Чтение онлайн

На том конце повисла густая, звенящая пауза. Я практически физически ощутил, как в голове у моего друга крутятся шестеренки, пытаясь сопоставить «Лунтьер» и «КПЗ». Две фантастические вещи из разных вселенных, ага. Были таковыми – до сегодняшнего дня.

– Ты туда каким образом забрел? – наконец выдавил он.

– Это не я забрел. Это меня забрели. Точнее – довели, – нервно усмехнулся я.

– Так и кто тебя туда довел-завел? – в голосе Бестиана зазвучали нотки здорового любопытства.

– Да так… Одна рыжая лисица…

– Кто?

– Штольценберг.

Я даже на расстоянии почувствовал, как Бестиан нахмурился.

– Еления которая?

– Ну да, та репортерша.

– Э-э-э-э, – весьма глубокомысленно протянул Бестиан.

Я представил, как он сейчас забавно выглядит, пытаясь выстроить хоть какую-то логическую цепочку. Цепочка упорно отказывалась сдаваться в плен адекватности бытия.

– Это, хм… долгая история. И, честно говоря, я бы предпочел поведать ее тебе при встрече, после того как ты меня отсюда вытащишь. Меня не выпускают без поручителей.

– В Бэйлиноре без поручителей не выпускают только после очень серьезной провинности, – осторожно, с нотками нарастающей тревоги произнес Бестиан.

– И даже не одной! – весело и с легкой истеричностью в голосе добавил я.

На том конце связи раздался глухой стон.

– Ну ты даешь! – вздохнул Бестиан.

Но в его голосе я услышал не осуждение, а скорее… привычную усталость сапёра, которому придется разминировать творение своего друга.

– Говори адрес, буду через несколько минут.

Я продиктовал адрес участка, предварительно уточнив его у стражников, поблагодарил и прервал связь. Обернувшись, увидел все те же каменные лица стражников, но теперь их бесстрастность меня не пугала. Где-то там, в мире за этими стенами, мчался на всех парах Бестиан, а это значило, что скоро начнется самое интересное – этап объяснений. И я даже представить не мог, что буду рассказывать ему про свои выходки. Как бы при этом под землю не провалиться?

______________

[примечание автора: на самом деле полуорк и сновидица не просто так упомянуты: вся эта фишка с "телесной каллиграфией" пришла когда-то мне в голову, и мы с авторами Дарья Дождь и Екатерина Стрелецкая доржались на эту тему так, что решили организовать небольшой междусобойчик "До встречи в КПЗ!"))) герои наших книг очень разные, но всех их объединяет э-э-э, любовь к эльфам, к "телесной каллиграфии", ну и вот эта камера предварительного заключения тоже объединяет)))

При желании с историей полуорка вы можете познакомиться в книге Екатерины Стрелецкой "Убойный тандем поневоле, или Полукровный гамбит";

с историей сновидицы – в книге Дарьи Дождь "Орк и её эльф. Заклятые напарники"]

***

По факту прошло не несколько минут, а больше. Где-то через час в участке поднялась легкая суматоха, за дверью послышались голоса: один мужской, настойчивый и уверенный, другой – женский, взволнованный и мелодичный, и третий – возмущенно-протестующий (местный стражник, чей размеренный день я так грубо нарушил).

Дверь в «комнату для свиданий» открылась, и на пороге возникла парочка моих гипотетических спасителей, которые одним своим видом могли осветить даже это мрачное заведение.

Бестиан был безупречен как всегда. Темно-серые волосы уложены в стильную причёску, длинная красная мантия сидела на нем так, будто он только что сошел с обложки журнала, а не мчался выручать друга из камеры предварительного заключения. Белая рубашка, алый жилет, черная шляпа-котелок. В руке он непринужденно вращал деревянную трость с золотым набалдашником в виде морды причудливого зверя, и оглядывался, оценивая обстановку с видом человека, который вот-вот купит это заведение, чтобы перестроить его под что-то более стильное.

Рядом с ним, словно яркое пятно на фоне серых стен, сияла Ангелина. Ее длинные алые волосы убраны в элегантную прическу, а простая белая блузка и длинная юбка делали ее похожей на ангела, случайно залетевшего в ад бюрократии. Она смотрела на меня с бездной сочувствия в глазах.

– Ну, бро, – Бестиан снял котелок и нервным жестом взлохматил волосы. – Я, конечно, знал, что твоя командировка в Геросс будет яркой, но чтобы настолько… – он одобряюще похлопал меня по плечу. – Да не кисни ты так, разберёмся! Меня кратко уже ознакомили с твоим делом. Кстати, знаешь, под каким названием оно проходит? «Телесная каллиграфия». Это стильно и очень концептуально, как ты считаешь? Я бы даже сказал – перформанс в стиле авангардного эльфийского протеста.

– Очень смешно, – пробурчал я, чувствуя, как горит всё мое лицо.

Стыд был настолько всепоглощающим, что я мечтал провалиться сквозь землю.

– Бес, я…

– Потом, потом, – он махнул рукой, подходя к столу, где стражник уже с почтительным видом раскладывал бумаги. – Сначала бумажная магия, потом – душевные излияния. Ангелочек, дорогая, будь добра, подсоби мне с этим чтивом, – он кивнул на документы своей девушке.

Ангелина улыбнулась мне ободряюще и тут же включилась в процесс, с легкостью оперируя параграфами и статьями местного кодекса, чем привела в легкий ступор стражника, который поначалу отказывался выпускать меня, но под градом аргументов был вынужден согласиться с поручительством. Я сидел, понурив голову, и наблюдал, как мой друг шустро заполняет бумаги, а потом отсчитывает в конверт с залогом весьма внушительную сумму золотых монет. Звяканье каждой из них отзывалось в моей душе новым ударом молотка по наковальне моего самолюбия.

Наконец, последняя бумага была подписана, последняя монета пересчитана, и стражник, выглядевший слегка ошеломленным такой прытью, мрачно кивнул.

– Вы свободны, господин Брандт.

Цепь с магическим замком на моей руке щелкнула и отпала, и я с удовольствием растер запястья.

Стражник тем временем извлек из папки еще один листок, на этот раз – с суровой геросской печатью и золотым тиснением, и протянул его мне.

– По распоряжению судебного исполнителя Геросса, на основании статей 14-б, 27-а, 31-в, 42-а, 44-з и 47-г Кодекса о магическом правопорядке… – он запнулся и откашлялся, будто смущаясь говорить дальше, – вам вручается постановление.

Я взял бумагу, листок был тяжелым, плотным, и от него за версту пахло официальной непримиримостью. Я пробежался глазами по тексту, и мир вокруг снова замер. Слова плясали перед глазами, но смысл был ясен: «…объявляется персоной нон грата на всей территории Геросской Империи… въезд и телепортация запрещены под страхом немедленной казни без права на обжалование…»

Казни… Немедленной… Без обжалования…

У меня перехватило дыхание. Это был не просто запрет на въезд – это был полный провал моей репутации, после такого со мной никто не захочет вести серьезные дела. Но шут с ней, с репутацией, больнее было осознание другого: никогда больше мне не увидеть изумрудных лесов моего нежно любимого Геросса, не услышать переливчатых эльфийских песен на их землях, не вдохнуть воздух, пахнущий магией и древностью. Дверь в эльфийский мир захлопнулась навсегда, и на ней висел не просто замок, а целая гильотина.

А еще именно там, в Героссе, осталась сейчас Еления, и я не мог прямо сейчас прийти к ней с извинениями, запоздавшими объяснениями… Придется искать с ней способ связаться иначе… Боги, как же тошно-то.

– Что там? – спросил Бестиан, видя, как мое лицо вытянулось при чтении постановления.

Я молча протянул ему бумагу, Бестиан быстро пробежался взглядом по тексту, и его собственное улыбчивое выражение сменилось на ледяную маску.

– Чушь какая-то, если честно, – возмутился он, повернувшись к стражнику. – За такой протокол нарушений – и навсегда отлучать от Геросса под страхом смертной казни? Да вы в своем уме? А почему постановление так быстро выдали? Кто стоит за этой скоростью и намеренно выводит господина Брандта из страны? Это же явная провокация! Господин Брандт проводит поисковые мероприятия в Героссе с целью установления причин вспышки эпидемии на эльфийских землях – и его вот так эффектно выпинывают из страны, где проводятся инквизиционные поиски? Я хочу знать, кто стоит за выдачей этого постановления!