Чтение онлайн

Зельда хочет, чтобы я пошел вместе с ней на встречу по "12 шагам" на Банди Драйв, что я и намерен сделать, а после встречи мы, наверное, поедем к ней домой. Закончив с работой и собираясь на встречу, я звоню Спенсеру, чтобы рассказать ему, как прошел день.

Прошлой ночью я посмотрел "Меня зовут Дэвид". Моя рецензия на фильм начинается со строчки: "Легче героин употреблять, чем пытаться выдержать девяносто с чем-то минут нового фильма "Меня зовут Дэвид" с Джеймсом Квизелом в главной роли". Рецензию опубликуют в пятницу. Я получил по сто баксов за каждую из заметок. На следующей неделе буду писать про "Блэйд 3: Троица". Похоже, я нашел идеальную работу. Спенсер обрадован и всячески желает удачи, но потом решает устроить мне разнос по поводу личной жизни.

— Так, теперь давай поговорим о Зельде, — произносит он.

Я с трудом сглатываю, лежа на кровати и разглядывая лепнину на потолке. Так и думал, что без этого не обойдется.

— Ник, — продолжает он, — для начала я хочу отметить, что не собираюсь тебе указывать, что делать или чего не делать. Это не моя забота, а ты в любом случае поступишь так, как тебе вздумается. Но ты просто выслушай меня, окей?

— Ну, слушаю, — отвечаю я.

— Это забава,— говорит он. — Для тебя это забава. Ты спишь с женщиной постарше, которая, можно даже сказать, знаменитость. Круто. Наверняка приятно. Но Ник, серьезно, послушай меня. Относиться к этому можно только как к развлечению. Если будешь время от времени себе об этом напоминать, то все у тебя будет хорошо. Если ты можешь оценивать ситуацию беспристрастно и понимаешь, что это всего лишь интрижка, тогда волноваться не о чем. Я внятно объясняю?

— Да, но... — тяну я, продолжая постигать взглядом спокойствие потолка, — я вообще-то люблю ее, Спенсер. Я хочу быть рядом с ней. Хочу ей помогать.

— Очень романтично, Ник, я оценил. Но также я обязан тебе сказать, что ты начинаешь малость терять связь с реальностью.

— Что?

— Слушай, — произносит он, — я тебе прямо сейчас скажу, просто чтобы ты потом не удивлялся: это добром не кончится. Зельда совершенно, совершенно, АБСОЛЮТНО нестабильна. Да, я ее плохо знаю, но все равно отлично вижу, что твое будущее она загубит. Если ты готов заплатить столь высокую цену, то делай, что хочешь. Только, прошу тебя, не употребляй больше. Постарайся пройти через все это, не прибегая к наркоте. Большего и требовать не стану.

— Спенсер, — пытаюсь успокоить его я, — я ценю твои старания. Но ничего плохого не случится, правда.

Кажется, я искренне в это верю. То есть, конечно же, мне в голову приходит мысль, что, может быть, стоит прислушаться к словам человека, благодаря которому я вообще еще жив. Но на самом деле он просто не может меня понять. К тому же, эти отношения мне просто необходимы. Я готов заплатить любую цену. Зельда для меня важнее всего на свете.

— Ладно, — вздыхает он, — не буду с тобой спорить. Просто не начинай опять торчать, хорошо?

— Само собой, не буду.

Я вешаю трубку и отправляюсь на Сансет-бульвар. На подходе к месту встречи я вижу по меньшей мере пятьсот человек, топчущихся у здания церкви и болтающих друг с другом. Зельда стоит на вершине лестницы. На ней черная юбка, блузка и длинная черная кожаная куртка. На ногах чулки и черные сапоги, доходящие до колен. Я проталкиваюсь к ней через толпу.

— Привет, красавчик, — говорит она.

Я обнимаю и целую ее, а она целует меня в ответ.

— Спасибо, что пришел, малыш. Знаю, тут просто дурдом.

— Да пустяки. Это даже интересно, — отвечаю я.

Она ведет меня внутрь. Здесь куча народу. Зельда, кажется, знает всех до единого. Она знакомит меня с ними, но я тут же забываю их имена. Чувствую себя кем-то вроде парня из эскорт-агенства.

— Это Ник, мой бойфренд.

После этих слов все приглядываются ко мне внимательнее, и я начинаю стыдиться своего возраста. Я знаю, что слишком молод, а выгляжу даже младше своих лет.

В смысле, мне на днях пришлось водительские права показывать, чтобы взять напрокат фильм с рейтингом R. А их можно смотреть с семнадцати.

Зельде тридцать семь.

Мне двадцать два.

Конечно, когда дело доходит до любви, возраст перестает иметь значение, но я все равно крайне остро ощущаю эту разницу.

А еще, как оно всегда бывает в Л. А., люди все время спрашивают: "Чем ты занимаешься?"

Я вспоминаю слова Спенсера о том, как важно быть смиренным.

Говорю:

— Я работаю на ресепшне в салоне красоты.

А Зельда каждый раз смеется.

— Да, но помимо этого он пишет статьи для кучи разных изданий. Так ведь?

— Ага, — подтверждаю я, отводя взгляд. — Да, пишу.

И, разумеется, они улыбаются или бросают что-то вроде:

— Ого, как интересно.

Во всем происходящем есть нечто очень унизительное, но я продолжаю играть свою роль. Не знаю, что еще мне остается.

Мы занимаем свои места поближе к алтарю.

После окончания встречи мы с Зельдой возвращаемся к ней в квартиру и занимаемся любовью. В каком-то смысле это похоже на секс с калекой. Она такая несчастная и растерянная. Есть в этом что-то притягательное.

Можете представить, о чем я говорю? Вряд ли. Знаю, знаю, я извращенец.

Мы переключаем телевизионные каналы. Она задерживается на ночном канале "Cinemax".

— Боже мой, — восклицает она, смеясь, — кажется, вот в этом я снималась.

Это эротический триллер про стриптизершу, которая соблазняет мужчин, а потом убивает их. Зельда играет роль стриптизерши. Я смотрю, как она изображает секс с каким-то парнем и стреляет ему в голову, когда приближается к оргазму.

Здесь, в нашей постели, Зельда смеется, как сумасшедшая.

— Это была моя идея, — делится она, — продолжать двигаться после его смерти, чтобы оргазм получить.

— Вау, — говорю я.

Мы смотрим большую часть фильма, хоть он и ужасный, но в конце концов оба засыпаем. Во время просмотра я чувствую себя некомфортно (и это еще мягко сказано). По сравнению с Зельдой я совсем юный и неопытный.

Но я хочу быть достойным ее.

Безумно этого желаю.

День триста девятый

Я по-прежнему катаюсь на велосипеде вместе с группой, участники которой встречаются на перекрестке 26-той улицы и бульвара San Vicente в 6:30, но теперь выезжаю к ним от дома Зельды в Голливуде. Вот уже месяц, как я провожу каждую ночь у нее в квартире, и Новый год мы тоже встречали вместе. Переезд произошел быстро. Мы ничего не планировали заранее, и он случился спонтанно, как-то сам собой, понимаете?

Сложившаяся ситуация, по всей видимости, беспокоит всех моих знакомых. Каждый из друзей счел своим долгом ясно дать мне понять, что по их мнению, я веду себя глупо. Они твердят, что Зельда нестабильна и представляет угрозу для моей «трезвой» жизни.