Чтение онлайн

Да, спасал мальчика. Да, потушил огонь. Да, прям весь сразу во всем здании, что вас удивляет? Нет, не нужны мне ваши преклонения, просто отстаньте от меня, оставьте в покое, будьте любезны!..

Я пошатывающейся походкой отправился дальше по улице, молча стряхнул пепел с рукавов, чувствуя странную, неестественную пустоту внутри, приправленную остатками чужой, дикой энергии.

Что-то было не так… Что-то щелкнуло внутри, и я не мог понять, что именно, что это за невидимый переключатель сработал. Оглядывался, пытаясь понять, откуда столько магии так удачно удалось почерпнуть? Из какого-то ближайшего возведенного магией здания, что ли? Или какой-то артефакт-накопитель удачно под руку подвернулся… Или…

Взгляд мой упал на гостиницу в конце улице, где проживала Еления, и по спине пробежал холодок, не имеющий ничего общего с только что погасшим пожаром. Потому что я понял, откуда случайно черпнул так много силы…

***

Адреналин вскипел в крови, приглушая странную, неестественную пустоту, что зияла внутри от ужаса осознания происходящего и того, что я мог случайно натворить.

Я бегом кинулся к гостинице, кровь стучала в висках.

Как я не понял, что произошло?! Мог бы и сразу сообразить, бестолочь!!!

Впрочем, меня оправдывало то, что я ни разу в жизни на себе подобную связь со Стражем не испытывал, знал лишь в теории, но на практике всё оказалось сложнее.

Странный прилив сил, чужеродная, но до боли знакомая энергия, хлынувшая в меня в критический миг… Это была ее сила, сила моего Стража.

Я не просто потянул случайную магию из воздуха – судя по мощному потоку, я выпил её, как последнюю воду в пустыне, высосал чуть ли не досуха, даже не осознавая, даже не спросив… Потому что канал между нами, открытый вчера добровольной помощью Елении во время усыпления эльфов, остался распахнутым настежь, но я об этом не знал и еще не умел чувствовать столь тонкие вещи. А Еления, конечно же, даже не догадывалась об этом и закрывать такие энергетические каналы не умела. Связь передачи энергии между нами была задействована, но обоим нам следовало еще очень много учиться тому, как эту связь налаживать. И я сегодня, в своей слепой ярости, потянул из этой энергетической бездны Стража, как из бездонного колодца, действуя очень грубо, не давая объяснений… Еления не знает, что я ее Боец, и что наша установившаяся и укрепившаяся связь может выкидывать такие финты. Зато Еления знает, что у нее три эрнила на руке, и что я при желании мог бы нагло воспользоваться ее силами, как силой найоки… Просто потому что могу. Проклятье!

Я увидел ее, выходящей на улицу, и сердце мое сжалось от боли при виде Елении.

Это была совсем не та девушка, что утром смеялась над моими шутками и нежилась в моих объятиях. Сейчас она едва держалась на ногах, кровь отхлынула от лица, слезы непрестанными дорожками текли по ее щекам. Одной рукой Еления судорожно прижимала к губам смятый платок, а другой впивалась в рукав генерала Каллоса, словно в единственную опору в рушащемся мире. Эльмар вёл ее под руку, с каменным, непроницаемым лицом. За ними семенили два лекаря с саквояжами.

Ледяная струя, подобно удару тока, пронзила меня от макушки до пят.

– Еля! – мой голос сорвался на крик, хрипловатый и какой-то чужой.

Я ринулся вперед, расталкивая зевак, желая кинуться обнять Елению… Но резко остановился, столкнувшись с ней взглядом.

Она медленно подняла на меня глаза, полные боли, в которых бушевала слепая ярость, – та, что рождается от предательства и беспомощности.

– Ты… – её голос был едва слышным шепотом, но каждое слово впивалось в меня как раскаленный гвоздь. – Ты смеешь подходить ко мне после того, что натворил?

И столько гнева было в ее голосе, столько боли, что я машинально сделал шаг назад.

Еления не осознавала это, но она невольно использовала силу фортемина, силу Стража, создав отталкивающий меня барьер – невидимый и неощутимый никем, кроме меня.

Всё правильно: Страж злился и требовал наказать Бойца за столь грубо почерпнутую без разрешения силу.

– Еля, прости! Послушай… Пойми, я не знал, что тяну силу из тебя! – голос мой превратился в неуклюжее, жалкое оправдание.

Я начал объяснять про пожар, про детей, про то, как специальной техникой потянул недостающую силу извне…

Но воспаленный мозг Елении уловил только последнюю фразу.

– Вор, – тихо и зло сказала она. – Ты сам признаешься в том, что ты своровал мою силу. Спасибо, что оставил хоть немного, не дал погибнуть, оставил шанс на выживание.

– Да нет же!..

Я протянул руку вперед, желая коснуться Елении, но она испуганно попятилась, и от этого было очень больно.

– Еля, клянусь, я не хотел! – с жаром и откровенной паникой в голосе произнес я. – Там были дети, а я не мог…

– Не хотел, как же…

Она попыталась шагнуть в сторону, но ноги подкосились, и Каллос поудобнее перехватил её за талию, прижал к себе, как раненую птицу.

– Если бы не хотел, то ничего бы у тебя не получилось. Но ты взял мою силу, потянув за энергетический канал так уверенно, будто только и ждал этого момента. Ты не мог не почувствовать мою магию, а раз почувствовал и принял в себя весь поток, то ты не пытался прервать контакт.

Она была права: я должен, должен был почувствовать! Да я и чувствовал этот странный, пьянящий прилив, эту сладковатую ноту в хаосе энергии… Но заглушил это криком собственного инстинкта выживания, яростью на огонь и желанием подгадить магу, который всё это устроил. Я был готов спасти незнакомого ребенка, чуть не принеся в жертву любимую девушку…

Я вновь попробовал объясниться, оправдаться, но был прерван вмешавшимся генералом, который всё это время внимательно наблюдал за нашей перепалкой, явно силясь понять смысл нашего диалога, переводчик Дэлар только сейчас вышел из генеральского экипажа и поспешил навстречу, тоже подхватив Елению под руку.

– Мистер Брандт, достаточно, – голос Каллоса был спокоен и тверд.

Он гладил Елению по плечу, а его глаза, устремленные на меня, говорили яснее любых слов: «Смотри, как она мне доверяет, наслаждайся тем, как тебя ненавидит. Ты проиграл!».

– Вы же видите, как ей плохо. Я не знаю, что между вами произошло, но вам лучше выяснить отношения позже. Горничная нашла мисс Штольценберг в шаге от смерти, мне быстро доложили об этом, и мои лекари мигом примчались на подмогу. Вместе нам удалось вернуть в сознание мисс Штольценберг, но зрелище было жуткое, уж поверьте мне на слово. Я не знаю, что именно произошло с мисс Штольценберг, но уверен, что мои лекари поднимут мисс на ноги. Ей нужен тщательный уход. Я обеспечу ей его в полном объёме. Как и абсолютное спокойствие, без нервотрёпок и раздражающих факторов, – последнюю фразу генерал сказал особо ядовитым тоном, намекая на меня как на тот самый раздражающий фактор.

В его тоне была ледяная вежливость, за которой скрывалось торжество. Он наслаждался моментом, видя меня униженным, растерянным, виноватым.

Пальцы ее дрожали, прижимая платок к губам, и я обратил внимание на то, что на платке проступает свежее пятнышко крови.

– Ты точно такой же, как все, – прошептала она. – Взял мою силу, потому что мог. Потому что… – она судорожно вздохнула, глянув сначала на свою руку с невидимыми эрнилами, а потом – на Дэлара, явно не желая при нем разглагольствовать о найоках, но я и так всё понял. – А я… А я ведь поверила, что ты другой, и что ты не причинишь мне вреда. Не захочешь это делать, потому что… Потому что я действительно тебе дорога. Но как же я ошибалась....