ имть о васъ лучшаго мннія. Но, посл всего сказаннаго, мн не хотлось бы оставить васъ въ худшемъ положеніи, чмъ то, въ какомъ вы были, когда я встртилъ васъ. Поэтому, прежде чмъ мы съ вами разстанемся, потрудитесь сказать, сколько вамъ нужно, чтобъ обзавестись новымъ лоткомъ.

— И на другомъ мст,- вставилъ Джонъ Гармонь. — Передъ этими окнами вы и не показывайтесь.

— Мистеръ Боффинъ, — заговорилъ униженно Веггъ съ загорвшимся алчностью взглядомъ, — когда я имлъ честь познакомиться съ вами, у меня была коллекція балладъ, которымъ цны не было, могу смло сказать.

— А стало быть и заплатить за нихъ нельзя, такъ что вы лучше и не старайтесь, милостивый государь, — сказалъ Джонъ Гармонъ.

— Извините меня, мистеръ Боффинъ, — продолжалъ Веггъ, отвтивъ злобнымъ взглядомъ на эту реплику, — я излагаю дло передъ вами, ибо, если мои чувства не обманули меня, вы обратились съ вопросомъ ко мн. У меня была отборная коллекція балладъ и, сверхъ того, непочатый запасъ пряниковъ въ жестяной коробк. Больше я ничего не скажу и предоставляю вамъ остальное.

— Но мн трудно опредлить цифру, — нершительно проговорилъ мистеръ Боффинъ, опуская руку въ карманъ, — а переплачивать я вовсе не желаю, такъ какъ вы оказались плутомъ. Разв не правда? Вы такъ лукавили со мной, Веггъ, и показали себя такимъ неблагодарнымъ! Вдь, я не сдлалъ вамъ ничего дурного, не такъ ли?

— Кром того, — продолжалъ, не отвчая, мистеръ Веггъ, поглощенный своими выкладками, — я былъ посыльнымъ, имлъ большія связи по этому ремеслу, и вс меня уважали. Но я не хочу казаться жаднымъ, мистеръ Боффинъ, и все предоставляю вамъ.

— Я право не знаю, во что все это оцнить, — пробормоталъ золотой мусорщикъ.

— Была у меня еще пара козелъ, — продолжалъ Веггъ, — за которыя одинъ ирландскій джентльменъ, слывшій большимъ знатокомъ въ этомъ товар, предлагалъ пять фунтовъ шесть шиллинговъ, но я и слышать не хотлъ, потому — что жъ продавать себ въ убытокъ?.. Былъ еще стулъ складной, зонтикъ, попонка и подносъ. Но я вамъ самимъ предоставляю это, мистеръ Боффинъ.

Видя, что золотой мусорщикъ углубился въ вычисленія, мистеръ Веггъ помогъ ему еще слдующими добавочными данными:

— А миссъ Элизабетъ, мастеръ Джорджъ, тетушка Дженъ и дядя Паркеръ! Про нихъ-то я и забылъ! Ахъ, какъ подумаешь, что это были за люди! Легкое ли дло — лишиться такихъ покровителей… Да, какъ пораздумаешься обо всемъ да посмотришь, какъ этакій чудесный садъ весь изрытъ свиньями, такъ трудненько, я вамъ скажу, перевести все это на деньги, не забираясь черезчуръ высоко… Но я всецло предоставляю это вамъ, мистеръ Боффинъ.

Между тмъ, мистеръ Слоппи все продолжалъ свое странное и, съ виду, непонятное передвиженіе вдоль стны.