Чтение онлайн

Мы с Джошем обнимаемся и я начинаю расспрашивать его о работе и других делах. Честно говоря, после моего рецидива наши отношения изменились. Теперь он держится несколько настороженно. Думаю, то же самое можно сказать про большинство моих знакомых. Они не решаются полностью мне довериться, опасаясь, что я причиню им боль.

После возвращения, мне так и не удалось заново сблизиться со старыми друзьями. Обычно я притворяюсь, что не замечаю перемен в наших отношениях, но сам-то знаю правду.

Мы заходим внутрь и садимся рядом друг с другом в крохотном подвальном кинозале. Здесь стоят большие мягкие кресла, обтянутые красной тканью. Мне и раньше доводилось смотреть фильмы здесь. Приходил сюда вместе с отцом, когда ему нужно было взять интервью у кого-нибудь из звезд, а потом мы смотрели фильмы с их участием.

Этот фильм отчасти похож на картины Хичкока, только в нем рассказывается история гея-трансвестита с героиновой зависимостью — писателя, которого в католической испанской школе растлил священник.

Мы с мамой и Джошем не можем перестать обсуждать фильм. Решаем все вместе поужинать в ресторане «Kate Mantilini» в Беверли-Хиллз. На стенах там почему-то везде висят фотографии Энди Макдауэлл.

Но это неважно, главное, что ресторан работает допоздна и что у них подают убийственно вкусный куриный пирог и телячьи ножки.

Забавно смотреть на то, как мама разговаривает с одним из моих друзей. Кажется, они с Джошом действительно нашли общий язык. Мама хочет, чтобы он подкинул ей идей для статьи.

Наставник Джоша по «12 шагам» — тот парень, Вольтер, который работает швейцаром в разных ночных клубах. Он на короткой ноге с Пэрис Хилтон и другими знаменитостями. Сразу можно заметить, что Джош любит трепаться об этом. Знаете, вот одна из главных странностей Л. А. Собрания участников программы «12 шагов» здесь похожи на встречи голливудской элиты. И, хоть мне и неприятно это признавать, я постепенно вливаюсь в эту тусовку. В смысле, все эти обсуждения звезд очень интригуют и в голове у меня скапливается все больше и больше новых сплетен.

К тому же, большинство моих близких так или иначе вовлечены в индустрию развлечений. Даже Спенсер этим занимается, продюсирует фильмы. И, разумеется, не будем забывать про моих родителей. Будучи журналистами, они постоянно общаются со знаменитостями. Как бы мы не силились делать вид, что все это не имеет значения, время от времени мы тоже становимся одержимы идеей славы.

Джош всю жизнь живет в Л. А. Дом его родителей находится в Западном Голливуде. Он ходил в школу кинематографического искусства USC и знает массу информации о фильмах, актерах и режиссерах. Им с мамой хорошо вместе, обсуждают разные слухи и новости. Мама спрашивает, не хочет ли Джош как-нибудь сходить с ней на ланч. Может, в ресторан Mr. Chow.

Джош радуется, а я улыбаюсь, гордясь своей мамой, но в то же время чувствую себя смущенным и всеми позабытым. Перестав прислушиваться к их беседе, я окидываю взглядом зал. Мне кажется, что в одной кабинок, расположенной напротив от нашей, сидит Поузи Паркер. Мама считает, что я обознался, а вот Джош согласен со мной. Мы смотрим, как она ест большую порцию салата. На ней очки в роговой оправе, волосы зачесаны назад.

После ужина я подвожу маму до ее офиса, а Джош уезжает домой, в Фэрфакс. Я благодарю маму за сегодняшний вечер, за то, что она нас ужином угостила и за все остальное. Она крепко обнимает меня.

— Я горжусь тобой, — говорит она.

Мы снова обнимаемся.

Когда я возвращаюсь в свою квартиру, мне не спится, поэтому я отправляюсь блуждать по любимым сайтам в Интернете. Среди них есть такой сайт как Nerve.com. Это онлайн-журнал, где, примерно год назад, опубликовали мой рассказ. Еще они каждую неделю выкладывают у себя короткие рецензии на фильмы, и я неизменно восхищаюсь тем, какие эти рецензии умные и креативные.

Фильм Альмодовара меня вдохновил, так что я решаю написать собственную рецензию и отослать ее редактору. Не знаю на что я рассчитываю, но процесс создания рецензии приносит мне удовольствие, а ведь это и есть самое важное, верно? Я одержим писательством. Могу писать о чем угодно. Даже сейчас я каждый день сочиняю разные коротенькие истории. Я по-прежнему собираю материал для детской книжки, а помимо этого хочу письменно изложить историю своих отношений с Зельдой и во всех красках расписать как много они для меня значили. Помимо этого, мы с Джошем все еще пытаемся доделать сценарий про зомби в реабилитационной клинике. Когда на работе выдается свободная минутка, я корябаю что-нибудь в своем блокноте. Писательство — моя отдушина, даже больше, чем тренировки. Творчество помогает мне оставаться в здравом уме.

Так что я корплю над рецензией допоздна и отправляюсь спать лишь после того, как устаю настолько, что буквально падаю носом на клавиатуру.

День двести пятьдесят четвертый

Сейчас чертовски рано и у меня желудок сводит судорогой, когда поднимаюсь на борт Боинга 747, летящего рейсом до Гонолулу. Эта поездка организовалась внезапно, и хотя я благодарен папе за приглашение, но в то же время сильно нервничаю. Я не виделся с Карен и детьми со времен последнего рецидива. Точнее, Карен-то однажды повстречал, но то было происшествие с погоней на машинах.

Честно говоря, я не понимаю, почему они меня пригласили. Наверное, подумали, что я встал на путь исправления, и решили дать мне еще один шанс. Папа позвонил мне, чтобы поинтересоваться, не желаю ли я присоединиться к ним на Молокаи, наименее осовремененном из Гавайских островов. Папа собирается писать статью о недорогом гостиничном комплексе для раздела с советами путешественникам в каком-то журнале. Комплекс только недавно открылся на острове рядом с пляжем.

Мишель согласилась предоставить мне небольшой отпуск, чтобы я повидался с семьей. Спенсер полностью поддержал эту идею. Хоть он и вернулся домой из больницу, большую часть времени все еще проводит в постели. Ему выдали Викодин, а он отдал этот пузырек на хранение Мишель, чтобы та ему выдавала таблетки малыми дозами. Таким образом, сказал он, не будет риска переборщить с ними. Я восхищаюсь его силой воли, хотя вообще-то то, что даже спустя пятнадцать лет жизни без наркотиков, Спенсер должен быть настолько осторожен, весьма пугает.

В программе «12 шагов» вам говорят, что однажды став наркоманом, ты останешься им до конца жизни.

Полагаю, какая-то часть меня все еще надеется, что это неправда. Но Спенсер — мой пример для подражания. Я считаю, что сейчас он ясно продемонстрировал свою силу воли и заодно показал мне, как трудно может быть оставаться «чистым». Это серьезное испытание, но мне кажется, что это еще и наглядный пример того, почему нужно следовать философии «живи сегодняшним днем».

Как бы то ни было, когда я рассказал Спенсеру, что папа пригласил меня на Гавайи, он, похоже, сильно за меня обрадовался. И, конечно, он предостерег меня, сказав, что не стоит ждать от поездки слишком многого.

— До тех пор, пока ты будешь нуждаться в чьем-либо одобрении, будешь ждать, что кто-то подтвердит твою ценность, ты обрекаешь себя на неудачу. Ты должен быть самодостаточным и уверенным в себе. Никто другой не может дать тебе этого. Главное, чтобы ты сам знал, кем на самом деле являешься. Мнения других людей значения не имеют.

Я признаю его правоту, но тут легче сказать, чем сделать.

Я уважаю своего отца и Карен. Уважаю Джаспера и Дейзи. Хочу, чтобы они уважали меня. Не думаю, что это желание когда-нибудь исчезнет.