Чтение онлайн

Оливия испугалась по-настоящему. Позвала лекаря снова, тот пришёл, влил в Стивена какое-то зелье, поставил охлаждающий артефакт.

— Организм борется, — сказал он. — К утру должно полегчать.

И ушёл.

Оливия осталась. Сидела, держа его за руку, и молилась всем богам, каких знала. Только бы выжил. Только бы не ушёл, как мастер Вейн, как Вест, как все, кто был ей дорог.

— Ты нужен мне, — шептала она. — Понимаешь? Нужен. Не как детектив, не как защитник. Просто нужен. Живой.

Стивен метался, бормотал что-то во сне. Один раз отчётливо произнёс: «Лилиан... прости...»

— Я не Лилиан, — ответила Оливия. — Я Оливия. И я здесь. Я никуда не уйду.

Он, кажется, услышал. Затих, дыхание стало ровнее.

К утру жар спал.

Стивен открыл глаза и увидел над собой потолок.

Незнакомый потолок. Не его квартира. Где он?

Попытался пошевелиться — и зашипел от боли в плече.

— Тихо, тихо, — раздался знакомый голос. — Не двигайся.

Он повернул голову и увидел Оливию. Она сидела рядом на стуле, бледная, с кругами под глазами, но улыбалась.

— Живой, — сказала она. — Хорошо.

— Что случилось? — голос был хриплым.

— Ты получил магический ожог. Прикрывал меня от наёмников Ашера. Помнишь?

— Смутно... — Он попытался вспомнить. — Мы шли от Брунхильда, потом нападение...

— Да. Ты геройски сражался, но один разряд всё-таки достал тебя.

— Долго я был в отключке?

— Всю ночь. Утром жар спал.

Стивен посмотрел на неё внимательнее.

— Ты не спала?

— Нет.

— Глупая.

— Сама знаю. Но не могла уйти.

Он протянул здоровую руку и коснулся её щеки. Она прижалась к его ладони, закрыв глаза.

— Спасибо, — сказал он тихо.

— За что?

— За то, что была рядом. За то, что не бросила.

— Ты бы тоже не бросил.

— Не бросил бы.

Они сидели так — он в кровати, она рядом, его рука на её щеке — и молчали. И в этом молчании было больше смысла, чем в любых словах.

— Мне нужно перевязать рану, — сказала Оливия, открывая глаза. — Лекарь оставил инструкции. Ты позволишь?

Стивен колебался. Всего секунду. Потом кивнул.

— Да.

Она осторожно сняла старую повязку, осмотрела рану. Краснота спала, ожог выглядел чище.

— Хорошо идёт, — сказала она, беря мазь и чистый бинт. — Сейчас будет немного щипать.

— Я терпеливый.

Она начала обрабатывать рану — мягко, осторожно, стараясь не причинять лишней боли. Стивен смотрел на неё, на её сосредоточенное лицо, на то, как она кусает губу от усердия, и чувствовал что-то, чего не чувствовал уже много лет.

Покой.

Тепло.

Доверие.

Когда она закончила и начала накладывать повязку, он вдруг спросил:

— Оливия, тебе не страшно со мной?

— Страшно, — честно ответила она. — Но не так, как ты думаешь.

— А как?

— Страшно тебя потерять.

Он молчал, глядя на неё.

— Я никого не подпускал к себе после Лилиан, — сказал он наконец. — Никого. Думал, что если подпущу — снова потеряю.

— А сейчас?

— Сейчас... сейчас я не могу тебя оттолкнуть. Не могу. Ты уже внутри.

Она закончила перевязку, убрала руки, но не отошла. Смотрела на него — в его серые глаза, такие глубокие, такие живые.

— Я никуда не уйду, — сказала она. — Если ты, конечно, не прогонишь.

— Не прогоню.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она наклонилась и поцеловала его в лоб — легко, невесомо.

— Отдыхай, — сказала она. — Я рядом.

И осталась сидеть, держа его за руку.

А он смотрел на неё и думал, что, может быть, жизнь всё-таки даёт второй шанс.

Даже таким, как он.

Стивен поправлялся быстро.

Сказывалась хорошая физическая форма и молодость — через три дня после ранения он уже вставал, через пять — требовал, чтобы его отпустили на работу. Оливия спорила, лекарь ворчал, но Стивен настоял на своём.

— Я не могу валяться, когда Ашер на свободе, — говорил он, натягивая рубашку через перевязанное плечо. — Каждый день дорог.

— Ты можешь открыть рану, — возражала Оливия.

— Не открою. Помоги лучше.

Она помогла — осторожно, стараясь не касаться больного места. Стивен смотрел на неё, и в глазах его было что-то тёплое. За эти дни они сблизились так, как не сближались за всё предыдущее время.

Но секрет, который Оливия носила в себе, тяжелел с каждым днём.

Она знала, что должна рассказать. Знала, что доверие между ними должно быть полным. Но боялась — боялась его реакции, боялась, что он оттолкнёт её, как отталкивал всех.

Всё решилось случайно.

В тот день они разбирали бумаги из тайника Веста. Стивен держал в руках один из артефактов-детекторов, оставленных Ортегой, и водил им над страницами, проверяя, не осталось ли магических следов.

— Странно, — сказал он вдруг. — Ортега говорил, что этот детектор реагирует только на активную магию. А он... смотри.

Оливия подошла ближе. Детектор действительно светился — слабо, едва заметно, но светился.

— Может, он сломан? — предположила она.

— Вряд ли. Ортега следит за своими инструментами.

Детектор в руках Стивена мигнул и погас. Потом засветился снова, когда Оливия подошла ещё ближе.

Они переглянулись.

— Отойди-ка, — сказал Стивен.

Она отошла в угол. Детектор погас.

— Подойди.

Она приблизилась. Свечение вернулось.

— Это ты, — медленно произнёс Стивен. — Ты заставляешь его светиться.

— Не может быть, — прошептала Оливия. — У меня нет дара. Ортега проверял.

— Ортега проверял базовый дар. А этот детектор настроен на эмпатию — чувство магии. На тех, кто не творит, но чувствует.

Она побледнела.

— Я... я не знала.

— Знала, — вдруг жёстко сказал Стивен. — Ты знала. И скрывала.

— Нет! Я правда не...

— Не лги! — Он повысил голос. — Ты работала с магом три года. Неужели ни разу не замечала, что чувствуешь магию?