Чтение онлайн

Царство Шем угрожающе нависало на Гармом, как ястреб над голубкой, и с удовольствием простерло бы свою руку над портами и верфями, но… у Гарма была хорошая армия. Однако король Гарм не заносился и предпочитал не ссориться с сильным соседом, а потому периодически слал посольства ко двору царя Шеймуса с щедрыми дарами в подтверждение дружбы.

Царь Шеймус был могучим мужчиной, уже достигшим возраста мудрости. Было у него четыре жены и двести наложниц, но не дала ему судьба обилия сыновей. Зато единственный сын – царевич Шеррус – был гордостью царства.

Царь объявил его наследником по достижении совершеннолетия, возложил на него управление войском, а сам проводил дни в роскоши и неге, и прожил так сколько-то лет.

Царственный же юноша показал себя с наилучшей стороны: за несколько лет усмирил разбойников и устрашил соседей, мечтающих прирезать себе плодородные ущелья и равнины царства Шем. Даже султан Данах, чье государство нависало над Шемом, как Шем над Гармом, отложил до более подходящей поры мечты отрезать от Шема спорных земель.

Юноша был достоинств выдающихся и прославился доблестью, и воинским мастерством и искусством полководца, и слава его как воителя разнеслась по всему Югу. Да и собой юноша был хорош – строен, широкоплеч, лицом светел, разумел и музыку, и стихи, и изящную словесность. Надо ли говорить, кого образцом мужественности почитала принцесса Гарма?

И так прошло какое-то время.

Но в один из дней в покои короля Гарма вбежал его Первый Адмирал и взволнованно сообщил, что на рейде столичного порта стоит могучий флот неведомой страны, а сигнальщики требуют встречи с правителем этих земель.

Король приосанился и повелел привести послов. Собрались в тронном зале первые люди королевства Гарм, пришли и сын короля и дочь, все хотели увидеть посольство из неведомых стран, чей могучий флот видел весь город.

Но лишь только вступило посольство в тронный зал, как нехорошие предчувствия посетили короля. Ибо прежде лишь один только раз доводилось ему видеть такой диковинный разрез глаз.

***

Лет шесть или семь назад король Гарм поручил своему Посольскому Приказу собрать очередную делегацию к царю Шеймусу, подтвердить договора о мире и добрососедстве. Обозрев подарки, нашел он их недостаточными и поручил Хранителю Сада (так поэтично называли в Гарме гарем) добавить к дарам десяток рабынь – весь Юг знал, как высоко ценит правитель Шема женскую красоту.

И Хранитель Сада сказал королю, что только сегодня утром привели к нему на продажу десяток диковинных рабынь из неведомых земель. Все черноволосы и белокожи, лицом гладки, с удивительным разрезом глаз, с высоким лбом и тонкими дугами густых бровей. Каждая ростом с щуплого подростка, но сложена, как совершенная женщина – крутобедра, стройна, длиннонога и высокогруда. Все девы нетронутые. Все великолепны без изъяна, но одна меж них – как бриллиант промеж гальки морской, как изумруд в пожухлой траве. Единственный недостаток – никаких языков, кроме варварского своего наречия, не понимают.

– И что же диковинного в них, кроме малого роста?

– А то, благородный король, что совершенные их ножки гладкие, как лучший шелк и нет на них не единого волоска…

Король самолично осмотрел рабынь и нашел выбор Хранителя Сада подобающим. И приказал купить их, отмыть, причесать, и нарядить каждую как невесту из богатого дома. А ту, что лучше всех, обрядить как дочь министра. А еще повелел прикрыть их лица, чтобы никто не любовался их красотой, призвать самого искусного писца и пусть он на высоком лбу каждой напишет яркой хной на языке страны Шем «Я подарок для великого царя Шеймуса».

И рабыни в числе прочих даров отбыли к царю Шема.

После доносили королю, что царь Шеймус высоко оценил диковинных рабынь, и лучшую из них оставил среди своих невольниц, и выделял вниманием своим, и принесла она в положенные сроки царю двойню – девочку и мальчика…

***

А сейчас перед царем было посольство в богатых одеждах, а перед посольством стоял тот, кто по виду мог быть не меньше чем сыном царя и у всех них были глаза диковинного разреза – продолговатые, поднимающиеся прямо к виску. Лишь толмач был лицом и платьем похож на рума – заклятых врагов моряков Гарма, промышляющих у противоположных, островных, берегов Красного моря.

И когда были принесены положенные дары, и оглашены имена и остались в зале лишь чужак с толмачем и король со своей свитой, прибывший начал свою повесть и вежливыми словами изложил историю, которая была похожа на приставленный к животу кинжал, завернутый в яркие материи. И вежливость чужака – это лишь подарок для короля, возможность «соблюсти лицо» перед своими подданными.

***

Сиятельный круль Амаро, между землями и морями которого и побережьем Гарма лежали острова румов, прибыл к королю Гарму просить руки его высокородной дочери.

Свадебным же подарком круль Амаро предлагает считать приведенные им войска.

С этими войсками его будущий доблестный тесть сможет опрокинуть ненавистного короля Шеймуса и занять его земли и присоединить их к своим.

Круль Амаро считает своим сыновьим долгом помочь в этом благородном деле, ибо у него свои счеты к царству Шем – Шеймус взял его единственную дочь, наследницу престола, как обычную рабыню, и она прижила от него детей, и живет с ними среди других рабынь.

Между строк читалось – «я знаю, кто подарил ему мою дочь как рабыню» и «с тобой или без тебя – я доберусь до Шеймуса».

Грустная повесть о дочери круля Амаро была коротка.

Корабль, на котором плыла прекрасная дочь Амаро со своей свитой, был захвачен эскадрой румских пиратов. Но эскадра попала в бурю, которая разметала ее по морю. Один из кораблей оказался у берегов Гарма и тут уже местные корсары захватили корабль с всей добычей. Зря говорят «ворон ворону глаз не выклюет» – будет возможность и глаз выклюет и труп склюет!

Шесть лет круль разыскивал следы своей дочери и лишь год назад его люди нашли на рабском базаре одного из моряков с того корабля румов. Тогда царство Амаро собрало свои войска и войска вассалов и войска союзников и составило флот, равному которому не было в истории людей, и отправились за принцессой, которую царь Шеймус прозвал Софьей.

Король Гарм выслушал предельно вежливое по форме и ультимативное по сути предложение с недрогнувшим лицом и предложил крулю быть его гостем, пока не принято решение.