Чтение онлайн

Последнее время у меня есть только одна цель, болезненная, захватывающая и одновременно беспощадно пустая… заглушить боль. Я утопаю в ней, словно барахтаясь в зыбучих песках. Литры алкоголя, безумные дозы никотина… но они больше не помогают. Все эти временные анестетики бессильны против того, что у меня внутри.

В груди живет монстр, пожирающий меня изнутри. Это не просто боль. Это что-то грубое, непокорное и дикое. И я знаю, что, сколько бы усилий я ни прилагала, сколько бы дыма ни впустила в легкие и алкоголя ни пролила в кровь, я не смогу заглушить этот неугасающий крик.

– Мириада, тебе нужно домой, – голос Рейна режет пространство, и я невольно вздрагиваю.

В его тоне слышатся холодные нотки повеления, но в них прячется еще что-то… тревога или, может быть, раздражение. Я не хочу разбираться. Да и что мне до этого?

Я поднимаю пустой, отяжелевший взгляд на него и, не сдерживая эмоций, осматриваю его с головы до ног, как будто он самое отвратительное создание, что когда-либо встречалось мне в жизни. Брезгливость срывается с моего лица, острым ударом проникая в каждую мелочь его идеального внешнего вида.

– Детка, правда, поехали, – вдруг вмешивается Крис, сидя рядом.

Ее голос уже не такой настойчивый, скорее будто шепчущий призыв из пустоты.

Она тянется ко мне, едва заметно гладя мою руку, в которой с силой зажат опустевший бокал.

Посмотрев на нее, я понимаю, что она ничуть не лучше меня. Пьяная, измученная своим внутренним хаосом, Крис давно потеряла ту легкость, которой я всегда восхищались. На этот раз она выглядит так, словно вот-вот раздавит себя остатками фальшивой беззаботности, почти умоляя не замечать, как ей тяжело.

Мы обе выбираем тот же путь. Бесконечные ночи в барах, язвительные грани между алкоголем, смехом и тихими рыданиями в туалетных кабинках. Она тратит на это остаток своей "свободы".

Еще пару дней назад ее отец, никогда до этого не проявлявший интереса к ее жизни, просто поставил перед ней факт: "Свадьба. Скоро." Это было как гром среди ясного неба. Град ударов по самолюбию, по нервам, по юности. Крис впала в шок, но, зная ее, вряд ли кто-то ожидал, что она смирится. Это не ее. Она взбунтовалась, как прирученный зверь, которого вдруг решают снова посадить в клетку. Но бунт оказался тише, чем ожидалось.

– А я думала, ты на моей стороне, подруга, – произношу я с угрюмой усмешкой, толкая ее плечом.

Крис поднимает на меня глаза и улыбается в ответ. Но эта улыбка… такая пустая, такая заблудшая, такая не похожая на нее.

– Мириада, поехали, я тебе сказал! – голос Даллеса гремит в моих ушах, заставляя мое сердце сжаться от раздражения и боли.

Его тяжелая рука резко хватает меня за локоть, и я не успеваю даже вздохнуть, как он подталкивает меня к себе, вжимая в свою мощную грудь. От его запаха и тепла мне становится дурно.

– Не зли меня! – продолжает он, в этот раз тише, но слова режут, как битое стекло. – Ты шляешься как последняя… – он умолкает,и

недосказанность обвивает его фразу, удушая меня. Может, он боится произнести это . А может, знает, что это будет для меня последней каплей. – Люди уже говорят о тебе в дурном ключе, – добавляет он, сжимая мой локоть еще сильнее.

Я медленно поднимаю на него взгляд полный ярости, обиды и презрения. Склоняю голову слегка набок, выдавливая на лицо жестокую, притворно сладкую улыбку.

– Слушай внимательно, – произношу я, заставляя свой голос звучать мягко, почти мурлыкающе. – Ты слушаешь, Даллес?

Его глаза, полные напряжения, высекают искры. Челюсть сжата так сильно, что, кажется, зубы скрипят.

– Говори.

– Пошел нахрен ты и все те, кто говорят обо мне! – выпаливаю я, внезапно обрывая свое притворство.

Одним стремительным движением я вырываюсь из его хватки, но он не отступает. Его пальцы с силой вцепляются в мою руку, оставляя следы боли на коже.

– Я и не ожидал от тебя ничего другого, – бросает он холодно,прищурив глаза и в следующую секунду уже тянет меня за собой, словно бесчувственную куклу.

– Пусти меня! – мой голос срывается, превращаясь в отчаянный крик.

Я вырываюсь из его хватки, толкаю его в грудь. Все тщетно. Но вдруг он останавливается, как будто наткнулся на невидимую стену.

– А теперь ты послушай меня! – его голос звучит тихо, но от этого только страшнее. – Хватит орать! Хватит вести себя как идиотка! – он делает шаг вперед, нависая надо мной. – Ты что, правда хочешь спиться и скатиться в пропасть, из которой не выберешься? Ты не первая и не последняя, кто оказался в дерьмовой ситуации! – его лицо вспыхивает болью и гневом, но я в этом вижу что-то еще… тень искренности. – Ты, черт возьми, сильная девушка, Мириада! Прекрати строить из себя тряпку!

Его слова словно обрушиваются на меня горячими ударами, одним за другим. Каждый – словно раскаленный плетень по моей душе. Все внутри меня сжимается в комок, будто его фразы прижали меня к стене, лишив возможности дышать.

Я не хочу это слышать. Я ненавижу это. Но хуже всего то, что часть меня понимает… он прав. Как бы я не презирала его в эту секунду, как бы мне не хотелось разнести его, ударить, закричать громче, чтобы заглушить его голос… Даллес прав.

Я потихоньку, но неумолимо тону. Прямо под огромным весом всего, что накопилось за последнее время. Иду к самому дну…

Я больше не сопротивляюсь. Что-то во мне рушится, ломается в тот самый момент, когда решаю, что борьба бессмысленна. Мои руки опущены по сторонам. Рейн ослабевает хватку, но так и не отпускает окончательно.

Он продолжает вести меня к выходу, шаг за шагом. Его железная хватка становится более терпимой, но всё равно напоминает о том, что я под его контролем. Я с великим трудом удерживаюсь на ногах, мои колени подкашиваются, каждый шаг дается с натугой. Ноги едва передвигаются, словно я иду через густую воду, в которой тянусь всё ниже ко дну. Качаясь, балансируя, я едва справляюсь с этим утомительным моментом… шаг вперед, удерживая равновесие, пока сама внутри я вот-вот развалюсь.

Какое же облегчение накрывает меня, когда наконец мы выходим на воздух и я вижу его машину.

Рейн посматривает на меня украдкой, словно проверяет, дойду ли. Он открывает мне пассажирскую дверь без лишних слов.

Я падаю на сиденье, будто все силы покинули меня в эту секунду, наконец позволяя расслабиться. Внутри меня всё гудит. Сердце колотится, удары гулко раздаются в бесконечной пустоте внутри. Ноги подкашиваются даже сидя.

Чувство тошноты накатывает резко и неотвратимо, подступая к горлу. Я зажмуриваюсь, прикусываю губу, чтобы не дать ему вырваться наружу. Начинаю глубже дышать, стараясь найти опору. Воздух режет легкие, но это единственное, что сейчас помогает мне не потерять остатки самоконтроля.