Чтение онлайн

– Но кто определяет, что ошибка, а что - нет?

– В первую очередь, ты сама. А во вторую - остальные талены.

– Но если они не заметят снова?

– И такое может быть.

Ей нужно было придумать свое сомнение. Она умела немного в этом мире: ездить верхом да писать стихи. Разжалобить таленов первым было очевидно невозможно, а использовать второе она стеснялась: ее стихи были личным, и ей не хотелось показывать их кому-либо.

– Сделай что-нибудь не для себя, а для них, - пытался помочь в ее сомнениях Падиф.

– Но я ведь совсем их не знаю... Как я могу знать, что им понравится?

– А дело не в том, чтобы им понравилось. Дело в том, чтобы ты заставила их засомневаться, крепче ощутить мир, себя. Это может быть, что угодно.

Когда пришло время ехать на праздник, был сырой и серый день. Падиф сказал, что они покинут Предзакатную ступень, как только стемнеет. Так они и сделали - лошади ступали по грязи тихо и невидимо, по крайней мере, для взгляда в Инскримен.

– Что с тобой?
– спросил Падиф в ее голове. Она нервно потирала ладони.

– До сегодня мне было все равно на это сборище, а теперь, чем ближе мы едем, тем неприятнее мне становится... Волнуюсь, - пробормотала она.

– Почему?

– Ты что, ни разу не оказывался в чужой компании? Где ты никого не знаешь?
– спросила она.

– Нет. Талены все друг друга знают, так или иначе.

Она поняла, что продолжать бессмысленно. Но слова Падифа еще больше напугали ее: получается, она одна там будет незнакомкой.

– Да и тебя они знают, - вдруг добавил ее проводник, - Ты ведь уже бываешь в Страте, они уже успели ощутить твое сознание, - пояснил он.

– Вы, талены...
– она покачала головой в поисках нужного слова, но так и не нашла.

Падиф был необычайно спокоен. Его мысли скользили в ее сознании плавно, его движения были неспешны. Иногда он смотрел куда-то вдаль, словно задумавшись, но она видела, как напряженно работает его мозг: его глаза сверкали во тьме, словно кошачьи, отражая свет луны.

Они ехали долго - так далеко на юг девушка еще не забиралась. Холмы становились более высокими, воздух холодел, но в остальном пейзаж не менялся. Река все также белой линией прочерчивала грязный снег, а небо все так же заволакивало маленькими быстрыми облаками. Ей было интересно, какое сомнение придумал Падиф, она спросила его, но он только покачал головой.

– А вы часто так собираетесь?
– спросила она.

– Не знаю. Я не считал.

– А кто это придумал?

– Все мы... Кто-то сначала делал это тайком.

– То есть это не секретно сейчас? Правитель знает?

– Конечно, Танхет знает, - просто ответил Падиф и отвернулся от нее.

В какой-то момент они отпустили лошадей и пошли пешком. Очевидно, до Сборища было очень близко. Ей казалось, что за тем холмом что-то есть - она остановилась в нерешительности. Падиф же прошел вперед и скрылся за холмом. Темнота и холод сразу навалились на нее с удвоенной силой. Она съежилась и заозиралась. Рядом совсем никого не было - она ощутила это так, как будто находилась в центре Зимы, той Зимы, которая молочной пеленой пугала ее из-за горизонта. Было так тихо, что она слышала шелест влаги под снегом: там, на глубине, уже была весна. Она неуверенно ступила вперед, а потом вдруг побежала и оказалась на той стороне склона.

Свет от множества костров и выкрики множества голосов на мгновение выбили из нее осознание. Она заморгала, справляясь с сиянием, кто-то засмеялся рядом, обхватил ее за плечи и втиснул внутрь этой суматохи цветов и звуков. Постепенно очертания людей стали проявляться в ее взоре, она посмотрела на человека рядом. Падиф широко улыбался ей в лицо.

– Ну, сомневайся!
– бросил он, его ладонь соскользнула с ее спины, и он быстро ушел от нее прочь к группе других таленов.

А она медленно и неуверенно огляделась. Повсюду были костры. Видимо, талены скрывали свое сборище с помощью Страты. Их огромные глаза смотрели на нее с интересом, быстро или долго, дружелюбно или с подозрением. Они разговаривали друг с другом, и их смех был похож на звон Падифова веселья. Ей казалось, что она слышит его голос отдельно в гуле всех остальных голосов.

Едва она осознала, что стоит одна, как неловкость набросила на нее сети. Она сцепила ладони перед собой и забегала глазами в поисках стола, стула, любого другого предмета, рядом с которым можно было бы встать и быть менее заметной. Она быстро перешла к ближайшему костру и на секунду пожалела, что пришла сюда. Ей было очень одиноко.

Постепенно, один за другим, на сборище прибывали талены. Она все ждала, когда же почувствует что-нибудь: чужое настроение, чужие мысли? А она ничего не ощущала, только жар от костра. Ей было досадно и она злилась на Падифа, что он бросил ее, как вдруг заслышала рядом тихий и неуверенный голос.

– Я тоже ничего не чувствую.

Она обернулась и увидела рядом с собой совсем еще юного ревена, не старше ее самой. По сравнению с Падифом, он показался ей совсем хилым и маленьким, да и во взгляде его не было той твердости и спокойствия, что были у Падифа. Глаза этого юноши смотрели на нее беспокойно.

– Я ведь вижу, что помнит это место... И мне, получается, ничего не в диковинку, а это можно тоже назвать отсутствием чувств. Странное ощущение, оно все сильнее...
– забормотал он, и девушка подумала, что ему хочется кому-то высказаться. Этот неожиданный жест доверия приободрил ее.

– Ты видишь память людей?
– переспросила она.

– И не только. Всего, - он отвечал резко, а взгляд его не останавливался ни на секунду, - Это как у всех, все так могут, но не так ярко, как я. Они могут, если захотят, если приложат усилия. А я просто вижу - и почти не чувствую, как Страта забирает мои силы...

– То есть это происходит против твоей воли?

– Бывает, бывает, но это неправильно, я должен научиться контролировать это...

Он остановился, вздохнул и выпрямился. Тут же он показался девушке более величественным.

– Меня зовут Трамер. А тебя как?

Она сказала, поприветствовала нового знакомого, вытянув руку - он сделал то же самое, это был традиционный жест.

– Скажи, а ты видел меня раньше в Страте?
– спросила она.

– Нет, не видел, знал только, что ты там есть, - четко проговорил он, контрастируя с неуверенностью своих первых слов в разговоре с ней.

– То есть вы чувствуете появления нового человека? И вы всегда это чувствуете?

– Мы чувствуем, как меняется энергия, которой мы пользуемся. Ведь каждый преобразует окружающее. А ты делаешь это быстро и много. Ты врываешься в Страту, поэтому тебя заметно.

Она подняла брови.

– Ты видишь мое прошлое?
– продолжила допытываться она. Ревен наклонил голову.

– Можно я прикоснусь к тебе?

Она позволила. Он аккуратно взял ее за кисть. Она ничего не почувствовала, кроме его пальцев. Он же бросил ее руку через секунду. Во взгляде юноши металось непонимание и ужас.

– Что, что ты увидел?
– залепетала она, пугаясь.

– Ничего. Ничего нет, - бросил он, голова его задергалась, - Этого не может быть! У всех есть. А у тебя - нет!
– повторил он и немного отступил от девушки.