Нора Робертс
Шрифт:
– Нет, мы поговорим. Я еду с вами.
– Лейтенант. Фиби…
– Просто поставьте себя на мое место.
– Помочь вам одеться? – глубоко вздохнув, спросила Лиз.
Отчаянно потея и проклиная все на свете, Фиби пыталась влезть в рубашку. И тут в комнату вошла Эсси.
– Что, скажи на милость, ты делаешь?
– Пытаюсь влезть в эту проклятую рубашку. Мне нужно уйти с детективом Альбертой.
– Никаких «уйти». Ты немедленно отправляешься в собственную постель, Фиби Макнамара!
– Я всего лишь на час.
– Фиби, не заставляй тащить тебя в чертову постель!
– Мама, ради бога, – Фиби, у которой опять заболели все ушибы, в бессилии уронила руку, – помоги мне лучше с этой идиотской пуговицей.
– Я же сказала, ты никуда не пойдешь.
– Пойду. Наконец-то в моем деле появилась зацепка, и я намерена…
– Фиби, не говори о себе как о деле. Ты – моя дочь.
Фиби устало нянчила больную руку. Даже сквозь собственное раздражение она отчетливо видела в глазах матери проблески надвигающейся паники.
– Мама… Все в порядке. Давай попробуем успокоиться.
– Я успокоюсь, только когда ты вернешься в постель. – Эсси решительно подхватила халат дочери. – Живо! Я не намерена…
– Мама, послушай меня. Моя рука скоро будет здорова, ушибы тоже заживут. Но мы обе знаем, что это такое, когда болит внутри. И ты поймешь, если я скажу, что не смогу вылечиться до тех пор, пока этого человека не поймают. Пока его не заставят расплачиваться за то, что он сделал.
– Тебе необязательно заниматься этим самой. Есть и другие люди…
– Я знаю, что ты думаешь именно так. Я могу тебя понять. Но и ты постарайся понять меня. Мама, я не хочу жить в страхе. Я просто не могу.
– Это совсем не то, о чем я прошу тебя. Совсем не то.
– Но я испугана. Стоит мне закрыть глаза, и я вновь оказываюсь там, на лестнице.
– Бедная моя детка. – Слезы хлынули по щекам Эсси, когда та с нежностью коснулась лица дочери.
– Наверно, мне было бы проще поддаться этому страху. Но я знаю, что если поступлю так, то в душе уже никогда не выберусь с этой проклятой лестницы… Пожалуйста, помоги мне надеть эту рубашку.
Сквозь слезы Эсси внимательно вглядывалась в лицо дочери.
– Я не хочу, чтобы ты жила так, как живу я. Не хочу, чтобы ты всего боялась.
– Я знаю.
Медленно, не спуская с Фиби глаз, Эсси застегнула на ней рубашку.
– Тебе действительно нужно идти?
– Да, мама. Извини.
– Фиби, – Эсси осторожно вложила ее руку в повязку, – как только вернешься домой, немедленно в постель.
– Как скажете, мэм.
– И ты съешь все, что я приготовлю тебе на ужин.
– Все до кусочка, – пообещала Фиби, нежно целуя мать в щеку, где под искусным макияжем виднелся крохотный белый шрам. – Спасибо тебе.
Когда Фиби в сопровождении матери вернулась в гостиную, Лиз уже ожидала ее.
– Вашей помощницы нет сейчас на работе – она сказалась больной и не пришла. Но у меня есть ее домашний адрес.
– Что ж, едем к ней домой.
– Детектив? Мне без разницы, что она старше вас по чину. Вы ведь позаботитесь о моей девочке? И привезете ее домой?
– Конечно, миссис Макнамара. Спасибо вам за кофе.
Дождавшись момента, когда они окажутся снаружи, Лиз открыла свой зонтик и уже после этого продолжила:
– Мне без разницы, что вы старше меня по чину. Это дело веду я.
– Не имею ничего против. Дружелюбная, кокетливая и энергичная – вот как бы я описала Энни. Ей двадцать с небольшим. По-моему, ей нравится, когда вокруг полно мужчин, – это льстит ее тщеславию. Спасибо, – добавила Фиби, когда Лиз распахнула перед ней дверцу машины. – Ну что, ужасно я выгляжу? – поинтересовалась она секундой позже.
– Да не так чтоб очень, – улыбнулась Лиз, усаживаясь за руль.
– Пусть она сначала увидит меня. Вряд ли он сообщил ей о том, что хочет меня избить. Сказал, должно быть, что припугнет или просто поговорит о своем деле. – Несмотря на дождливый день, на Фиби были темные очки. – Не думаю, что она стала бы помогать ему, если бы знала о его настоящих планах. Не зря же она сказалась сегодня больной. Сидит, должно быть, дома, переживает. Пытается понять, что случилось. В управлении сейчас ходят разные слухи, так что наверняка ей пришлось выслушать несколько версий. Думаю, один мой вид заставит ее дрогнуть.
Энни и в самом деле казалась нездоровой. На фоне ярко-розовой пижамы лицо ее выглядело особенно бледным и осунувшимся. При виде Фиби она в изумлении распахнула глаза и тут же невольно отступила назад.
– Энни Утц? – уточнила Лиз. – Я – детектив Альберта. Можно войти?
– Я…
– Спасибо, – и Лиз толкнула дверь, приглашая Фиби войти первой. На заднем фоне шумно переругивались героини какого-то сериала. – Лейтенанту нужно сесть. Она сильно пострадала.
– Я… у меня простуда. Я могу заразить вас.
– Ничего не поделаешь, придется рискнуть. Вы ведь слышали о том, что произошло с лейтенантом Макнамарой?
– Да. То есть мне говорили… Мне так жаль, лейтенант.
– Энни… Не возражаете, если мы выключим это? – Не дожидаясь разрешения, Лиз взяла пульт и убрала с экрана разъяренных блондинок. – Я занимаюсь расследованием этого дела. Именно с вами лейтенант разговаривала перед тем, как на нее напали.