Чтение онлайн

Элиас с радостью выполняет все их просьбы и поддерживает небольшую беседу, чему его, должно быть, научили на курсах по работе со СМИ. Хотя у него репутация тихого золотого мальчика, полагаю, все знают, какой он на самом деле. И он достойно со всем справляется.

Некоторые из них здороваются со мной и Саммер. Одна девочка оживляется, заметив меня в машине.

— Ваше выступление в «Жизели» в прошлом году было прекрасным!

Я так потрясена, что мне требуется целая секунда, чтобы осознать, что она сказала. Элиас поворачивается ко мне, чтобы оценить мою реакцию. На его лице появляется едва заметная гордая улыбка.

Меня никогда не хвалили за выступление спустя несколько месяцев после него. Я всегда думала, что это потому, что я не выдающаяся балерина. Но то, что меня узнали здесь, у хоккейной арены в центре Торонто, за мое выступление на небольшой презентации, которую я провела прошлой зимой, вызывает у меня радостное чувство. Я благодарю девушку, которая не понимает, какое влияние оказывают на меня ее слова, особенно когда я расстраиваюсь из-за того, что меня не взяли на прослушивание в «Лебединое озеро».

Саммер взволнованно сжимает мое плечо с заднего сиденья.

Когда окно с тихим жужжанием закрывается, улыбка с моего лица исчезает. Мы едем к нему домой, и в машине снова воцаряется тишина. Я вспоминаю о мужчине, который сидит рядом со мной и, кажется, вот-вот взорвется. Но я решительная женщина и не позволю Элиасу выйти сухим из воды.

Сэйдж

Смех преследует меня до открытых стеклянных дверей балкона, за которыми сидят все ребята. Добравшись домой, мы заказали еду и алкоголь, так что все ели и разговаривали, пока не вышли выпить на улицу. Балкон достаточно большой, чтобы все удобно расположились на уличных диванах и стульях.

Я проскальзываю мимо некоторых парней, чтобы поставить поднос с закусками и фруктами на стеклянный стол. Когда я начинаю собирать пустые пивные бутылки, Эйден останавливает меня.

— Я сам, — говорит он и забирает у меня бутылки.

Саммер улыбается мне, когда я стою как вкопанная.

— Да, иди к нам. Мы сами можем убрать за собой или взять что-то, если понадобится, — говорит Сокет.

Ребята здороваются со мной, и я стою минуту, понимая, что свободных мест нет. Даже стулья, вынесенные из дома сюда, все заняты.

— Вот, можешь сесть на мое место, — я поворачиваюсь и вижу, что Оуэн встает.

От его улыбки у меня мурашки по коже.

— Она сядет со мной, — произносит Элиас тихим, но авторитетным голосом. Когда я поворачиваюсь к нему и наконец встречаюсь с ним взглядом, он не выглядит нуждающимся или отчаявшимся. Он просто сказал это, но так уверенно, что было бы глупо не подчиниться.

Оуэн продолжает смотреть на меня, словно ждет, что я сяду на предложенное им место, но я беру тарелку с закусками и направляюсь к Элиасу. Он не сдвигается с места, только откидывается на спинку кресла и хлопает себя по бедру.

Его невысказанная команда звучит так властно, что я чувствую, как по моему телу пробегает дрожь. Но я не покажу ему, как он на меня действует и как между моих ног пробегает электрический разряд.

Крепко сжимая тарелку, я сажусь на колени к Элиасу, и моя рука дрожит. Он такой теплый и уютный, что на мгновение отвлекает меня от мучительных мыслей. Он прижимает ладонь к моему животу и притягивает меня к себе.

Мои непослушные волосы падают ему на лицо, но он даже не пытается их убрать. Элиас время от времени вставляет реплики в разговор. Я доедаю несколько крендельков и фрукты, лежащие на моей тарелке, и, когда начинаю вставать, чтобы отнести ее в дом, он останавливает меня.

— Останься. Я позже ее отнесу.

Он положил руку мне на живот, а другую — на ногу, и я оказалась в ловушке. Я остро ощущаю узоры, которые он рисует на моем бедре, и каждое прикосновение его пальцев. Когда его рука скользит по подолу моей юбки, это разжигает во мне бурю чувств, но я бы никогда не попросила его остановиться.

Мне некуда идти, и прохладный ветерок ласкает мою кожу, так что я прижимаюсь к Элиасу еще сильнее. Пока парни обсуждают сегодняшнюю игру, я позволяю себе сосредоточиться на мужчине подо мной. Когда он меняет положение, моя голова падает ему на плечо, убаюканная нежной рукой, которая гладит мои волосы. Это похоже на гипноз, и я чувствую, что засыпаю, хотя и борюсь со сном.

Новое для меня чувство, потому что обычно я пытаюсь заснуть, а не борюсь со сном.

Только когда чувствую характерную влажность слюны вокруг рта, сопровождаемую слабым скрипом стульев по полу балкона, я снова открываю глаза. Я поднимаю голову с груди Элиаса и вижу, что он наблюдает за мной. Его пристальный взгляд скользит по моему лицу, и, должно быть, из-за тумана после сна мне хочется еще сильнее прижаться к нему. Видеть, как он смотрит на меня с таким голодом, который, должно быть, мне приснился.

Затем я слышу, как его окликают по имени, и отдергиваюсь. Дерьмо. Я заснула на нем.

— Прости! Почему ты меня не разбудил? — шепчу я и вытираю его футболку, хотя там ничего нет. Мне просто нужно чем-то занять свои беспокойные руки. Я больше не чувствую ветерок, только горячую боль между ног, когда он так на меня смотрит. Как будто в этот момент не существует никого, кроме него и меня.

— Зачем мне будить тебя?

Я прищуриваюсь.

— Боже мой, я что, храпела? Поэтому ты так добр ко мне? Потому что я опозорила тебя перед твоими товарищами по команде?

— Не совсем, — его губы приподнимаются в улыбке, как будто он мне врет. — Кроме того, когда ты вертишься у меня на коленях, я не смог бы встать, даже если бы захотел.

Ох.

Элиас убирает волосы с моего лица, как будто только что не признался, что у него на меня стояк. Мне приходится держать рот на замке, чтобы ничего не сказать. Он соблюдает целибат, Сэйдж.

— Эли, — кричит ему Сокет у раздвижных дверей.

На долю секунды он замирает. Как будто хочет что-то сказать, но мягко сдвигает меня с колен, и мы встаем. Он берет мою тарелку с собой, когда мы направляемся внутрь, где его товарищи по команде беседуют в прихожей.

— Спасибо, что пригласили нас, — невнятно произносит Сокет, обнимая Элиаса.

— Ты лучший! Самый ценный игрок! Лучший новичок…

Я забираю тарелку у Элиаса и направляюсь на кухню, пока Сокет продолжает его хвалить.

— Сэйдж, — шепчет мягкий голос.

Я тихо ругаюсь про себя, прежде чем отворачиваюсь от раковины и вижу, как Оуэн идет прямо ко мне. Он обнимает меня, и он настолько тяжелый, что его даже трудно оттолкнуть. В моей голове звенят тревожные звоночки. Мой бывший парень — эмоциональный пьяница.