Чтение онлайн

– Повелитель мертв, - печально ответил верный десятник.
– Он погиб в схватке с войском Торнтона.

– Но Соверен не покорен?!

– Нет. Мы задали им весьма хорошую трепку... Хотя наши жертвы неисчислимы.

– Кто же ныне правит городом?

– Его сын - Артахей Второй.

– Но он же мальчик! Сколько ему лет?

– Уже вовсе не мальчик, монсеньор: на днях ему исполнилось шестнадцать.

– Да, как быстро летит время...

Монсеньор потер висок. Десятник внимательно осматривал всех остальных и, казалось, не знал, как ему следует поступить дальше. Под его бдительным взором Элементаль чувствовал себя не в своей тарелке. Но десятник все медлил, и тогда монсеньор Без имени сам пришел ему на помощь.

– Нам надо к повелителю, мы устали - путь был долгим.

– Об этом не может быть и речи! Только вас одного я, пожалуй, допущу на остров. Прочим придется довольствоваться жильем на берегу.

– Но я могу поручиться за каждого!

– Это ровным счетом ничего не решит. Слова нынче весьма мало ценятся. Мы боимся измены.
– Десятник помолчал.
– Измена внутри Соверена стоила правителю Артахею жизни. Больше мы этого не допустим!

– Что ж, я сам поговорю с правителем. Надеюсь, мы найдем общий язык. Плывем!

Десятник согласно кивнул. Повелев лучникам не спускать глаз с реки, он поманил за собой путешественников и направился вдоль берега вниз, сразу же погрузившись в зеленую траву по самую грудь. Обреченно вздохнув, Элементаль пошел следом - от него над травой оставалась на виду только шляпа.

Меж тем десятник, сделав несколько шагов, нагнулся, во что-то уперся, и на водной глади появился нос лодки. Мощный толчок - и вот уже вся лодка закачалась на поднятых ею же волнах.

– Захватите кто-нибудь бревна, на которых вы приплыли - обернувшись, попросил десятник и пояснил: - В городе трудно с дровами.

– Почему так?
– спросил сэр Роберт.

– Отряды, посылаемые за ними в лес, часто не возвращаются. В округе полным-полно людей Торнтона, - хмуро ответил десятник.

– Стало быть, мы разговаривали с вами у них на виду...
– хмыкнул сэр Роберт.
– Тогда нам действительно лучше поскорее проплыть мимо вашего славного города!

– Почему так?
– спросил теперь уже десятник.

– Потому что вот эта девушка, - сэр Роберт пропустил вперед Пираллиду и Элементаля, - и этот карлик значат для Торнтона больше, чем весь ваш Соверен с его мостами, садами и амфитеатром!

И без того налитые кровью глаза десятника обагрились гневом.

– Я вам не верю!
– прохрипел он.

Не зная, как ему доказать свои слова, сэр Роберт в растерянности завертел головой по сторонам, пока его взгляд не уперся в Герона. Наемник был невозмутим: пожав плечами, он примирительно произнес:

– Право взявшего в плен: верить или нет!

Сэр Роберт выругался и ступил в лодку. Десятник оттолкнул ее от берега, прошлепал ногами по воде и, облокотившись о борт, перевалился внутрь. Лодка поплыла к видневшемуся впереди городу. За ней на небольшом расстоянии, сцепив руками бревно и плот, плыл Фредерик.

Наконец Соверен предстал перед путниками во всей красе. Его каменные стены, казавшиеся издалека не столь громадными, как то было на самом деле, по мере приближения к ним росли прямо на глазах. Мощь и неприступность являли они всему миру, и, взирая на них снизу, Элементалю стало казаться, что он уменьшился вдвое, а то и втрое. Венчающие стены зубцы при взгляде на них с воды сливались в одну кладку, а возвышавшиеся над ними башни стрелков и вовсе уходили в самое небо. Ленивые волны Стикса гладили могучие камни основания, за долгое время отполировав их до зеркального блеска.

Обогнув стену, лодка скрылась под мостом на правый берег. Элементаль отметил про себя, что выходящие на мост городские ворота наглухо затворены и с внешней стороны накрепко заколочены толстыми досками, поверх которых крест-накрест были перекинуты два бревна, продетые сквозь ряд железных колец. Было нетрудно догадаться, что то же самое проделано и с воротами на левый берег. Город был закрыт. Спрятавшись за камнем и деревом, он угрюмо ощетинился на чужаков, будто лис-одиночка, затаившийся в норе от стаи охотничьих собак.

Только Элементаль подумал о том, как же они, собственно, попадут внутрь, как десятник встал в лодке во весь рост и ухватился руками за ржавое кольцо, торчавшее из свода моста. Вынув из-за пазухи рожок, он негромко протрубил в него три раза. Послышался скрежет, и два камня кладки стали потихоньку убираться внутрь. Элементаль пристально всмотрелся в стену под мостом и с трудом, но все же разглядел на ее зеркальной поверхности следы липких от пота рук и царапины от всего того, что вносили или выносили из города. Потайной ход работал и днем, и ночью.

Пока он думал, камни окончательно исчезли в стене...

Открывшийся проем тут же ощерился на пришельцев четырьмя пиками. Кроме их блестящих смертоносных наконечников и нескольких пар ног, путешественникам ничего больше не было видно, поскольку по высоте проем был сделан с таким расчетом, чтобы в него, согнувшись пополам, мог пролезть только один человек.

Где-то в глубине прозвучал командный бас, повелевший убрать оружие, и перед взорами путников возникли гигантские кожаные сапоги со сбитыми носами. Владелец таких ног должен был обладать поистине исполинским ростом. Не успел Элементаль прийти к такому умозаключению, как тотчас же получил возможность воочию убедиться в правоте своих выводов. Под сгибаемыми коленками сапоги сложились в гармошку, и в проеме появилось бородатое лицо, - для того чтобы лично увидеть, кто прибыл, гиганту пришлось встать на четвереньки.

– Я с гостями, Виктор, - приветствовал гиганта десятник.

– Я все видел со стены... Кто они?

Десятник решил не пускаться в долгие объяснения.

– Я хочу войти только с одним из них. Возможно, ты его помнишь: это монсеньор Без имени, бывш...
– Десятник сделал вид, что запнулся, проглотив кряхтением слово "бывший" с потрохами, и громко объявил: - Повелитель Олина.

Виктор надул щеки. Он думал, и насупленное выражение обиженного дитяти не сходило с его лица довольно продолжительное время. Наконец он с шипением выпустил воздух сквозь бороду и одобрительно кивнул.

– Ладно. Остальные пусть побудут здесь!

Десятник только этого и ждал: ступив ногой на борт лодки, он молча вытянул вперед руку. Гигант замешкался, будто бы не понимая, чего, собственно, хотят от него, но все-таки ухватил подставленную ладонь своей громадной клешней и буквально втащил десятника внутрь. Мертвецу Без имени были угодливо поданы сразу две руки: как-никак, а он был повелителем Олина. Здесь, перед потайным лазом закрытого города Соверена, он вновь обрел былое величие. Да и вид его полностью соответствовал ситуации: вмиг скинув с себя усталость, он засветился изнутри тем светом всесилия и праведности, который так уважают преданные слуги.