Чтение онлайн

— Повернись, — бормочу я ей в висок.

Она поворачивается и садится на меня верхом, не обращая внимания на синяки, которые начинают виднеться на моей коже.

Я провожу ладонью по ее щеке, и она наклоняется к моему прикосновению.

— Больше никаких шуток? — спрашиваю я.

Она слабо улыбается, ее карие глаза горят желанием.

— Теперь ты знаешь, как заставить меня замолчать.

— Я не хочу, чтобы ты молчала. Ты — единственный человек, с которым я хочу разговаривать.

Положив руку ей на затылок, я притягиваю ее губы к своим и целую, пока сам не начинаю стонать от удовольствия. Я никогда не устану чувствовать, как она отдается мне, теряет контроль и позволяет полностью завладеть ею.

— Можно мне тебя потрогать? — спрашивает она. — Тебе тоже должно быть хорошо. Я сделаю все, что ты захочешь.

Боже. Ее слова как медовая ловушка. От искренности на ее лице мне хочется закивать. Если я почувствую, как она сжимает меня в кулаке, я никогда не оправлюсь. Я никогда не смогу успокоить ту часть себя, которая не хочет ее отпускать. А это последнее, что ей нужно.

Я знаю, что испытываю границы своего самоконтроля, но я справлюсь. Справлюсь с этим. Я сделаю ее счастливой, даже если сам буду чертовски несчастен.

— Когда тебе хорошо, мне тоже хорошо.

Думаю, она не сильно в это поверила.

— Я хочу, чтобы ты кончил вместе со мной.

Больше всего мне нравится, когда эта женщина говорит, чего она хочет.

— Как тебе это? — я привлекаю ее внимание к тому месту, где обхватываю рукой свою эрекцию. Она наблюдает за моими ритмичными движениями в мыльной воде, и кадык на ее горле поднимается и опускается.

— Это… у тебя пирсинг? — она едва сдерживает свое удивление. Блестящий металлический пирсинг поблескивает в мыльной воде. Она кладет руки мне на бедра, и от этого прикосновения я вздрагиваю. Я сделал пирсинг в университете, так что ни одна девушка его не видела. Теперь, когда Сэйдж играет с моим самоконтролем, я сдерживаюсь, чтобы не попросить ее потрогать пирсинг языком.

— Долгая история, — Сэйдж не нужно знать, какие безрассудные поступки мы с парнями совершали в Далтоне.

Она смотрит на меня с ухмылкой.

— Это мило. Неожиданно, но мило.

Я громко стону.

— Не называй меня милым, когда смотришь на мой член.

Она смеется. Тогда я притягиваю ее к своим губам и целую. Пробуя на вкус каждый сантиметр ее губ и отчаянно желая большего. Все может быть так просто. Овладеть ею в том виде, как я себе и представлял.

— Встань, — тихо приказываю я, касаясь ее губ.

Когда она отстраняется, ее глаза широко раскрыты. Она не задает вопросов, позволяя мне подвести ее к своему рту, пока она стоит. Я удерживаю ее там, где мне нужно, и чувствую, как она дрожит, прежде чем мои губы смыкаются вокруг ее клитора. Ее руки находят мои волосы и сжимают их так сильно, что я чувствую боль в затылке. Мои пальцы и язык работают в тандеме, и Сэйдж долго не выдерживает. Она выкрикивает мое имя и умоляет меня, пока не взрывается в экстазе.

Она скользит вниз по моему телу, и я подхватываю ее на руки, прежде чем она падает на мои ноющие бедра.

Сэйдж кладет голову мне на грудь.

— Мы точно сейчас нарушили какое-то правило. А для целибата есть инструкция?

У меня вырывается смешок.

— Если такая найдется, я дам тебе знать, — мы по очереди намыливаем друг друга, а затем принимаем душ. Когда мы вытираемся полотенцами, я, хромая, ложусь в постель.

Она помогает мне забраться под одеяло и приносит с кухни пакет со льдом.

— Позови меня, если тебе что-нибудь понадобится.

Я хватаю ее за запястье.

— Мне кое-что нужно.

— Что?

— Ты.

Она закатывает глаза.

— Элиас, у тебя травма. И мы уже… я не хочу сделать тебе еще больнее.

— Тогда спи здесь и сделай так, чтобы мне стало лучше. Спи со мной.

Она криво улыбается.

— Ты сейчас подставляешь сам себя.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Иди сюда.

И она ложится. Когда она кладет голову мне на грудь, я чувствую резкую боль в животе, но нет ничего хуже тупой боли в груди, когда ее нет рядом.

Сэйдж непривычно молчалива, пока мы пытаемся уснуть. Я привык к ее случайным вопросам и тому, как она ерзает, пытаясь найти удобное положение.

— Ты ужасно тихая. Я сломал тебя?

Ее удивленный вздох касается моей груди.

— Да, твой волшебный язык и пальцы заслуживают награды.

— Наградой была твоя киска.

Она выпучивает глаза.

— Кто ты, черт возьми, такой и что ты сделал с Элиасом?

— Думаю, мы знаем, что с ним случилось.

Затем Сэйдж снова замолкает, проводя руками по моему животу и вверх по груди. Ноющее чувство не дает мне покоя. Я постукиваю пальцем по ее виску.

— О чем ты думаешь?

— Мне звонил арендодатель.

У меня учащается пульс, и я не могу подобрать слов. Я рад, что она не поднимает глаз, потому что боюсь, что она увидит страх на моем лице. Ее присутствие здесь казалось мне чем-то само собой разумеющимся, и мысль о том, что она может уйти, даже не приходила мне в голову. В горле у меня встал ком, не дающий мне говорить.

— Она сказала, что страховая компания наконец-то вышла с ней на связь. Квартира должна быть готова к моему переезду в понедельник.

— В понедельник, — машинально повторяю я.

Она проводит ладонью по синяку, сосредоточившись на нем.

— У меня рано утром будет занятие, так что я оставлю ключ на кухонном столе.

— Не переезжай.

Я поворачиваюсь, чтобы лучше видеть ее лицо, но от этого движения у меня в ребрах вспыхивает острая боль. Сэйдж вглядывается в мое лицо, словно не уверена, что правильно меня расслышала.

— От сюда до твоей студии куда ближе, а все твои прослушивания проходят в центре города. Кроме того, если тебе нужно прийти на мои игры или посетить какое-то мероприятие вместе со мной, лучше, чтобы ты была здесь. Нет смысла возвращаться.

— Я не могу оставаться здесь вечно, Элиас.

Но я хочу, чтобы ты…

— Я помогу тебе найти квартиру, когда придет время.

— Правда?

— Я сделаю для тебя все, что угодно, Сэйдж, — и если я позволю ей уйти сейчас, я этого не переживу. Не после того, как она зажгла во мне что-то такое, что заставляет меня отпустить все и держаться только за нее.

Элиас