Вернувшийся к свету
Шрифт:
Старший дан лежал на краю обрыва, прижмурив глаза. На поверхности реки на миг показывались отблески яркого солнца. Ардаггер пошевелил ладонью кустики травы, и они, изогнувшись, как спина кошки, потянулись к ласкающей руке. Прохладней ветер шевелил траву, заглушая все звуки, кроме плеска воды под обрывом. Потому звук шагов дан услышал не сразу, а услышав, лениво обернулся. К нему подходила Линнель. Подобрав платье, она села рядом с братом.
– Какими судьбами?
– спросила она.
– А ты?
– задал вопрос и Ардаггер.
– Я работаю недалеко отсюда, - произнесла Линнель.
– Видел бы ты, какой луг я сделала! Трава изумрудная, выше твоего роста...
– Если на западе, то я его видел. Я через него шел, - сказал дан.
– Каковы впечатления?
– требовательно спросила Линнель.
– Ничего, - отозвался Ардаггер снисходительно, чтобы поддразнить сестру.
Она попалась на его удочку и ревниво сказала:
– "Ничего"! Я еще посмотрю, что у тебя получилось!
– Кстати, - Ардаггер приподнялся.
– Что за крылатые лошади объявились у меня в горах?
Линнель аккуратно поправила платье и сказала:
– Согласись, что лошадям удобно перелетать с пастбища на пастбище в горах. Ты сделал много ущелий, и я подумала, что там должны жить существа, приспособленные к горам.
– Горные лошади?
– Если угодно, - кивнула Линнель.
– Могла бы со мной посоветоваться, - проворчал Ардаггер, но тут наступил черед Линнель. Она коварно улыбнулась и невинно спросила:
– А ты советовался со мной, когда творил говорящих волков?
Ардаггер махнул рукой:
– Это была проба силы.
– Тебе нужны были собеседники!
– нападала Линнель.
– Сама ты до такого не додумалась, - ядовито сказал дан.
– Спасибо!
– обиделась Линнель.
– Я не охотница до глупостей.
– Вы так кричите, - укоризненно сказал неведомо как очутившийся здесь Лэйано. Похоже, он давно стоял и слушал перепалку.
– Прости, - проговорил Ардаггер.
– Мы увлеклись спором.
Лэйано хмыкнул: он не считал, что переговоры данов были даже отдаленно похожи на спор. Он бережно опустил на землю принесенный сверток и сел рядом с Линнель.
– Между прочим, - начал он, - в курсе ли уважаемые даны того, что у нас будут помощники?
– Очень кстати, - высказала свое мнение Линнель.
– Три четверти мира еще пустыня.
– Куда торопиться?
– фыркнул Ардаггер.
– У нас впереди вечность.
– Тебе доверь, ты и будешь целую вечность творить мир, - пробормотала Линнель.
Лэйано понял, что они продолжат препираться, если их не остановить, и, пока Ардаггер не успел ответить, развернул сверток и вынул оттуда сначала что-то большое:
– Это гитара.
Потом что-то маленькое:
– А это свирель.
Ардаггер не был бы даном, если бы не понял их предназначение. Он протянул руку, взял гитару, провел пальцем по струнам, и инструмент отозвался мелодичным перезвоном.
– Неплохая идея, - признал он.
Лэйано довольно улыбнулся, поднес к губам свирель, и полилась мягкая мелодия. Послушав, Ардаггер уловил ведущую тему и, сначала осторожно, потом уверенней стал подыгрывать брату на гитаре. Ветер стих, чтобы не мешать данам. Звуки нежной и печальной мелодии разнеслись над обрывом, полетели дальше, на другой берег реки, и разлились по бескрайней долине. Тонкую нить мелодии Лэйано вел легко, импровизируя, меняя тональность, но аккорды гитары каждый раз при изменениях точно следовали за основной темой и не только не мешали, напротив, хорошо помогали Лэйано. Ардаггер искусно вплетал в музыку брата тут же рождающиеся неведомые мотивы.
Линнель, склонив голову и охватив руками колени, слушала и боялась вздохнуть. Наконец даны прекратили течение музыки.
– Славно, - мечтательно протянула Линнель.
– Под такую мелодию потанцевать бы.
– Так в чем дело?
– усмехнулся Ардаггер, передал гитару Лэйано и встал.
– Приглашаю вас.
Отложив свирель, Лэйано заиграл на гитаре. Ардаггер вел сестру бережно, а она легко и невесомо скользила по траве и кружилась, кружилась. Ардаггер забылся в танце...
...Дан очнулся от воспоминаний, но музыка Лэйано звучала для него как наяву. Он глубоко вздохнул, чтобы избавиться от наваждения, и толкнул коня каблуками. Лошадь прибавила шаг, пробираясь сквозь кусты, в изобилии росшие в Долинном Поясе.
Картан и Леми ехали к переправе через реку Сию. Девушка заметила, что Чекан встревожен, и решила спросить, что случилось. Тот ответил, что ветер, дующий с севера, приносит слабый запах печного дыма, а в этих местах не должно быть жилья. Ближайшее поселение эльфов находилось значительно восточнее. Его тревога передалась Леми. Они ехали настороженные, готовые к любым неожиданностям, а огромная красноватая луна, светившая в ту ночь Ардаггеру в Дагано, освещала им путь.
– Не бойтесь, - сказал Картан, заметив ее состояние.
– Не поручусь вам за полную безопасность, но, поверьте, я не самый плохой защитник.
– Кто бы сомневался, - негромко отозвалась Леми.
Чекан улыбнулся и поправил ремень, на котором за его спиной висел молот.
– Мне не по душе здешние места, - помолчав, заговорил он.
– Тут работали Харстэй и Бонтарх, а эти двое могли такое натворить, особенно если были выпивши, что и данам не исправить.
Внезапно оборвав свою фразу, Чекан приподнялся на стременах и принюхался.
– Вы не чувствуете?
– прошептал он, снова опускаясь в седло.
– Дым! Близко топится печь!
Леми честно втянула воздух, но ничего, кроме запаха сырости, не ощутила. Картан задумался. Конь под ним начал проявлять признаки беспокойства - зафыркал, попытался отойти назад.
– Так, - вымолвил Чекан и провел ладонью по шее коня. Ладонь стала мокрой.
Он свернул с дороги и поехал прямо через кусты. Недоумевая, Леми тронула лошадь и поехала за ним. Остальные кони послушно зашагали следом. Картан принюхивался, как охотничья собака, и уверенно правил лошадью. Наконец и Леми почувствовала слабый запах дыма.
В низине, куда привел их этот запах, девушка увидела большое бревенчатое строение, похожее не то на сарай, не то на конюшню. Луна освещала его, и можно было заметить, что в здании отсутствовали окна. Из одинокой трубы шел легкий дымок. Лошади начали беспокоиться сильнее. Леми посмотрела на Картана и увидела, как тот изменился в лице: Чекан злился.
– Вы обнаглели до того, что строите дома рядом с Северным трактом?
– громко спросил он.
Ответом ему было молчание.
– Тогда получайте, - сказал саанар и вытянул руку.