Чтение онлайн

Хотя нет, кое-что менялось. Эти засранцы начали ржать, зажимая рты руками.

– Ох, демоны меня побери… – хмыкнул я. – И что, я разве смешно выгляжу со стороны? Чего вы смеётесь-то?

– А ты отойди, я покажу!.. – сквозь бесконтрольный хохот выдал Гвел. – Ты будто наизнанку выворачиваешься, а потом обратно!..

Я и без того с трудом сдерживал восторг от увиденного. Ну нет, правда же. Я был внутри пространственной петли. Той самой аномалии, которая разворачивает обратно к Серебряному Ключу. Здесь, в этой точке, ткань пространства была сломана, закольцована сама на себя.

Когда я отошёл, а на моё место встал Гвел, я понял, почему он хохотал и не мог сдержаться. Когда Гвел сделал маленький шаг вперёд, а затем назад, выглядело это так, будто он и в самом деле выворачивается. Шагнул вперёд – всю его фигуру смазало, вывернуло… И вот он уже снова стоит лицом ко мне.

Выглядело и в самом деле забавно.

– Гвел, – сказал я, когда сотник закончил развлекаться. – Продолжайте копать. Здесь. И рядом. И перегородки между ямками проверяйте. Если не найдём, будем копать глубже. На полтора локтя, не меньше. Я проверю всё, что найдёте.

– Ясно, Ишер! Будем искать! – бодро пообещал сотник.

Видимо, земляные работы оказались интереснее, чем в детстве… Спрятав улыбку, я выбрался из тумана по многочисленным следам своих. Вернувшись к своему валуну, я понял, что сердце колотится быстрее обычного. Мы нашли точку преломления! Мы нашли границу! Дело было за якорем – и тогда, возможно, мы наконец-то сможем выйти. А заодно выпустить оставшихся жителей Серебряного Ключа.

Не прошло и чаши, как бойцы Гвела вновь понесли находки. Куча хлама передо мной стала расти с удвоенной скоростью. Обломок костяного гребня. Ещё одна монета – на этот раз совсем стёртая. Ржавый гвоздь. Бронзовая пластинка с остатками эмали. Куски битой керамики. Практически сгнившие куски дерева. Снова камни. Я проверял все находки, ожидая, что вот-вот появится якорь… Однако всё было не то.

Прошёл ещё гонг…

Уверенность, вновь вспыхнувшая после обнаружения петли, вновь угасала. Мы стояли на пороге разгадки – и никак не могли его переступить.

Когда очередной боец вынырнул из тумана с горстью щебня и виноватым лицом, я принял решение.

– Всё, – сказал, поднимаясь. – Передай остальным: пусть выходят. Отдыхайте и обедайте. А я пока подумаю, что мы не так делали…

Боец кивнул и с облегчением на лице помчался обратно. Я медленно подошёл к самой кромке тумана, туда, где белая пелена касалась травы, и остановился. Внутри клубящейся мглы ещё слышались приглушённые голоса бойцов, звон лопат о камни, звуки шагов… Однако я их уже почти не слышал: слишком глубоко ушёл в собственные мысли.

Где я ошибся?

Вскоре люди Гвела стали выбираться из тумана. После последнего из них туман вернулся обратно в землю, и теперь стало видно и вырытые лунки, и всю местность, скрытую до того в молочной пелене.

Бойцы достали из поклажи еду и устроились на перекус, рассевшись рядом с переханами. А я всё так же стоял и думал-думал-думал, раз за разом прогоняя расчёты в голове…

Центр купола был вычислен верно. Петля подтверждала это лучше любых расчётов. И всё же… Мы перекопали едва ли не весь участок, усеяли его ямками, проверили каждую мелочь. И ничего.

Может быть, якорь зарыт глубже, чем я предполагал? Но слуги Дега копали руками. Они, конечно, ребята крепкие, но у них ведь стояла задача остаться незаметными. Вряд ли долго и очень глубоко рыли.

Я потер виски, прогоняя усталость. Мысли путались. Что-то я упускал. Что-то важное. Но сколько ни вглядывался вдаль, ответ не приходил. Разве что поле лунок мозолило глаза.

Мы перекопали центр купола. Мы нашли пространственную петлю. А это верный признак того, что якорь где-то рядом. И при этом не нашли ровным счётом ничего, кроме мусора.

Или я с самого начала ошибся в расчётах, и он может быть где угодно?

Я закрыл глаза и снова прошёл весь путь мысленно… Шаг за шагом… Сто восемнадцать ударов от края до края. Половина – ровно пятьдесят девять… Я начал копать на сорок пятом, чтобы захватить область пошире…

И тут меня осенило. Захотелось размахнуться и залепить себе оплеуху.

Сто восемнадцать ударов – это весь путь через купол. От входа до выхода! Но что если туман разворачивает путника не в центре, а на дальнем краю? Я прохожу весь купол насквозь, до противоположной границы, и только там меня разворачивает обратно к городу? А значит, сто восемнадцать ударов – это не половина пути. Это два круга! Туда и обратно!

«Поздравляю, Ишер, ты балбес! – мысленно заявил я себе. – И придурок! Только бойцов зря полдня гонял!»

«То, что ты балбес – и так известно. Поздравляю с тем, что, в конце концов, ты это понял!» – ехидно ответил внутренний голос.

Возразить ему было нечего.

Половина от ста восемнадцати – пятьдесят девять. Но это путь в один конец. А центр купола – половина от этого пути. Двадцать девять с половиной ударов сердца. Примерно двадцать девять. Всё равно, как в и прошлый раз, начну заранее… Нестрашно и чуть-чуть промахнуться.

– Гвел! – рявкнул я, поднимаясь с валуна. – Поднимай людей. У нас новый план.

Бойцы, только-только закончившие обед, нехотя взяли в руки лопаты. Я быстрым шагом подошёл к кромке, где должен был, стоит мне шагнуть, встать туман. Проверив утренние метки, скорректировал старое направление. Двадцать пять ударов сердца.

– Я иду первым, – объявил я, беря лопату. – Вы за мной, как и в первый раз. Но теперь копать начнём раньше. Я копаю первые четыре лунки, чтобы выдержать направление. Вы – всё остальное. В общем, действуем, как раньше, но на новом месте.

Я первым шагнул за намеченную границу. Плотная дымка немедленно взлетела от земли, окутывая меня и идущих следом людей Гвела. Я старательно отсчитывал удары сердца и следил за скоростью шага, не позволяя себе отвлекаться. Десять. Пятнадцать. Двадцать. На двадцать пятом ударе остановился, вогнал лопату в землю и начал копать первую ямку.

Закончив с ней и убедившись, что она пуста, я выкопал ещё две рядом. После чего приказал бойцам продолжать линию в обе стороны. А сам прочертил в земле направляющие, чтобы никто не ошибся. Хотя теперь, когда я, вероятно, нашёл решение… Теперь можно и всю область, не жалея сил, перекопать.

Ждать снова пришлось долго. Бойцы выныривали из тумана, несли мне находки. Опять монеты, опять ржавые гвозди, опять обломки костей. Я проверял каждую и откладывал в сторону. Гора хлама стала уже неприлично большой. А вместе с ней росло знакомое чувство. Смесь разочарования и упрямства.

Как и всегда, когда всё рассчитал, и по расчётам должно выйти, как надо… Однако что-то не получается. Очень неприятные ощущения, надо сказать. Но я старался не подавать виду, что беспокоюсь. Душевные терзания командира – плохой пример для подчинённых.