Чтение онлайн

Лишь личный помощник и персональный писарь, вызванные сразу после полуночи, мужественно замерли в приемной, пережидая катастрофу в полном молчании.

Все удивлялись, что за буря разразилась именно в лице мастера Питера – славящегося своим умением общаться с подчиненными ровно и справедливо в любой ситуации и гадали о причинах. Но даже самые буйные фантазии и близко не стояли рядом с подлинным происхождением настроения Тайного Советника Верховного Инквизитора.

Мастеру Питеру давила корона…

И это не было «фигурой речи».

Впервые на памяти живущих поколений Императора-Страждущего настиг гнев Единого такой силы, что без памяти уже несколько часов лежал не только сам Император, но и связанный с ним сакральными обетами и Верховный Инквизитор-Чувствующий.

Служба Охраны Короны пыталась смягчить страдания Императора и сохранить тайну. Насколько им удавалось первое – неизвестно, но тайна за пределы императорской опочивальни пока не просочилась.

Новость о недомогании Верховного Инквизитора тоже пока удавалось скрывать.

Но это значило лишь одно – вся ответственность за происходящее в Империи ложилась на второе лицо в Инквизиции, а именно – на мессира Питера Бирнфельда, который менее всего мечтал о таком счастье и такой отвественности!

И тяжесть короны невыносимым гнётом давила на плечи Тайного Советника!

Самое главное – было совершенно непонятно, что же вызвало столь сильный гнев Единого. На Империю надвигалась беда – и неизвестно откуда.

И эта неизвестность только усугубляла состояние мастера Питера.

Он сидел в кабинете и мрачно ждал очень плохих новостей…

***

Единый – Император – народы Империи.

Эта неразрывная связь между Богом-Создателем Мира и императорским родом была и смыслом Империи и силой, объединяющей ее, стержнем и фундаментом.

Культ Единого и Империя являлись почти синонимами. Зарождение поклонения Единому и провозглашение Императора пришлись на жизнь одного поколения.

***

Легенда гласит, что воспитанный зверями отрок однажды ночью впервые вышел из пещеры, в которой его вскормила своим молоком волчица. Как попал младенец к соскам волчицы – история умалчивает.

Восхищенный громадным миром малыш обращался с молитвой к деревьям и к небесным светилам, но они не ответили на его призывы.

И тогда…

***

… тогда одаренный мудростью отрок понял, что нет смысла поклоняться древу, чьи могучие ветви поддерживают небо.

Нет смысла поклоняться Властелину Ночи и Властелину Дня.

Ибо у всякой вещи и всякого явления есть свое начало. И всякому творению предшествуют промысел. И лишь тот, чей промысел предшествовал творению каждой вещи и каждой твари в мире и самого Мира – тот и есть Единый, создатель, единственный достойный поклонения.

И воскликнул юный мудрец: «О, Единый, чьим промыслом создан этот Мир, и каждая вещь в нем и каждая тварь в нем – пусть славится имя Твое!!!»

Тогда огненным столбом к нему снизошел Единый, и рек истины, и юнец стал Первым Услышавшим Истину и первым жрецом Единого.

Он пошел к людям и принес им истину о Едином Боге, Творце и Создателе. Именем Единого он усмирял местных божков и покорял духов мест.

Быстро ширилось количество признавших Единого и поклонившихся ему племен, росло количество учеников. В какой-то день пришел он местность, где лежал Жернов и начал проповедовать.

И посреди проповеди объял его столб огня. И из пламени Голос, ужаснувшим слышавших, возвестил: «Я, Единый Бог, Создатель и Творец мира, поручаю этот мир людям, дабы смогли они величие моего замысла делами отразить в своих слабых творениях.

А над людьми я поставлю Страждущего, который будет страдать, когда деяния людские будут огорчать меня, и процветать, пока буду я рад. И род Страждущего получит власть над людьми. А кто умыслит против Страждущего – тот умыслит против меня, и узнает гнев Мой.

Пусть вожди людей в назначенный день соберутся у Камня, дабы каждый из них возложил руку на Камень Завета в свой черед.

Когда коснется камня рука Истинного Императора, Камень издаст крик. И каждый кровный наследник Императора будет восходить на Камень, и лишь Истинного Повелителя тот будет встречать криком.

Да будет так!»

И было так!

***

К полудню мастер Питер измерил свой кабинет из угла в угол несчетное количество раз. Заняться другими делами не получалось.

Ожидание нарастало, но Тайный Советник явственно понимал - если катастрофа произошла где-то на окраинах Империи, известие даже круглосуточными спешными эстафетами будет мчаться в столицу месяца полтора.

И эта мысль впервые позволила ему переключиться на иное. Он положил на стол бумаги, полученные из столичного Стола Открытий.

Морской офицер Шаде Коопп, из немногочисленных военных моряков, служивших на Севере Магическим Семьям, выдвинул интересное предложение. Но сама личность офицера на службе Семей так настораживала Инквизицию, что никто из нижестоящих официалов не взял на себя смелость вынести окончательное решение по этому вопросу.

Мастер Питер вчитался в дело и уже через несколько минут оно его увлекло.

К чести служащих Стола Открытий, через который проходили все открытия и изобретения в Империи, дело обер-шкипера Кооппа было документировано детально и разумно, а сам обер-шкипер прибыл по вызову в Столицу буквально накануне "дня вне календаря".

Предложение старшего шкипера выглядело изящно и оригинально, используя принципы и устройства, давно известные и надежно себя зарекомендовавшие. И хотя оно требовало немалых финансовых вложений, но и сулило весьма интересные перспективы.

Взяв за основу давно используемый на флоте флажковый семафор, позволяющим кораблям согласовывать действия и обмениваться сведениями, и систему сигналов, используемых администрацией торговых портов, обер-шкипер Коопп предлагал...

Но тут в кабинет, вопреки всем заведенным порядкам, без стука влетел запыхавшийся доверенный курьер Верховного. Плотно притворив за собой дверь, он вплотную подошел к Тайному Советнику и едва ли ни шепотом, прерываемым тяжелым дыханием, тихо произнес: "Мессир Верховный Инквизитор пришел в себя и желает Вас видеть немедленно!"