Песочные часы вселенной. Возвращение.
Шрифт:
– Не может быть.
– Почему? Он сказал мне, что Джеймс умер от неизвестных ему причин.
– М-да, вас явно завлекли в какую-то игру. Теперь мне это очевидно.
– В какую игру?
– А вот, в какую игру – этого я, пока, не знаю.
– Почему вы сказали о том, что Джеймс жив?
– Я просто предположила то, что он может быть жив.
– Но, как? Откуда у вас такие странные мысли?
– Когда станет ясно, в какой игре вы участвуете, тогда я вам и скажу, почему я считаю, что Джеймс может быть жив.
– А, что с сэром Оливером? Он точно умер?
– Бедняга Оливер… Да, он умер, и это точно.
– Надеюсь, его никто не убил?
– Как вам сказать… Он был слишком впечатлителен и доверчив.
– И, что же?
– Пожалуй, мне больше нечего вам сказать.
– Ну, что же… Томатти, а почему, собственно, вы расстались с Джеймсом. Никогда не поверю в то, что Эмели нравилась ему больше, чем вы.
– Здесь все гораздо сложнее. Дело в том, что Джеймсу вообще никто не нравился. Джеймс мог использовать людей, и, весьма успешно это делал. В этом отношении они с Сюзанной похожи. Если, в конце концов, он женился на Эмели, значит, это было ему тогда нужно.
– Именно поэтому он составил такое завещание?
– Он ничего не оставил своей жене, кроме скромного дохода для того, чтобы она не нуждалась. А вы никогда не думали о том, почему он составил завещание в вашу пользу? Вы, что, единственный его родственник?
– Конечно, я об этом думал. И, сомневаюсь, чтобы я был единственным родственником.
– Тогда, вы, должно быть, часто виделись с ним и дружили?
– Нет, я видел его еще, будучи, мальчиком. Мои родители приезжали к Генриху Блору и брали меня с собой. Тогда я и увидел Джеймса. Он был на несколько лет старше меня. Но держался со мной очень смешно. Подошел и представился: «Привет, я - твой дедя Джеймс». Но мы с ним не дружили. Мои родители мало общались с Генрихом, да и Джеймс не часто бывал у отца.
– Это все не случайно. Во всем том, что с вами происходит, есть определенный смысл.
– Смысл, безусловно, есть. И, все таки, все, что вы мне рассказываете, как бы зловеще это не звучало, ничто по сравнению с ваши словами о том, что в моем доме существует некая дверь в иной мир. Я подозреваю, что ваше знание об этой двери и вся ваша личность в целом и делает вас не похожей на остальных людей. Люди не понимают вас и боятся. Видимо, поэтому они и называют вас дьяволом. Я прав?
– Вы проницательны. Можно сказать и так. И, что вы намерены теперь делать?
– Теперь?
– Да, после того, как узнали о двери.
– Я в себя прийти не могу, а вы ждете от меня каких-то действий. Ничего. Что я могу делать? Если такая дверь и существует, пусть себе будет.
– И вам не любопытно? Вы не хотите узнать, что за этой дверью?
– Боже меня сохрани, - вскричал Артур и даже замахал руками, - никогда бы не стал делать такую глупость.
– Вы считаете это глупостью?
– А, разве это можно назвать как-то иначе? Нет, я не хочу повторить судьбу сэра Оливера и совать свой нос в дверь, которая не предназначена для того, чтобы я ее открывал.
– Ваше решение очень похвально.
– А, что касается Сюзанны, я попрошу, чтобы она покинула мой дом.
– Вы выгоните ее на улицу?
– Пусть возвращается к своему хозяину. И еще я перестану ходить в этот старый дом и искать убийцу Джеймса.
– Как?
– Не хочу. Постойте… а, что имела в виду Эмели, когда говорила о том, что узнала о вас что-то?
– Это знает только она.
– Не хотите говорить. Это, конечно, ваше право. Однако, я отнял у вас много времени, мне пора, - сказал Артур и поднялся.
– Заходите ко мне почаще, - сказала мисс Томатти, провожая его до дверей.
Артуру снился кошмарный сон. Была ночь. Он ходил по старому дому и никак не мог найти выход. Он слышал чей-то смех над своей головой и бормотание изо всех углов. Он бежал по коридорам, которые приводили его в никуда. Артур никак не мог найти лестницу, чтобы спуститься. Лестницы не было, вместо нее были обломки стены, и только первые две ступени. Артур стоял у этих ступеней и никак не мог решиться спрыгнуть вниз. Он лег у первой ступени и посмотрел вниз, пытаясь увидеть, что там внизу. Вдруг, у самого его лица раздался какой-то шорох, и перед ним возникло бледное лицо с горящими глазами. Это был сэр Оливер. Артур никогда не видел его, но был уверен, что это он. Вскрикнув, он вскочил на ноги, но перед ним возникло не только лицо, но и весь сэр Оливер. Черная фигура, пошатываясь, стояла перед Артуром, и ему было видно, что одежда Оливера была покрыта пылью, испачкана и разорвана. Во рту Артура пересохло, он хотел крикнуть, но не мог. Его ноги, словно приросли к полу, он стоял и не мог отвести глаз от Оливера. А тот поднял высохшую, как плеть, руку и коснулся костлявыми пальцами груди Артура. Сердце готово было выскочить из груди Артура. А Оливер, вдруг, улыбнулся, его горящие глаза, словно потухли, потемнели. Он коснулся ладонью своего лица и тихо сказал:
– Устал. Пора мне. Ты пришел отпустить меня.
Артура словно что-то подтолкнуло, и он помчался по коридору прочь от шатающейся фигуры Оливера. Он боялся оглянуться, бежал все быстрее и быстрее, а этому коридору не было конца. Но вот он повернул за угол и увидел, что находится в доме Блоров, в своей комнате. Он оглядывался по сторонам, не веря тому, что ему удалось вырваться из темных коридоров строго дома. В окно смотрела полная луна. Все в комнате было освещено таинственным голубым светом. Сердце Артура стало биться реже, но передышка была короткой. Раздался какой-то странный треск, что-то трещало и осыпалось. Стена в его комнате сдвинулась с места, наклонилась и стала падать. Артур понял, что сейчас стена придавит его, и дико закричал. Его крик заглушил шум падающих камней. Он видел, как стена падала, медленно-медленно. Он понимал, что ему некуда деться, и его ужас рос оттого, что все это происходило слишком медленно. Уж, лучше быстрая смерть. Но стена, наклонившись настолько, что готова была рухнуть в любой момент, остановилась, и Артур увидел за стеной нечто совершенно для него непонятное. Он всматривался вдаль, но его разум отказывались верить в то, что видят его глаза. За его спиной раздался шум и Артур услышал:
– Смотри, ты узнаешь их?
Это говорил Оливер. Его пальцы схватили Артура за плечо и с силой сжали. Артур вскрикнул от боли. Он повернулся к Оливеру и попытался разжать его пальцы, которые продолжали впиваться в его плечо.
– Артур, мистер Артур, проснитесь. Проснитесь скорее.
Чей-то голос ворвался в сознание Артура, и все виденное им погрузилось во мрак.
– Артур, скорее проснитесь.
Вскрикнув, Артур открыл глаза и уже наяву увидел над собой чью-то темную фигуру. Чьи-то пальцы, на самом деле впились в его плечо и изо всех сил трясли.
– Вы кто? – тихо просил Артур.
Его сердце бешено стучало, в висках была боль. Он отбросил руку, трясущую его, и вскочил. Это движение вызвало в нем чувство дурноты. Светящиеся круги поплыли у него перед глазами. Он закрыл глаза руками и попытался подавить в себе нахлынувшую тошноту.
– Артур, Артур, - не унимался голос рядом с ним.
Артур протянул руку и зажег лампу, стоящую у его кровати. Рядом с ним стояла Джейн. Она была в ночной рубашке, на плечи был наброшен платок. Ее волосы были взлохмачены. Глаза переполнял ужас.
– Черт, - простонал Артур. – Что вам нужно?
– Они снова здесь, - прошептала Джейн.
– Кто?
– Они, привидения, я видела их. Это ужасно, вы должны их видеть. Они здесь, рядом.
Услышав это, Артур готов был рассмеяться, хотя ничего смешного в этой ситуации не было.
– Вы пойдете? – спросила дрожащим голосом Джейн.
– Вы думаете, что на это стоит взглянуть? – спросил насмешливо Артур.
– Вы сами сказали позвать вас.
– Дайте мне халат, - сказал Артур.