Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры
Шрифт:
Я замолчала, собираясь с духом.
Лунтьер не торопил меня. Не спрашивал «Ну что же, что ты имеешь в виду?», прекрасно понимал, что я все равно всё скажу, и мне нужно дать время собраться с мыслями. Я была благодарна ему за это понимание.
– Поэтому… Я вынуждена просить у тебя…
Набрала в грудь побольше воздуха, как перед прыжком в воду, и выпалила на одном дыхании:
– Позволь мне родить тебе наследника.
Глава 31. (Не) наш случай
Лунтьер, который в этот момент делал глоток из бутылочки, подавился водой, она у него аж носом пошла.
Я такой реакции ожидала, так что меланхолично протянула бумажный платок Лунтьеру.
– Что, прости? – сквозь кашель спросил он, глядя на меня дикими глазами. – Пожалуйста, не сочти за оскорбление мою реакцию, просто это сейчас было передельно неожиданно услышать…
Я это прекрасно понимала и даже не думала обижаться. Я бы на его месте тоже водой давилась, услышав подобное сомнительное предложение от своей напарницы.
Лунтьер таращился на меня во все глаза, а я вот ему в глаза старалась не смотреть.
– Если я рожу тебе наследника, то энергетический долг будет считаться исполненным, сколько бы эрнилов на мне ни было, – сказала я, обращаясь скорее к своим рукам. – Их уже три, как ты сам заметил. Мне никогда не расплатиться с тобой за такое, мне на это жизни не хватит, не то что полугода. Поэтому… Позволь мне родить тебе наследника. Точнее – зачать от тебя в течение полугода, это моментально скосит все эрнилы, но для этого мне нужно твое прямое одобрение. У меня отличная кровь, а при смешении с твоей она даст здорового ребенка и сильного мага, это я могу гарантировать.
На последних словах мой голос предательски дрогнул, и я умолкла.
Проклятье, продаю себя, как породистую кобылу, фу, какая мерзость!
Стало очень тошно от самой себя.
– Не переживай, я не буду тебе мешать с ребенком и как-то нарушать твою жизнь. Я не прошу помогать мне с ребенком, сама разберусь, это моя зона ответственности, – продолжила я тихо, сглатывая ком в горле. – Просто… Сама предложила, сама рожу, сама буду воспитывать и любить дитя. Но это в том числе позволит мне отдать тебе энергетический долг в полной мере и сохранить свою человечность.
Стояла и нервно крутила ремешок сумки в руках. Понятия не имела, как на мои слова отреагирует Лунтьер. И вздрогнула, когда он вдруг осторожно разжал мои пальцы, убрал сумку в сторону и взял мои руки в свои.
Вообще не поняла, когда он так бесшумно и быстро оказался рядом.
Подняла голову, столкнувшись с Лунтьером взглядом и моментально утонув в его глазах.
– Есть ли еще какие-то способы снятия с тебя этих эрнилов? Ну, в какой-то другой форме, чтобы не заставлять тебя, кхм… Рожать мне наследника, – криво улыбнулся Лунтьер. – В смысле – против твоей воли. Ну, то есть, если для тебя не будет вообще никакого другого выхода из ситуации, то мы вернемся к этому вопросу позже, я даю любые согласия, не сомневайся, но мне кажется, что должно быть что-то еще, не такое, хм… Насильственное для тебя. Неправильно это, желание беременности должно исходить из любви, а не из страха. Так есть ли какие-то иные способы возвращения этого долга за оказанную услугу?
– Не знаю, – прошептала я. – Если и есть какие-то адекватные способы, то я о них не в курсе.
– Ты сказала: если есть какие-то адекватные способы… Я правильно понимаю, что есть еще, кхм, неадекватные?
– Ну, зачатие наследника, например. И еще замужество моментально решает проблему, но строго тогда, когда брак истинный и по любви, а не фиктивный для галочки. Не наш случай, в общем.
Лунтьер как-то странно улыбнулся. Было его в улыбке нечто большее, чем я могла разглядеть.
– Понятно… Давай вернемся ко всем этим вопросам чуть позже. Я не оставлю тебя одну с этой проблемой, можешь быть уверена. Но про пути ее решения мы поговорим позже, хорошо?
– Спасибо, – очень тихо произнесла я.
– Да вроде пока не за что.
– Говорю спасибо за то, что не стал меня сейчас отталкивать и высмеивать, – добавила еще тише.
– Никогда бы не стал высмеивать девушку, попавшую в столь щекотливую ситуацию, по сути, из-за меня.
Я медленно покачала головой.
– Не из-за тебя. Ты действительно меня спас трижды, делал это совершенно искренне, события не подтасовывал. Спасибо тебе за это! Ты не виноват в том, что я уродилась с такой странной проклятой магией. И, по сути, ты не обязан мне в этом как-то помогать, это сугубо мои проблемы…
– Не обязан, – кивнул Лунтьер. – Но – хочу.
Взгляд его зеленых глаз прожигал меня насквозь, и я почувствовала себя ещё более неуютно.
– Ты так на меня смотришь… Наверное, думаешь, что я совсем чокнутая, да? – криво улыбнулась я.
– Нет, – медленно протянул Лунтьер. – Я думаю о том, что хотел бы, чтобы ты в самом деле была моей женой. Со всеми вытекающими последствиями.
С моих уст слетел нервный смешок.
– Ты заболел?
– Всего лишь говорю, что думаю.
– Брандт, ты бредишь, – покачала головой я. – Такие, как ты, могут рассматривать таких, как я, только с целью провести с девушкой одну ночку, и забыть о ней.
– А давай я сам определюсь, чего хочу, хм-м-м? Не нужно за меня додумывать.
Но я не слушала и продолжала на своей волне:
– Но мне одной ночки хватит, так как у расы найок повышенная фертильность, и не бывает проблем с зачатием, так что можешь не переживать: я не буду действовать тебе на нервы постоянным своим присутствием около тебя, и…
– Еления, – мягко, но настойчиво произнес Лунтьер.
Он двумя пальцами приподнял мой подбородок, заглядывая мне в глаза.
– Расслабься, пожалуйста, – тихо произнес он. – Я чувствую исходящее от тебя отвращение к самой себе из-за того, что, с твоей точки зрения, тебе приходится унизительно просить меня о помощи в столь непростой теме. Не надо так. Ненавидеть себя – не надо. И я не считаю этот разговор унизительным.
– Ты не считаешь – я считаю, – криво улыбнулась я. – Ну и… В голову тебе забраться не могу. Не представляю даже, что ты обо мне сейчас думаешь.
– Думаю о том, что неровно к тебе дышу, – негромко произнес Лунтьер глубоким голосом. – И что уже не хочу, чтобы ты уходила из моей жизни.
– Опять бредишь, – тяжело вздохнула я. – Брандт, это в тебе побочки говорят. Они будут оказывать на тебя влияние еще пару дней, по моим расчетам. Если бы не те треклятые конфеты, ты бы не говорил сейчас со мной так ласково, а скорее всего покрутил пальцем у виска.