Сумасшествие с первого взгляда
Шрифт:
Он был весь в чёрном. От начищенных, как зеркало, брюк до тонкого, идеально сидящего галстука. Его рубашка без единой складочки выглядела безупречно. Но именно эта безупречность, этот слишком прилизанный вид орал на меня откровенно. Кричал о том, что это не просто встреча. Нет. Это было что-то… куда страшнее. Его плечи, казалось, вот-вот раскрошатся от напряжения, а лицо, неестественно бледное, напоминало мраморную статую. Но больше всего выдавали его глаза. Полные потаённого отчаяния. Маска безразличия скрывала многое, но от его взгляда не было спасения. Он выдал себя полностью.
– Н… н… нет, – я почувствовала, как ком поднимается в горле, и попыталась заговорить, но слова буквально застревали у меня во рту. Каждое дыхание казалось агонией. – Нет, только не это. Не говори, Алекс… прошу.
– Мириада, пожалуйста, – его голос неожиданно дрогнул, но он тут же проглотил эмоции.
Он медленно начал подходить ко мне. Но я, судорожно попятилась назад. Мои шаги были резкими, пока я не почувствовала, как наткнулась спиной на Михаила. Он подхватил моё тело.
Но даже его руки на моих плечах не могли удержать меня от того, чтобы глаза не наполнились слезами. Каждый взгляд на Алекса бил прямо в сердце, а неизвестность, висевшая в воздухе как буря, грозила разорвать меня на части.
– Он умер… – голос сорвался, не позволяя даже окончить фразу.
Горячие слезы, без преград, хлынули из глаз. Губы бешено задрожали, я их бессильно кусала, но это не спасало. Ноги, точно потеряв всю свою силу, подогнулись, и первым желанием было просто упасть на пол. Но крепкие, тёплые руки Михаила подхватили меня, удерживая на грани безумия.
– Мириада… – голос Алекса, спокойный как штиль перед ураганом позвал меня. – Сегодня похороны…
Эти слова, всего лишь несколько чужих звуков, вломились в меня, словно тяжелейший удар кувалдой по голове. Казалось, воздух внутри сгустился и превратился в удушающий туман. В один миг всё вокруг перевернулось. Сознание, точно в дребезги разобранная картина, тут же склеило в целостность. И эта целостность разрывала изнутри.
– Когда? – резко, почти резанув голосом, выдавила я, отражая и боль, и злость, которая начала разгораться во мне. Все чувства слились в одно пылающее яростью пламя.
Алекс на секунду отвел взгляд и в ту же секунду я поняла, что он знает. Он знает и понимает, что мне уже открылась истина.
– Два дня назад, – тихо, но отчётливо произнёс он, и пронзительно посмотрел прямо в мои глаза, будто умолял не винить его.
– Почему… почему ты не сказал мне?! – злость теперь била через край.
– Мириада, так было нужно… – он говорил это спокойно, но я чувствовала, как он пытается подавить свою собственную горечь.
– Нужно?! – я задыхалась от боли и отчаяния. – Кому нужно, Алекс? Тебе?!
Моё дыхание стало быстрым, хриплым, горячим от захлестнувших эмоций.
Кричать это единственное, что я могла сделать, чтобы хоть немного погасить вулкан внутри. Я начала вырываться из рук Михаила, но он держал меня слишком крепко, как будто знал, что я разрушу всё вокруг, если выберусь.
– Отпусти меня! – закричала я, пытаясь вырваться, отбросить его. – Отпусти меня, чёрт возьми! – но он будто не слышал.
Его хватка становилась только крепче. Его грудь была твёрдой, как каменная стена, даже когда я била по нему, дрожа от ярости.
– Ты знал, Михаил! – крик сорвался с моих губ, я уже не узнавала собственного голоса. – Ты всё знал! Ты всё это время… знал! ЗА что ты так поступил со мной? За что?! – мои кулаки беспомощно падали на его плечи, его грудь. Я вбивала свои эмоции как могла, пока мои силы не иссякли.
Но Михаил не отступил. Он, наоборот, перехватил мои изнемогающие руки, прижав их к моему же телу.
– Ненавидь меня, душа моя, – прошептал он. – Это лучшее, что ты можешь сделать сейчас.
Его шёпот не был оправданием. Он не подбадривал. Он не утешал. Это было… признание. Признание вины. Но его слова будто украли у меня последние эмоции. На миг вся моя злость рассыпалась, окутывая меня лишь оглушительной, невыносимой тишиной внутри.
– Не делай этого… – мой голос дрожал, а в груди словно что-то ломалось с каждым словом. Я смотрела в его лицо, тщетно пытаясь найти его взгляд за тёмными, равнодушными очками. Как же они бесили меня сейчас, эти очки… эта преграда. – Михаил, нет, – я потянулась к ним, чтобы сорвать, разрушить ее, но его рука молниеносно перехватила мою.
– Ада… – он выдохнул разорвано, и этот звук хлестнул меня сильнее, чем любое слово. – Я зашёл слишком далеко. Прости.
– Почему ты уходишь? – мой голос задрожал на грани разбитого, и я шагнула ближе, словно боялась, что он просто растворится прямо передо мной. – Почему ты бросаешь меня? Михаил, я не смогу без тебя… Ты знаешь это…
Он молчал. Слов не было. Он не сказал, что уходит. Не сказал… Но я всё поняла. Чёрт возьми, я всё поняла… Это было прощание.
– Я не тот человек, который нужен тебе, Ада, – наконец, сказал он. – Тебе нужен парень, который…
– НЕ ЗАКАНЧИВАЙ! – я вскинула руки, будто это могло его остановить. – Мне никто не нужен… кроме тебя! Ты слышишь меня? Мне плевать, что говорят другие! На твой возраст, на твоё прошлое! НИЧТО не остановит меня, Михаил!
Его пальцы… грубые, сильные, ненавистно нежные, коснулись моей щеки, и я заплакала снова. Глядя в его глаза, я почувствовала страх. Я не ошибалась. Он уходил.
– Душа моя, – его голос был мягким, обёрнутый в горечь и что-то ещё, неуловимое.
– Ты не веришь мне… Боже, как мне доказать тебе, что это не просто слова? Что это не сиюминутная страсть, не какая-то блажь? Не игра?
Я пожирала его глазами, видела, как он борется сам с собой.
– Я ни одному мужчине в своей жизни не говорила этого. Никогда. А тебя я готова умолять… Хочешь? – мой голос сорвался в тихий шёпот, но затем вновь перешёл в крик. – Я буду ползать перед тобой на коленях, если это нужно, чтобы ты остановился! Не смотри на меня так, будто я сумасшедшая! – Я судорожно всхлипнула, не в силах остановить поток эмоций. – Да, я ненормальная! Я сходила и схожу с ума по тебе, но я люблю тебя!!!
– Меня невозможно любить, Ада, – его голос расколол даже воздух.
– Нет, слышишь?! НЕТ! – я шагнула так близко, что между нашими телами осталась одна лишь боль. – Я бросилась в тебя, Михаил… Как в океан без дна. С головой, без спасательного круга, без шанса выбраться. И я не хочу выбираться. Понимаешь? НИКОГДА!
Я уже не узнавала себя. Горло горело от крика, а сердце разрывалось от собственной боли.
– Забери меня с собой! Забери, Михаил! Я слишком долго искала тебя. Это ты, ты всегда был моим смыслом. Нет, я не могу позволить тебе уйти. Потому что я не выживу. Слышишь? – Я отчаянно молотила кулаками по его груди, пока ожидаемый ответ надломленный, слабый, умирающий – не отразился в его глазах.