ЖАНРЫ

Песочные часы вселенной. Возвращение.

Деминская Лариса Алексеевна

Шрифт:

– Это еще, почему? – удивился он.

– Эта картина - память о вашем отце. Я думаю, будет кощунством выбросить то, что ему очень нравилось, - объяснила она ему.

– Ерунда, здесь все – напоминание об отце. Неужели после его смерти я не имею права снять со стены одну картину и повесить вместо нее другую картину?– возмутился он, и я был с ним совершенно согласен.

– Конечно, вы имеете право на все в этом доме. Если вы хотите, я выброшу эту картину, но я хотела бы вам сказать, что ее ваш отец и ваша матушка покупали вместе, и она им очень нравилась. Здесь не так много вещей, которые нравились бы вашей матушке, потому что при выборе вещей она всегда уступала вашему отцу.

– Откуда ты об этом знаешь? Тебя не было в доме, когда была жива моя матушка.

– Об этом мне рассказывал Патрик, он учил меня тому, чтобы я бережно вытирала эту картину и уважала память господ.

Джеймс задумался, потом махнул рукой и сказал:

– Черт с ней, пусть висит. Действительно, будет мне, как память о матери…

Доктор закончил свой рассказ, а Артур смотрел на картину и думал.

– И, что вам показалось странным во всем этом, доктор? По-моему, поступок Джейн естественен, вы так не считаете? – спросил Артур.

– Поступок, может быть, и естественен, но только она сказала неправду.

– Почему вы так решили? – удивился Артур.

– Я смотрел на нее и видел, как менялось ее лицо. Она на ходу придумывала объяснения. Но, главное, у нее появилось выражение страха на лице, когда она услышала о приказе Джеймса выбросить картину. Если бы все было именно так, как она говорила, страха на ее лице не было бы.

– М-да, ну, да ладно, бог с ней, мне эта картина не мешает, пусть себе висит.

– Да, пусть висит. А, как обстоят дела со старым домом Эмели?

– А никак. Откровенно говоря, мне сейчас не до него. Со всеми этими расследованиями я несколько отошел от дел на фабрике, пора в полную силу приниматься за работу. В конце концов, фабрика – единственный источник дохода для меня. Можно, конечно, продать дом Эмели, но с этим, по-моему, не стоит спешить.

– Вам виднее, однако, мне пора. У меня сегодня еще два визита. Всего вам доброго, Артур, не болейте.

Артур попрощался с доктором, проводил его и вернулся в свой кабинет. Он подошел к картине и стал внимательно ее изучать. На старом полотне была изображена комната, написанная с такими подробностями, что казалось, что это и не картина вовсе, а маленькое окошко в соседнюю комнату. На изображенной комнате не было ни людей, ни животных, ни цветов. На картине была изображена очень скромная обстановка, состоящая из стола, пары кресел и камина с весьма правдопадобным огнем. Над камином висела картина.

– Джеймс был прав, - подумал Артур, - эта картина неинтересна и совсем не подходит для кабинета. Вот, если бы на ней были изображены люди или, хотя бы, животные, тогда это было бы лучше. А так…

Артур снял картину со стены и подошел к окну.

– Что вы делаете? – закричала Джейн, которая вошла в кабинет незаметно для Артура.

Артур вздрогнул от неожиданности, но не сразу обернулся к Джейн. Он спокойно продолжал рассматривать картину.

– Что вы делаете, Артур? – уже более спокойно спросила Джейн, подходя к нему.

Артур повернулся к ней и посмотрел ей в лицо. Оно было взволнованным.

– Джейн, а не выбросить ли нам эту картину? – серьезно спросил Артур.

Джейн вздрогнула, но ничего не ответила.

– Что же вы молчите? Возьмите эту картину и унесите. Я думаю, что на ее место можно повесить что-нибудь более подходящее. Сцену охоты, например.

– Артур, - начала, было, говорить Джейн и замолчала.

– Что?

– Артур, могу я попросить вас?

– Можете.

– Могу я повесить эту картину в своей комнате?

– Конечно, почему нет. Она вам так сильно нравится?

– Да.

– Понятно, а могу я спросить вас, что вам кажется привлекательным в этой картине? Поясните мне. Я не очень хорошо разбираюсь в живописи.

– Я… Мне… Это старая картина. Мне нравятся старые картины, - сбивчиво ответила Джейн.

– И это все? А я думал, вы научите меня чему-нибудь, объясните, что следует ценить в старых полотнах.

Джейн молчала.

– Джейн, давайте поговорим откровенно. Со мной вы можете быть откровенной, можете довериться мне. Что вас связывает с этой картиной? Расскажите мне все.

– С чего вы взяли, Артур, что меня с ней что-то связывает?

– Я ошибся?

– Да, ошиблись.

– Жаль, мне казалось, что мы могли бы поговорить с вами откровенно. А я в последнее время стал очень чувствительным к различным тайнам. Может быть, в раме этой картины что-то спрятано?

С этими словами, Артур приблизил раму вплотную к лицу и стал всматриваться в ее потрескавшийся рисунок.

– Вроде ничего здесь не может быть. А, может быть, все дело в сюжете картины? – спросил Артур.

Джейн выхватила картину из его рук и пошла к двери.

– Стойте, - строго сказал Артур.

Джейн остановилась.

– Эта картина имеет отношение к Джеймсу? – спросил Артур.

Джейн повернулась к нему и ответила:

– Нет.

– Может быть – это любимая картина Генриха Блора?

– Нет.

– Тогда, Ненси Блор?

– Нет, - снова односложно ответила Джейн.

– Тогда, что вам нравится в этой картине?

– Артур, а, что вы сделали с камнем?

– С каким камнем? А, с тем. Положил его в верхний ящик стола, а, что?

– Могу я забрать этот камень, эту картину и оставить их у себя?

– Более, чем странная просьба. Зачем они вам?

– Они вам не нужны. А у меня мало своих вещей. Я повешу картину на стену, а камушек будет мне напоминанием о том, что на свете бывают чудеса.

– Ладно, забирайте и идите. Да, и позовите мне Патрика.

Джейн тороптиво вынула из ящика стола камень, подхватила картину и вышла.

Патрик не заставил себя ждать.

– Патрик, сядьте, мне нужно поговорить с вами, - сказал Артур.

Патрик сел и с чересчур скорбным видом посмотрел на хозяина.

– Что нибудь случилось? – спросил Артур, заметив взгляд Патрика.

– Как же, мы все в потрясении. Кто бы мог подумать.

– Что еще произошло в этом доме? – удивился Артур.

Патрик с недоумением посмотрел на Артура.

– Я имею в виду вашу свадьбу. Сюзанна собрала свои вещи и ушла. Это так для нас неожиданно. Мы надеялись на то, что в скором времени в этом доме состоится счастливое торжество. И, вот… кто бы мог подумать.

Поделиться с друзьями: