Чтение онлайн

Тут площадь[542] запестрела вся от боевых значков,

Подобна стала хрусталю от копий и клинков.

20 От криков воздух задрожал, рев труб же был таков,

Что содрогнулись небеса, с деревьев пал покров.

На перекресток Бараньон[543] пришел с дружиной граф,

Оружьем потрясает он, из ножен меч достав...

Меж тем для рыцарей Креста уж был капкан готов:

25 Тулузцы сделали завал из бревен и стволов.

Пришли в смятенье чужаки, теснясь среди домов.

Тулузцы стали наседать, врага в капкан поймав.

Текли дружины и полки подобьем горных лав,

И много было там мечей, стальных секир, булав,

30 И стрел, и дротиков больших, и острых топоров,

Снабженных лезвием жердин, рогатин и серпов.

Вертелись как на вертелах французы, в бой вступив.

Вы там могли бы увидать, страх сильный ощутив,

Немало порванных кольчуг, раздробленных щитов,

35 Немало сломанных костей, пробитых черепов.

А сколько полегло бойцов и пало скакунов!

А сколько всюду натекло и крови и мозгов!

Тулузцы яростно дрались, скажу вам, не солгав,

Большую стойкость проявив и рвенье показав.

40 Сказал дружине граф Монфор, что грозен и суров:

«Сеньоры, здесь нам не пройти. Обманем храбрецов».

И вновь, гоня своих коней, им шпоры в бок вонзив,

Французы в город ворвались, все средства применив,

Но горожане, стар и млад, спесь сбили с хвастунов.

45 Достойный дали им отпор, тесня своих врагов,

Тулузцы. Так звенела сталь почти до петухов,

Как будто в кузне кузнецы вели веселый ков.

Когда же пал на землю мрак, две рати разделив,

В Нарбонн вернулся граф Монфор, своих тревог не скрыв.

50 Граф много думал в эту ночь, до света провздыхав...

Как только солнце поднялось, лучами мир объяв,

За пленниками граф послал, что ждали, оробев,

Решенья участи своей, на них обрушил гнев.

«Сеньоры! — грозно молвил он. — Ни злата, ни даров

55 Не надо мне, клянусь Крестом! Я вас лишу голов,

Велю повесить на стене иль сбросить вниз стремглав.

Я с вас и выкуп не возьму, иных щедрот взалкав,

И смертью Господа клянусь, что вам не снять оков».

Не смог заложник ни один сдержать тут стук зубов,

60 Ведь видел всяк, что в гневе граф, ему — не до забав.

Утешил пленников Фолькет, сказав, что граф не прав

И нужно миром кончить спор во имя общих прав.

Переговоры шли всю ночь, сердцам надежду дав.

Примас тулузцев пожурил за их строптивый нрав

65 И к послушанию призвал, бросая лжи покров.

Затем посланцы горожан явились все в Вильнёв[544]

Еще в начале дня.

Лесса 174

Фолькет, а затем и Монфор лживыми речами завлекают в лагерь крестоносцев жителей Тулузы и делают их заложниками

Совсем еще в начале дня, едва зардел рассвет,

Собрался люд не из простых на городской совет.

Туда все консулы пришли, Тулузы лучший цвет.

Нашлись в коммуне городской и рыцари, и знать,

5 И те, кто славен ремеслом. К тому ж вам надо знать,

Что в город именем Христа свой проторили путь

Прелаты Церкви пресвятой. Скажи мне кто-нибудь,

К чему та встреча приведет, я бить бы стал в набат!

«Господь, который триедин, — так людям рек аббат[545], —

10 И матерь Господа Христа, что был за нас распят,

А также монсеньор Фолькет, который добр и свят,

Готовы гневаться на вас, горюют и скорбят.

Вы все здесь жалкие слепцы, и путь ваш — путь обид.

Нельзя на силу уповать, забыв — о срам и стыд! —

15 Свой долг пред графом. Дух Святой, даруя душам свет,

Да снидет к вам, восстановив согласье и совет.

С Монфором мирный договор ловушкой не чреват,

Клянусь, в Тулузе никого не схватят, не казнят,

Коль в город вновь войдет Любовь, вернутся мир и лад.

20 Вы, сдав Тулузу без борьбы, свой не прервете род!

Смиритесь, ибо с вами граф столь долго торг ведет,

Что милосердие его уже к концу идет.

Чем Церковь сможет вам помочь, коль граф сюда пришлет

Войска, вас покарав за грех? Спасая свой живот,

25 Найдите в пастырях своих опору и оплот.

Смиритесь, ибо Церковь-мать вам руку подает.

Вам гарантирует примас, храня от злых невзгод,

Защиту Церкви, и Христа, и Папы в свой черед,

И вам к надежным берегам укажет верный брод.

30 Тому, кто мудрость проявил, воздастся во сто крат,

Придется каяться ему едва ли и навряд.