Чтение онлайн

(12) Мужик сначала грянет, а потом перекрестится[вм.: Пока гром не грянет, мужик не перекрестится).

(13) На чужую кровать рта не разевать, как говорит рюсский, очшень хорош пословиц[вм.: На чужой каравай рот не разевай].

(14) Придет великий пост, а коту дадут маслица[вм.: Не все коту масленица', придет и Великий пост].

Приведем еще несколько примеров переделки устойчивых фраз для создания комического эффекта:

(1) Кто старое помянет, того историком назовут(Журн. «Сатирикон»).

(2) ...еще в Писании сказано'. «Вперед батьки в петлю не суйся»[вм. в пекло)(А. Чехов —А. С. Лазареву, 26 июня 1888).

(3) Спасите наши туши; Спасите наши уши(КО АП) [вм. Спасите наши души).

(4) Для отца не пожалеешь и свинца[вм .Для громкого словца не пожалеешь и отца].

(5) Советское здравоохранение работало под девизом «Тяжело в лечении—легко в раю!»(обыгрывание суворовского девиза: «Тяжело в учении — легко в бою»).

(6) Ничто не ценится окружающими так дорого и при этом не дается нам так дешево, как хотелось бы(А Кнышев, Уколы пера).

(7) Девиз советских людей. Где бы ни работать, лишь бы не работать, а работать не прикладая рук.

(8) Учись, мой сын! Наука сокращает

Нам дни быстротекущей жизни(вм.: Намопыты»—переделка обращения пушкинского царя Бориса к сыну Федору).

(9) [Продавец-нэпман без всяких карточек отпускает хлеб старушке]:

—Дождались: Ленин взял, Ленин и дал(вм.: Бог дал, Бог и взял)(А. Платонов, Чевенгур).

(10) Любишь кататься—катись к чертовой матери!(А. Кнышев).

Всё новое—это нехорошо забытое старое(А. Кнышев).

Клан кланом вышибают(А. Кнышев).

Есть еще песок в песочницах[вм.: Есть еще порох в пороховницах].

Не боги на горшках сидят[вм.: Не боги горшки обжигают].

Звание—сила.

Приступим к телу!

Пока семь раз отмеришь, другие уже отрежут.

Пораскинем кто чем может.

4.Противоположный случай —формальный состав устойчивой фразы остается неизменным, но меняется (благодаря особенностям говорящего или особенностям описываемой ситуации) ее смысл. Ср.:

(1) Н. И. Тургенев, быв у Н. М. Карамзина и говоря о свободе, сказал\ «Мы на первой станции к ней».—«Да—подхватил молодой Пушкин—в Черной Грязи».(«Разговоры Пушкина», 11) [Черная Грязь — станция на дороге из Петербурга в Москву.]

(2) Один из князей Давид, не вытерпел и, пригласив к себе в гости Василька, выколол ему глаза.— Теперь ступай!—сказал Давид, отпуская Василька— не поминай лихом. Кто старое помянет , тому глаз вон « (О. Д’Ор, Русская история).

(3) — С приездом, дорогая тетушка. Мама говорит, что только тебя нам не хва

тало-—достаточно редкий случай, когда в основу фраземы положена ирония, когда смысл фраземы прямо противоположен буквальному смыслу элементов, ее составляющих.

(4) — Я говорю вам — идите к хироманту!(...)

— Ни за что не пойду,—увесисто возразил я.—Ноги моей не будет... или вернее— руки моей не будет у хироманта(А. Аверченко, Оккультные тайны Востока).

(5) Два преподавателя, один одноглазый, другой одноногий, принимают письменный экзамен. Одноногий говорит одноглазому. «Я тут отойду на минуту, а ты смотри в оба!» —«Хорошо, но ты давай одна нога здесь , другая там~» (Журн. «Компьютерра», 6 нояб. 1995).

Глава VII Семантика

Как уже отмечалось во Введении, семантика «пронизывает» все языковые уровни, «растворяется» в них (подробнее см. с. 39). Поэтому в главу Семантика мы выносим лишь те достаточно общие семантические явления, которые трудно было бы привязать к каким-то определенным языковым единицам, а иногда — и к одному какому-то уровню языка. Эти явления описываются в шести разделах главы:

1. Наивная языковая картина мира: боги — люди — животные — мертвые — растения — предметы; 2. Возможность/невозможность; 3. Приблизительность. Неопределенность; 4. Время; 5. Семантическое согласование элементов фразы; 6. Ситуативные ограничения на употребление языковых единиц.

1. Известно, что в языке зафиксирована наивная, «донаучная» картина мира. Наивная, «донаучная» — не значит примитивная. Ю. Д. Апресян справедливо отмечает, что наивные представления во многих случаях «не менее сложны и интересны, чем научные (...) Они отражают опыт интроспекции десятков поколений на протяжении многих тысячелетий и способны служить надежным проводником в этот мир» [Апресян 1995: т. И, 351]. В языке воплощены наивная геометрия, физика, психология и т. п. В данном разделе рассматривается отражение в языке представлений, которые можно определить как наивную философию. Это представления, касающиеся основ миропорядка, соотношения идеального и материального, человека и вещи и т. д. «В способе мыслить мир воплощается цельная коллективная философия, своя для каждого языка» [Апресян 1995: т. II, 629].

2. Приводимые нами наблюдения крайне отрывочны: наивные философские представления рассматриваются нами исключительно на основании языковых данных, даже еще уже — на основании данных языковой игры. Рассматриваемые ниже группы соответствуют понятию «лексикографического типа». По определению Ю. Д Апресяна, это «группы лексем, имеющих хотя бы одно общее свойство (семантическое, прагматическое, коммуникативное, синтаксическое, со-четаемосшое, морфологическое, просодическое и т. п.)» [Апресян 1995: т. П, 349].

21 - 1789

3. Вот в двух словах картина, которая вырисовывается на основании изучения языковой игры. Всё окружающее делится на «живое» (человек, собака, воробей) и «неживое» (дерево, камень, вода). Вероятно, основной признак, по которому проводится это разделение,—не наличие/отсутствие души (какпредполагается самими лингвистическими терминами «одушевленность/неодушевленность»), а способность к свобод ному перемещению в пространстве. Души нет ни в мухе, ни в сосне, но сосна не может передвигаться, и существительное соснаявляется, в отличие от существительного муха,неодушевленным. Говорящие сознают и иногда обыгрывают некоторую условность этого разделения, наличие промежуточных случаев. Так, отчетливо осознается (и подтверждается языковыми данными) двойной статус умерших: они были (и помнятся) живыми (отсюда возможность вхождения соответствующих существительных в конструкции, обозначающие живых (ср.: Покойника(не: покойник) положили в гроб),но в данный момент они мертвы (отсюда нежелательность вхождения соответствующих существительных, например, в конструкцию с дательным «предназначенности», ср.: Купил отцу лекарство,но не: * Нанял отцу похоронную колесницу).Особое место среди «живого» занимают люди, противопоставленные животным, а среди людей — вездесущие, вечные и всемогущие боги.