Чтение онлайн

Куинн перестал улыбаться, его взгляд — все еще вежливый — стал жестче.

— Мне бы хотелось, профессор, — медленно произнес он, глядя в поблескивающие очки-половинки, — чтобы наша беседа ограничилась болтовней о светской жизни. Я вас уважаю, и жду в ответ того же.

Орлов наклонил тяжелую голову, с любопытством рассматривая доктора.

— Прошу прощения, Стивен, но разве я вас чем-то оскорбил?

— Оскорбите, если выложите то, с чем пришли.

— Любопытно. И с чем же я, по-вашему, пришел?

— С предложением, — вздохнул Куинн. — Профессор Орлов, нужно быть слепым или от рождения недалеким человеком, чтобы не понять, что происходит. Состав экспедиции поделен на три части. С одной стороны — полковник Каравценко, до боли не желающий рисковать. С другой — вы. А между вами — Аллерсон, из кожи вон лезущая, чтобы не допустить склок и разборок, пытающаяся всех уберечь и за всеми поспеть. Тяжелая ноша для тридцатилетней девушки, которой вы пытаетесь манипулировать.

Орлов молчал. Его спокойное благородное лицо не выражало ничего.

— Похоже, — продолжал Куинн, — я единственный участник экспедиции, не втянутый ни в какие политические и межведомственные разборки. Не злитесь на меня, профессор, я понимаю: вы пытаетесь перетянуть на свою сторону как можно большее число людей. Однако я вам не нужен. Я нейтрален. Я прибыл сюда, чтобы тихо-мирно делать свое дело. Лечить. Исключительно.

— Любопытно, — Орлов серьезно кивнул, помолчал. — Вы сказали, Стивен, что стороны три. Полковник Каравценко не хочет, по вашим словам, рисковать. Госпожа Астрид пытается нас всех сберечь. А чем занимается третья сторона? Та, которую, если верно вас понял, я возглавляю?

— Что будем делать с собакой, профессор? — внезапно спросил Куинн.

Орлов удивленно нахмурился.

— С собакой?

— С собакой. Пока вас с полковником не было, в кают-компании состоялся весьма оживленный разговор. Полагаю, после ужина Аллерсон озвучит свое решение по части дальнейшей судьбы животного. По-вашему, что нужно сделать?

— Едва ли здесь уместны размышления об альтернативах, Стивен, — Орлов покровительственно улыбнулся. — Кроме того, я уже имел удовольствие обсудить этот вопрос с научным персоналом экспедиции. Собака будет усыплена, препарирована и изучена.

Куинн долго молчал. Он больше не пытался казаться любезным, лицо вытянулось, глаза сузились. Но когда доктор заговорил, голос его оставался спокойным.

— Я провел тысячи операций, профессор. Разной степени тяжести, разные по продолжительности. Они научили меня никогда не судить с уверенностью ни о чем, что касается жизни. Порой удается вытащить с того света человека, которого коллеги считают безнадежным. А иногда самый заурядный случай, не обещающий никаких осложнений, человека убивает. Я не знаю, что играет здесь свою роль: сила воли пациента, божественное вмешательство или стечение обстоятельств, но в одном уверен наверняка: жизнь это нечто большее, чем сухое определение и колонки цифр. И если я — специалист по спасению жизней — далеко не всегда могу эту самую жизнь спасти, то, убежден, и забирать ее без зазрения совести тоже не стоит.

Он перевел дыхание, успокоился. С удивлением понял, как горячится. Орлов слушал молча, словно губка впитывал слова доктора. Потом вдруг улыбнулся.

— Браво, доктор. Прекрасная речь. Однако так уж получилось, что я знаю наверняка: вас беспокоит не спасение жизней и не лечение больных. Вас беспокоит ваша репутация и лавры победителя. Именно поэтому вы присоединились к нашему предприятию.

Куинн вздрогнул. Он чувствовал, как его покрывают мурашки. Хирург не подозревал, что Орлов так пристально изучил его биографию и сделал столь точные выводы. Он не мог больше продолжать этот разговор.

— На этом все, профессор. Ваши убеждения, проявляющиеся в словах и предложениях, мне не близки. Это никак не повлияло на мое к вам уважение. Как к специалисту. Однако прошу, больше к этому вопросу не возвращаться.

Орлов покивал тяжелой головой. К удивлению Куинна, он выглядел весьма довольным.

— Спасибо за эту беседу, Стивен, — серьезно произнес профессор. — Она многое мне дала.

Глядя на его широкую удаляющуюся спину, Куинн внезапно решился.

— Профессор Орлов!

— Стивен?..

— Профессор, прошу вас, прекратите давить на Аллерсон. Прекратите свои интриги — вы и полковник. Девушка симпатизирует вашим стремлениям, но кроме того она еще осторожна и умна. Оказав ей поддержку, вы получите все, что вам нужно.

Орлов гулко рассмеялся.

— Стивен, умоляю! Мне лишь нужны единомышленники на случай больших дискуссий. Я не хочу возвращаться в город с пустыми руками, только и всего. Интриги? Давление? Астрид Аллерсон популярна среди членов экспедиции, ее любит как научный, так и военный персонал. На стороне этой, как вы выразились, тридцатилетней девушки элитное спецподразделение Службы городской очистки, а возможно и часть надзирателей. Теперь на ее стороне вы. Эта миссия пойдет так, как решит госпожа Аллерсон.

Куинн с сомнением хмыкнул.

— Не верите? Я вам докажу. Вы говорили о собаке. Что с ней будет?

— Аллерсон не даст ее убить. Она предложит изменить маршрут и использовать пса, чтобы найти его хозяев.

Орлов пошевелил тяжелым подбородком.

— Не самое мудрое решение, да будет мне позволено судить. Впрочем, я его принимаю.

— А полковник Каравценко?

— Полковник? — Орлов усмехнулся. — Увидите сами. То, что произойдет, докажет мои слова.

Озвученные мысли и предложения вызвали целый шквал мнений. И эмоций. Екатеринбуржцы намертво стояли за то, чтобы использовать пса и попытаться найти его хозяев. К ним охотно присоединились Орлов и Норнберг, а затем и Андре с Полянским, подтвердив тем самым единство научной части экспедиции. Военная же ее часть выступила решительно против.

— Это идиотизм, — скрипел зубами Каравценко. — Вы хотите сидеть здесь несколько дней, леча эту псину, теряя время и ресурсы. Вы требуете изменить маршрут, отправить «Герион» черт знает куда, двигаться без плана и четко обозначенной цели. Вздор!

— Полковник…

— Вздор, Орлов!

— Собака не нуждается в длительном уходе, — тихо заметил доктор Куинн. — А ее участие в поисках будет минимальным.

— Важен сам факт обнаружения пса! — возбужденно воскликнул Норнберг. — Как вы не понимаете? Объект представляет собой неопровержимое свидетельство нахождения где-то поблизости человеческого поселения! Человеческого, полковник! В зоне карантина!

— По распоряжению Аллерсон, я прикинул несколько возможностей, — забасил из динамиков голос Тарика Хантера. — Старые карты указывают на пару мест, которые имеет смысл проверить. В особенности привлекает внимание довоенный городишко районного значения. Он находится с другой стороны холмов, сразу за лесом, из которого показался наш четвероногий пришелец. Мы собирались проезжать его на обратном пути. Если здесь в округе кто-то и обитает, то там. Однако…

— Однако?..

— Этим картам шестьдесят с лишним лет. Многое могло измениться.