Чтение онлайн

Не сказав больше ни слова, я проскальзываю под его вытянутой рукой и слышу, как он усмехается мне вслед.

Придурок.

Я — бушующий огненный шар, готовый взорваться. На полпути к грузовику я останавливаюсь, размышляя, не вернуться ли мне туда и не прервать ли его игру.

— Нет, — бормочу я себе, делая ещё несколько шагов, а потом снова останавливаюсь. — Да, чёрт возьми, ещё как стоит.

Развернувшись на каблуках, я делаю жалкие два маршевых шага обратно, но непреклонное выражение лица Тролля-мальчика заставляет меня резко остановиться.

Крик подступает к горлу, мои руки сжаты в кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони.

Ненавижу тебя, Тьерри Бержерон. Ненавижу тебя!

Мне хочется выплюнуть эти слова ему в лицо, но этот ублюдок, скорее всего, просто рассмеётся и скажет что-нибудь соблазнительное своим отвратительно сексуальным валирским акцентом, который почему-то включает только тогда, когда мы наедине. Словно этот маленький шулер прекрасно знает, насколько обезоруживающе это действует.

Рыкнув, я резко разворачиваюсь к своему грузовику и задерживаю дыхание, пока не захлопываю дверь, а затем вырываю из себя крик.

Дело не только в ноже — единственном подарке, который Расс действительно мне подарил, если не считать каких-то дурацких носков на Рождество и арбалета, который я только что продала, и который, как он утверждал, был моим, только когда сам им не пользовался.

Дело в том, что Тьерри меня обвёл вокруг пальца. Заставил почувствовать себя настолько тупой, насколько я, вероятно, и выглядела, стоя там с отвисшей челюстью и полным шоком на лице.

И я не могу игнорировать навязчивую вероятность того, что, остынь я ещё на двадцать секунд, возможно, согласилась бы на его нелепое предложение.

Эта реальность только подливает масла в пылающий внутри меня огонь злости.

Пули ненависти всё ещё несутся по моим венам, когда я поворачиваю ключ и вдавливаю газ, визг шин раздаётся, пока я вырываюсь с парковки. В зеркале заднего вида я замечаю Тролля, стоящего у двери и наблюдающего, как я уезжаю, и высовываю руку из окна, показывая ему средний палец.

Не самый изящный уход в моей жизни, но именно так этот мужчина на меня действует.

Дорога обратно к дому омрачена смятением из-за того, что я совершенно не помню, как вообще добиралась сегодня вечером до бара. Ещё один приступ лунатизма, возможно, но как, чёрт возьми, я при этом не убилась?

Возможно, стоит на пару дней держаться подальше от таблеток, дать голове шанс хоть немного проясниться.

Деревья нависают вдоль длинной подъездной дороги, словно старики, уставившиеся на меня, пока грузовик медленно ползёт по грунтовому пути к дому. Взгляд в сторону замечает следы шин в траве — там, где я, должно быть, слишком резко вдавила газ.

Лес по обе стороны стоит пустой и неподвижный, но я не могу избавиться от призрачного ощущения тревоги, которое всё ещё витает вокруг, как туман над дорогой. От щекочущего чувства на затылке, пока я продолжаю ехать к дому, ждущему меня в далёкой темноте.

Мне приходится напоминать себе, что когда-то это место было моим домом, и я здесь такой же призрак, как и любые другие, скрывающиеся в тенях.

Остановившись перед домом, я глушу двигатель и смотрю на зловещую входную дверь.

Ночёвка в заброшенных местах для меня не в новинку. Ещё до того, как мы с Рассом нашли хижину в Маркетте, нам приходилось спать в каких-то дырах южнее, в Сагино. Это были одни из самых тяжёлых моментов моей жизни в дороге с ним.

Я много раз спала и в лесу. Когда мы только осели, у меня была привычка сбегать ночью из хижины, и Расс находил меня, свернувшуюся у подножия дерева, сжимающую ключ отца, а потом относил обратно в дом, в постель.

Во всяком случае, так он рассказывал. Я ничего из этого не помню.

Я выбираюсь из грузовика и направляюсь к дому, дверь скрипит, когда я вхожу.

Ещё одна ночь в раю.

Без моего ножа.

ГЛАВА 17

Тьерри

Закинув ноги на стол, я сижу напротив Люка, который курит сигару. Напиток в моей руке не способен заглушить раздражение от того, что девушка в открытую отвергла моё предложение, и это только сильнее разжигает мою неприязнь к Люку.

— Та девушка раньше… ты её знаешь?

— Какая девушка?

Какая девушка. Будто он когда-либо видел на этом острове такую петарду.

Она — ходячая катастрофа с довеском в виде комплекса папочки, а мистер Магнит для женщин с тяжёлым багам даже не понимает, о ком я говорю.

— Та, которую ты привёл без приглашения.

— А, да.

Улыбка, тронувшая его губы, заставляет мою руку сжаться в кулак, и я, чёрт возьми, даже не понимаю почему.

— Mais, хорошенькая она, это да. Сначала подумал, что она твоя.

Покачав головой, я наливаю себе ещё стакан. Даже если бы я с ней переспал, она всё равно никогда не стала бы моей, но мне всё равно нравится, как это звучит.

Почти так же сильно, как мне сейчас хотелось бы услышать хруст собственных костяшек о его челюсть.

— Ты пытался взять у неё номер?

— Спросил, когда увидел её на рынке. Она сказала, что у неё нет телефона. Жаль. У этой девчонки на лбу написаны проблемы, а ты же знаешь, как я люблю проблемы.

Сделав ещё глоток, я проглатываю картину их двоих вместе, стараясь игнорировать, как при этой мысли кровь начинает закипать.

— Ты говоришь, она была на рынке. Есть идеи, где она остановилась?

— Non. Насчёт всего этого личного она была какая-то слишком молчаливая.

Молчаливая — это даже близко не описывает, насколько сильно она держится особняком. Почти так же крепко, как и я сам.

Открыв ящик рядом с собой, я вижу её нож, спрятанный внутри. Я всё равно в итоге верну его ей, потому что сейчас он не имеет для меня никакой пользы.

И это, блядь, самый уродливый клинок, который я когда-либо видел.

Но на этот раз мне хотелось бы устроить с ней более личную встречу.

Я не знаю, что именно в ней так меня зацепило. Она — горячий бардак с примесью безумия. Всё то, что способно разрушить мой мир, где порядок и предсказуемость имеют первостепенное значение.

Даже после наших нескольких коротких встреч я уже могу сказать — она дикая. Ходячий сгусток энтропии, в котором достаточно хаоса, чтобы выбить всё из равновесия.

И всё же, по причинам, которые я сам не могу объяснить, она пробудила во мне любопытство.