Чтение онлайн

Элементаль не хотел пререкаться с бойким Духом. Он просто выдохнул из последних сил:

– Герон и Фредерик теряют кровь. Я должен прочесть заклинание Третьей ночи!

Видимо, почувствовав настроение людей, Век тоже не стал дальше спорить, а взмыл вверх и скрылся во тьме. Бревно продолжило свое движение по Стиксу.

– Герон, ты как там?
– спросил сэр Роберт.

– Еще тяну...
– тихо отозвался наемник.

– Держись, - подбодрил его мертвец Без имени.

Из всех только он один выглядел свежим, а его голый торс вообще как нельзя лучше подходил к окружающей обстановке - ни дать, ни взять купальщик, вышедший освежиться ночной порой. Элементаль, Пираллида и Герон попросту висели на бревне, чтобы не утонуть. Собственно, кроме мертвеца Без имени, лишь сэр Роберт да Фредерик пытались толкать самодельный корабль вперед. Время текло так медленно, что, казалось, все в этом мире было против людей и их намерений.

– Ну, где же Век...
– в десятый раз простонал Элементаль.

И тут наконец-то перед путешественниками возник Дух.

– Там, - с ходу заверещал он, - там, чуть впереди! Такое удачное местечко, небольшой вход, дальше за кусты, а дальше - поляна! Чудо, а не место для лагеря!

Они проплыли немного вперед и вскоре достигли облюбованного Духом места. Оно, по счастью, оказалось именно таким, каким он его и описывал: уютным и скрытым от посторонних глаз. Увидев радость в глазах людей, Век возликовал:

– Ну что?! Ну, как я вам подобрал местечко?!
– верещал он, шмыгая меж голов.
– Здесь даже костер разжечь можно!

– Не думаю, что это будет разумно, - веско заметил Фредерик.

Сэр Роберт, занимавшийся выливанием воды из огромных сапог Виктора, поддержал Фредерика:

– Не надо костра. Мало ли, заметят или еще что... Придется сидеть без тепла.

Следуя примеру крестоносца, все остальные тоже принялись скидывать набухшие от влаги сапоги и куртки. Элементаль же тем временем подхватил под руки Герона и Фредерика и поволок в лес. До места стоянки донеслись первые странные звуки:

"СОНГ.ИЛИ.РЕСК.ВЕРА.АХА."

Элементаль день ото дня совершенствовался в магии, а потому заклинание Третьей ночи было прочитано им за считанные минуты. Мертвец Без имени даже не успел как следует выжать свои штаны, когда Элементаль с Героном и Фредериком уже возвратились на поляну и заняли свои места в кругу дрожащих от холода людей.

– Сейчас бы хоть тряпицу сухой одежды...
– простонала Пираллида.

В этот миг кусты раздвинулись, и на поляне появился Лыка. На полусогнутом локте одной руки он держал ворох похожих на рясы одежд; в ладони другой - все так же покоились мертвые четки.

Явление Лыки произошло так неожиданно, что сэр Роберт, пожалуй, впервые за время путешествия вздрогнул всем телом. В его глазах блеснула молния: он до ужаса не любил всяких внезапностей, будь то появление или исчезновение.

– Лыка!..
– проворчал он.
– Ты, конечно, спас нам жизнь... И не раз! Но, пожалуйста, появляйся как-нибудь по-человечески!

Ведун в удивлении вскинул косматую бровь.

– В смысле, с шорохом. Или хотя бы покашляй, прежде чем возникнуть!

Лыка ничего не ответил. Да и не мог ответить. Он просто подошел к кругу и бросил в его центр одежды. Переодевшись в сухое, путешественники тут же простили ему все. Лишь Элементаль оставался скованным и напряженным.

– Ты пришел...
– медленно начал он, - узнать, не нашел ли я "последнее"?

Лыка кивнул. Карлик уронил голову на руки и, обреченно вздохнув, заговорил тихо-тихо, словно моля о прощении:

– У меня не было времени. Да и сейчас нам надо хоть немного поспать и уносить ноги подальше. Нас преследует Торнтон со своим войском!

Он резко вскинул голову в надежде, что ведун исчезнет так же неожиданно, как и возник. Но этого не произошло: Лыка продолжал стоять над ним неподвижным изваянием; даже глазами не моргал - только пульсировала жилка на его правом виске.

– Ну, хорошо, хорошо!
– воскликнул Элементаль так, словно его кто-либо в чем-либо укорял, хотя помимо его голоса ничто больше не нарушало ночной тиши.
– Я не посплю! Я сделаю все, что в моих силах!

Лыка сложил руки на груди и стал похож на священника - он был готов стоять здесь вечность. Еще раз глубоко вздохнув, Элементаль вынул из-за пазухи послания и вручил их Фредерику.

– Переведи мне их, дружище.

Бывший лесной разбойник зашуршал листами, обращая их исписанной стороной к полной луне. Кроме Элементаля и Лыки, все остальные наблюдали за происходящим вполглаза - они уже дремали, а Пираллида вообще давно спала, уткнувшись лбом в плечо сэра Роберта.

Выслушав Фредерика, Элементаль крепко задумался. Он встал, сделал несколько кругов вокруг сидящих, обратил взор к луне и, наконец, подошел к ведуну.

– Значит, слушай! По-моему, все звучит примерно так... правда, есть пропуски:

Из клеверной розы траурный лист

Рождает куманская степь.

И огненный лал, что от крови лучист

Ла-ла-ла...

Где воды Итиль порождает исток

Воды ключевой набери.

И кинь в чашу клевера мертвый листок

Ла-ла-ла...

Омой в чаше камень, чтоб ярче сверкал,

И сделай из чаши глоток.

Сгорит вместе с чарами огненный лал,

Когда свет укажет восток.

Взгляд Лыки погас. Он в беззвучной мольбе вскинул руки вверх, только связанные четки отлетели прочь и повисли на ближайших кустах. Элементаль хотел успокоить его, но не смог подобрать нужных слов:

– Ну-ну!..
– пробормотал он.
– Сейчас что-нибудь сообразим.

Карлик не обратил внимания на то, как на его плече вспыхнул индиговым огнем и завертелся в сильнейшем волнении Гений.

– Сейчас сообразим, - повторил он и принялся рассуждать вслух: - Ну, со вторым четверостишием мне все понятно...

Лыка подошел поближе - он заметно дрожал всем телом, и его пляшущие пальцы беспрестанно теребили складку накидки на животе.

– Если чары сгорят, когда свет укажет восток, как сказано в последнем четверостишии, - спокойно рассуждал Элементаль, не обращая на ведуна ни малейшего внимания, - то, по-моему, второе четверостишие должно звучать так:

Где воды Итиль порождает исток

Воды ключевой набери.

И кинь в чашу клевера мертвый листок,

И стой в ожидании зари.

– Нужно же дождаться, "когда свет укажет восток"!
– в заключение воскликнул он.

Лыка замычал, как немой, глухо и раздраженно. Элементаль лишь отмахнулся:

– Не веришь - не надо!
– бросил он.
– Но оно так и есть! Наверное, можно толковее, по правилам языка, расставить слова, но общий смысл фразы именно таков - ничего другого я попросту не вижу. Думай сам! Нужны: камень лал, чаша воды из истока Итили и клевер с четырьмя листками - сказано же: траурный! Четыре листка как раз таки образуют крест! Вот и все! В остальном следуй по стихотворению...
– Элементаль призадумался.
– Хотя в первом четверостишии, в последней фразе, возможно, требуют чего-то еще...