Чтение онлайн

Круто!

Видно, торговля семечками не то что кризисов не знает, но ещё и расцветает во время них — как подсолнух под солнцем.

И шелухой на кризисы плевать она хотела:

Подъёмы — спады наш народ как семечки грызёт.

Акула бизнеса подсолнечного туго знает дело:

Торговля жареными — по стакану! — всё переживёт!

Теперь Алевтина беззастенчиво одёргивала Дениску, визжала и верещала в полный голос. И ничего было не поделать: «Уплочено»!

Бедный юноша!

А по завершении своего занятия Алевтина поинтересовалась у Артёма:

— А хоббиты тоже будут в турнире учавствовать?

Под «хоббитами» подразумевался хобби-класс — есть в танцевальной иерархии такой. «Хоббиты»! Ты-то, наверное, уже в профессионалы себя записала! Давно ли мне все ноги оттаптывала?

Впрочем, не обошла Алевтина вниманием и меня — я на проходе, у вешалки стоял.

— Привет, а где партнёрша твоя?

— Здравствуй!.. Сейчас придёт.

— А вы на семичасовое занятие не остаётесь?

— Да я бы оставался — Любе некогда.

— Не понимаю её, — облачаясь в дорогую шубу, ревностно, как показалось, пожала плечиками она, — я бы, на её месте, оставалась!.. Ну ладно, пока!

И ущипнула таки живот на прощание! Точно, как Люба однажды.

Не тронь чужое!

Гаврилы муза угасала,

Хоть будоражила мозги,

Животик больше не щипала

Но рвала сердце на куски.

Кстати, пресс надо в порядок привести, да и похудеть не мешает — живот втягивать на протяжении всего занятия частенько забываешь. Люба тоже на днях поведала, что качает руки к турниру: «Гантельки у своих Серёжек одолжила».

Уважуха!

— Скажите, Артём, а вот танцоры с железом, там, на тренажёрах, занимаются? Подкачиваются, в смысле?

— Ну да, — кивнул он, — занимаются, конечно, в спортзале. Но — в разумных пределах. Не как Шварценеггер, конечно.

Так что не перекачайтесь, Любовь Арнольдовна!

* * *

И опять свет софитов вспыхнул на полную яркость лишь с Её пришествием!..

— Татьяна собирается прийти на турнир, — глядя, как полагалось, через моё плечо, многозначительно поведала мне в медленном вальсе Люба.

— Зачем? — Это вырвалось невольно.

Строго взглянув, моя партнёрша повела бровью.

— Она против вечеринки.

— Серёжа тоже не в восторге, — кротко поведала Люба, — но мы же, в конце концов, не крепостные.

«Серёжа не в восторге тоже…

Аль, крепостные мы — нешто?»

Да пусть набьёт за то мне рожу!

Вот только было бы за что!..

Ой, Гаврила, не скромничай — на хороший тебе мордобой и былого хватит сполна!..

В это последнее перед турниром занятие под бдительным взором Артёма мы прошли всего понемногу: джайву, ча-ча-ча, медленный вальс. По окончании занятия маэстро напутствовал нас:

— Несколько советов: не пытайтесь в оставшиеся уже тут два дня включить что-то новое в свою хореографию. Если вы уверенно пройдёте то, что мы уже успели с вами изучить, этого будет вполне достаточно. Теперь ещё момент: постарайтесь занять место где-то недалеко от жюри: чтоб судьи могли вас увидеть и оценить… Знаете, как бывает даже у нас, спортсменов, на турнирах! Какая-нибудь заурядная, в общем, пара пробьётся нахально в центр, растолкает там всех, вытеснит, да, глядишь, в финал и выйдет. Ну, займут они в этом финале сорок восьмое место, но в пятидесятку-то лучших вошли! А другие, более достойные, хорошие пары, что по углах танцевали, не пробиваются.

Чуялось, со знанием дела Артём говорил.

Зачем, нахалюги, маэстро в угол задвигали?

— А много, получается, там участников бывает? — поинтересовался я.

— Пар двести-триста.

— А у нас много участников будет? — осведомилась высокая и милая партнёрша Паши (сегодня они занимались в две смены).

— Вы все будете выступать в классе начинающих — там будут пары из всех клубов области. Такого огромного количества, конечно, не будет, но пар тридцать-сорок, по опыту прошлых лет, может быть вполне.

И когда уже встали на поклон, минуточку внимания властно взяла Татьяна.

— Итак, мы всё-таки надеемся, что многие из вас придут на турнир. — Качнув головой, она лукаво и в упор посмотрела на меня. — И поддержат честь нашей студии. Поэтому пожелаем вам успеха, до встречи в воскресенье — мы будем там рядом с вами! В одиннадцать часов начинается регистрация — так что будьте с паспортами, а выступление ваше начнётся, примерно, в половине пятого — сразу за детками.

Я спросил у неё, конечно, под шумок, когда все ринулись в раздевалку: «А вечеринка-то во сколько начнётся — закончится?»

— Часам, думаю, к девяти сюда мы вернёмся, — заговорщицки улыбнулась она. — Ну, а разойдёмся, наверное, за полночь глубоко, если не под утро. Оно же, сами знаете, — как пойдёт!

Я представил на миг весь свет студии, что давала в темноте гирлянды стоящей в уголке новогодней ёлочки; и весь цвет этой студии, изрядно уже захмелевший… И Любу совсем рядом… Просто жуть тебя берёт!