Чтение онлайн

– Ада, сними нахер эти наручники, – рычит Михаил.

В его голосе гремит смесь власти и ярости, но это длится ровно до секунды, пока я не беру его в рот.

Горячий, твердый, он заполняет меня, и я начинаю двигаться, медленно, наслаждаясь каждым сантиметром и звуками, которые издает Михаил.

Он резко втягивает воздух, его грудь поднимается и опускается, а губы срываются на русские ругательства – грубые, неряшливые, звериные. Сейчас он так уязвим, так обнажен, беззащитен передо мной. Его лицо искажает страсть, настолько обжигающая, что я чувствую это всем своим телом. Господи, он выглядит настолько красиво, настолько безумно сексуально и грязно в этот момент, что внутри меня все сжимается.

– Господи… у тебя восхитительный член, Михаил… – мой голос звучит хрипло, почти осипло, пока я выпускаю его изо рта с влажным, вызывающим звуком.

И прежде чем он успевает хоть что-то сказать, мои губы скользят вниз, оставляя поцелуи на его чувствительной коже – мои руки обхватывают его бедра, а я отвожу взгляд туда, где целую его яйца с полной отдачей.

Чувствую, как его тело напрягается еще сильнее, он рвется изнутри, словно сгорает под моими прикосновениями. Наручники звенят, но это напряжение только добавляет мне удовольствия. Мне нравится знать, что в эту минуту я – его слабость, его безрассудство и источник наслаждения..

– Ада… – он выдыхает сквозь стиснутые зубы, голос хриплый, сорванный. Его нетерпение накрывает меня волной адреналина. – Сними их.

Я смотрю на него со смесью игривости и вызова, позволяя секундам тянуться мучительно долго.

– Ты не хочешь, чтобы я отсосала тебе? – нарочно медленно произношу я, слегка наклоняя голову. – Хорошо подумай.

– Блядь, что ты творишь… Конечно, хочу!

И это звучит как музыка для моих ушей. Он хочет. Он жаждет. Его желание ощущается в каждой дрожи его тела. Да… Он мой.

Не теряя больше ни секунды, я снова беру его в рот. Медленно. Начало оно томительное, ласковое, как обещание греха. А потом я ускоряюсь, чувствуя, как его тело напрягается с каждым моим движением. Глубже, быстрее, сильнее. Я жадно беру его в самое горло, пока мои ноги и руки сами не начинают трепетать от этого явного акта покорности. Это сложно… Слишком. Он чертовски большой. Но отступить? Ни за что. Из глаз текут слезы от напряжения, но я продолжаю. Продолжаю, пока мир вокруг не стирается, остаётся только он: его стоны, его хриплые вдохи, его едва сдержанные протесты.

Проходит несколько минут, и я на мгновение останавливаюсь, отстранившись, чтобы посмотреть на него. Его тело пылает, грудь тяжело вздымается. Я облизываю губы, чувствую его солоноватый вкус.

– Тебе нравится?

– Блядь, да… Сними их, Ада, – Михаил говорит хрипло, каждое его слово это новый повод содрогнуться

– Чтобы ты остановил меня? – поднимаю бровь, наслаждаясь каждой крупицей его божественного отчаяния. – Ни за что.

Моя власть над ним это сладкая тяга, от которой я не откажусь. Ему придётся кричать, молить, но эти наручники останутся на месте.

Но договорить я не успею. Михаил вдруг резко дергает руку, и металлическая цепь с громким звоном вырывается из прутьев. Моё сердце будто пропускает удар, а глаза расширяются в изумлении, но я даже понять ничего не успеваю. В одно мгновение он срывает повязку со своих глаз, и прежде чем я осознаю, что происходит, его рука уже у меня в волосах. Он хватает меня за затылок с такой силой, что из моих губ срывается тихий ох. Его пальцы грубо наматывают мои волосы на кулак, и он резко направляет мою голову к своему паху.

– Чтобы видеть, как ты сосёшь мой член, чертёнок, – говорит он низким, хриплым голосом, от которого по моему телу пробегает дрожь.

Его взгляд прожигает меня насквозь и прежде чем я успеваю открыть рот хотя бы для ответной реплики, он уже насаживает меня на себя. Я изумлённо раскрываю глаза, мои мысли на одно мгновение пустеют от силы его порыва. Михаил толкается в мою глотку без жалости, почти зверски, его движения грубые, властные, но адски возбуждающие. Это момент, когда я теряю контроль над собой, понимая, что он полностью правит мной.

И вместо обиды или протеста внутри меня вспыхивает дикая радость. Моя природа, мой внутренний порок рукоплещут происходящему. Грубость. Ярость. Его желание быть хозяином этого мгновения. Михаил, как настоящий хищник, сорвал наручники не для того, чтобы остановить этот спектакль. Нет. Он сделал это, чтобы самому стать главным. Чтобы видеть меня и управлять…

Моё тело напряжено, но я открываюсь ему, подчиняясь его воле. Я чувствую его желание, его силу, его неуемную жажду.

– А тебе нравится, чертенок? Надеюсь что да, потому что я не люблю нежности, – Михаил давит мне на шею и мне приходится взять его еще глубже.

Господи… пускай это не заканчивается. Никогда. Каждая секунда, будто вспышка, пронизывает меня, оставляя мурашки на коже. Я опираюсь ладонями в бедра Михаила, чувствуя, как дрожь проходит по моим пальцам. Он смотрит на меня, и его взгляд нечто среднее между колебанием и решительностью. Едва ощутимое освобождение… отчего сердце пропускает удар. Он ослабевает хватку на моей шее, а потом вовсе отпускает меня.

Я замираю, перехватывая воздух, но в следующий миг наши взгляды встречаются. Что происходит? Я не дам этому угаснуть! Не даю ему даже передумать, как мои пальцы жадно хватают его руку, резко возвращая её туда, где она только недавно была.

– Нет, не останавливайся. Не сдерживайся… я твоя. Вся твоя.

И слава богу, что мои слова действуют должным образом. Он жестко берет меня и начинает глубоко и грубо толкаться в мой рот, его бедра двигаются на встречу моей голове. Слезы льются из моих глаз и я наслаждаюсь каждой секундой этого момента. Я чувствую как он подходит к своему пределу. Как он увеличивается во мне и начинаю ласкать языком его головку, уже приметив что это его самое чувствительное место.

– Глотай, Ада…

И я делаю это. Михаил кончает в мой рот и я сглатываю густую вязаную жидкость, которая стекает в мое горло.

Я не успеваю даже выдохнуть, как он притягивает меня к себе и жадно целует. Поглощая меня своим языком.

– Не поверю, что все это ты придумала ради рисунка, – его голос звучит низко, с хрипотцой, а в глазах мелькает блеск.

– Только ради него, – отвечаю с насмешкой.

Его взгляд становится глубже, темнее, и я даже не успеваю вздохнуть, как он неожиданно бросает меня на кровать. Я вскрикиваю, едва успевая осознать, насколько он быстр. Михаил нависает надо мной… сильный, почти пугающий в своей красоте и решимости.