Чтение онлайн

– Да что же это!
– пробормотала она, чувствуя, что начинает задыхаться, а мысли ее теряются от волнения.

Она побежала еще вперед. Она была уверена, что они отошли совсем недалеко, но почему же она не могла найти дорогу? Неожиданно она увидела лежащего человека. Рядом с ним стоял другой. Она замедлилась, но увидела, что это Трамер.

– Почему ты не взял его?
– закричала она, приближаясь.

– А куда идти? Здесь ничего нет!
– воскликнул он.

– Ну ты то должен помнить, где это сборище?
– настойчиво сказала она.

– Но я не знаю, какая память верна! Она множится в моем сознании - я вижу сборище там, там, здесь, даже прямо здесь! Но его нет!
– закричал, в свою очередь, юноша.

– Ты можешь следить за моим сознанием?

– Да, если ты позволишь...

– Я разрешаю. Я буду искать, а ты смотри, куда я бегу, чтобы найти меня!

И она снова бросилась вперед, она ощутила, как Трамер устроился в ее сознании, глядя на мир ее глазами. Но вокруг снова был только серый снег и черный воздух. Она металась от холма к холму, но вдруг снова наткнулась на Трамера и Калипа.

– Что же это! Я же двигалась вперед!
– в сердцах воскликнула она, хватаясь за голову.

– Может, это ловушка?
– неожиданно тихо сказал ревен, и девушка удивленно посмотрела на него, - Это и есть сомнение Калипа.

– Но какой в этом смысл?

Она застыла с распростертыми руками, обескураженная.

– Не знаю. Он хочет что-то сказать нам...

– Своей смертью?

Он не ответил. А она не могла поверить, что все происходящее - иллюзия. Тем более, рядом с ней был Трамер, и ощущал то же самое, что и она.

– Нет, я попробую еще раз!
– воскликнула она, снова побежала.

Она забиралась на холмы, ориентируясь на одну звезду, чтобы не потерять направление. Она знала, что если бежать прямо, то она упрется хотя бы в гору Ревен. Или в реку. Или в Зиму. Но она снова наткнулась на Трамера и Калипа. Первый только посмотрел на нее безнадежно. А она почувствовала, что делает что-то не так. Смотрит не на те звезды. Она завертелась, глядя в небо и начала заламывать руки.

– Энди, что не делай, ты все равно прибежишь сюда. Это неизбежно, - тихо сказал Трамер.

– Нет, он же умрет, а ты стоишь...
– она задохнулась, ибо гнев обволок ее сознание. Она посмотрела на ревена со злобой.

– Но он уже умер.

– Что?

Перед ней все поплыло. Если это было сомнение - почему они не просыпались? Что держало их здесь? Она упала на корточки, чувствуя, как внутри нее разрастается что-то тяжелое, ворочается там, просясь выхода.

– Нет. Это не так. Мы должны все исправить! Я не хочу быть здесь. Если это сомнение - пусть оно уйдет!
– и она закричала, ее отбросило назад.

Она слышала, как трещат костры. В темноте появились чьи-то зеленые глаза и вытянули ее из мрака. Она стояла на ногах, рядом был Трамер и Калип. Они снова были на сборище.

– Так это... Все таки обман?
– дрожащим голосом спросила она, смотря на создателя сомнения блестящими глазами.

– Да, но ты разрушила его!
– изумленно воскликнул Калип. Его глаза искрились восхищением и каким-то прозрением, - Да, да, теперь я вижу! Вижу так, словно это было не мое сомнение, а твое. Ты показала мне, что стоит думать на самом деле!

А она не понимала, что он имеет в виду. Ужас тихо накатывал на ее сознание. Те образы были так реалистичны, что она до сих пор не верила, что это все только приснилось. Она не могла даже злиться на Калипа. Из нее словно выбили все эмоции, а в теле была слабость. Талены, похоже, заметили это, взяли ее за локти и подвели к скамье.

– Ты как?

Она подняла голову и с сомнением посмотрела на Калипа и Трамера. Они глядели на нее с участием и увлеченно.

– Нормально. Но почему я такая слабая?

– Ты же использовала Страту, чтобы прекратить сомнение. Ты даже не поняла этого?

– Нет...

– Потрясающе!
– вскинул руки Калип.

– Постой, объясни мне, что тут потрясающего и почему ты вдруг изменил свое отношение, - потребовала она.

– Своим сомнением я искал ответ на вопрос, определена ли наша судьба? Изменится ли что-то, если мы выберем другой путь? Или все пути приведут нас к одному результату...
– заговорил Калип, - Сейчас это важно для нас, таленов. Нас ведь так мало... И все действия, кажется, ведут только к смерти. Но ты не поверила в это, - он сделал паузу, - Ты потрясающая, потому что Страта для тебя - естественен, тебе не нужно учиться, чтобы использовать его.

– А разве не все талены постепенно постигают Страту? Ведь вы не учитесь этому толком...
– возразила она.

– Да, но нам требуется гораздо больше времени. А у тебя даже нет памяти, но мир все равно любит тебя, - и он замолчал, глядя на нее с доверием.

А ей было неловко от этого. Она чувствовала себя разбитой, и ей хотелось, чтобы сейчас никто не говорил ей о будущем или великих миссиях.

– А тут есть какая-нибудь еда?
– спросила она.

Юноши закивали головой, и вместе они прошли к столу с мясом, овощами, хлебом и напитками. Она быстро набила себе живот и ощутила, как в голове ее прояснилось.

– Ладно, ребята, пойду еще испытаю на ком-нибудь свое сомнение, - бросил им Калип и отошел.

Трамер тоже не стал долго утомлять ее своим присутствием. Он поприветствовал ее снова.

– До встречи на Ревен!
– пообещал он и влился в группу стоящих неподалеку таленов.

Она была рада, что новые знакомые оставили ее. Ей нужно было справиться с навалившимися мыслями. Ее голова тяжелела, она пыталась структурировать пережитое, но от этого хаос становился еще гуще.

Талены говорили на Нарве, и это успокаивало ее слух. Она впервые заметила, что этот язык был очень приятен, плавен и спокоен, и даже смех среди его слов не был резким.

Она различала обрывки этих бесед. Некоторые ревены спорили с леканами о красоте лесов и скал, другие талены рассказывали друг другу происшествия из своих обычных жизней. Они были совсем, как она, как ее бывшие друзья, как ее родители. Они делились эмоциями своих маленьких открытий, своих детей и своих убийств: в их словах жизнь и смерть переплетались, а война была почти что элементом быта - монотонная, повседневная, едва ли ни необходимость в их существовании. Это пугало ее, и она пыталась отвергать эти разговоры, не запоминать их, чтобы они не путали ее сны. Она не хотела вступать в их беседы, потому что не знала, что рассказать им. Но она хотела как-то заявить им о себе, приобщиться к их сборищу. Наконец, она решилась показать свое сомнение