Чтение онлайн

Ты посмотри, какой виршеплёт. Неужели сам сочинил? Лучше бы на допросе так красиво излагал обстоятельства своей жизни. Или в стихах есть тайное послание? Ладно, подождёт. Не решив пока, что делать с запиской, Митя положил её в карман.

Внезапный визит к Зельдесу не принёс особых результатов. Посмотрев на эксперта вблизи, Дмитрий убедился, что с образом «мифологического» деда и ночного посетителя Франка тот не имеет ничего общего. Да и в конце апреля Зельдеса в Москве не было. Сам оценщик на портрет старичка отреагировал вяло: «Не знаю, не видел». А вот рисунок из тайника Ирины Витушкиной заинтересовал его больше: «Крайне умелая рука». Из уст молчуна Зельдеса это звучало как наивысшая похвала.

Пробегав весь день, к вечернему дежурству Митя вернулся на службу и поднялся к «тайной комнате». Чтобы скоротать время, прихватил дневник Ольги Лопухиной. Давно уже пора было с ним ознакомиться.

У двери на стуле сидел Семён и вслух читал коту статью из «Московского листка» про скандальное театральное представление. Карась слушал очень внимательно. Но только ли он? Судя по громкости голоса, декламация предназначалась и для гостьи за дверью.

– Смена караула, – объявил Дмитрий и протянул Горбунову рисунок, полученный от Владимира. – Ориентир тебе для поиска. За достоверность ручаться не могу, но что имеем. Этот якобы эксперт связан с Франком и Язвицким. И мне кажется, что он и есть наш неуловимый старик. Студент на мосту сказал, что художник всегда был в перчатках, а Язвицкий – что эксперт прятал руки. Думаю, это не случайное совпадение. Твои уличные агенты пока никого не приметили?

– Ищем. С картинкой-то сподручней будет. Ты до утра тут?

– Нет, ночью Лев сменит. Надеюсь, хоть сегодня посплю дома.

– Ну, удачного дежурства. Пойдём, Карасик.

Митя постучался и вошёл в комнату. Теперь она ещё больше напоминала обжитой гостиничный номер – тапочки, одежда, косметика на бюро, пустые тарелки… Полина в халате, забравшись с ногами в кресло, пила какао и листала очередной справочник. Заметив некоторую Митину обескураженность, она ехидно прищурилась:

– Вот и я думаю, что это мало похоже на заключение. Зачем вы меня тут держите? Меня ведь даже не допрашивают.

– Вам скучно?

– Мне есть чем заняться. И всё-таки… Давайте, спросите меня, как я связалась с таким неподходящим человеком, пошла, как это говорят, по наклонной дорожке. Мораль прочитайте. Выясните, где Володя был и что делал, с кем дружил, а кого ненавидел. Вам ведь это интересно?

– Не думаю, что в такой беседе будет толк.

– Почему же? Самый удобный момент, чтобы сказать: «А я вас предупреждал!»

– Сейчас я понимаю, что это было бессмысленно. Ваш отец прав. Вы взрослая барышня и сами несёте ответственность за свои решения. Вот. – Митя вытащил из кармана записку. – Владимир просил вам передать.

Девушка стремительно схватила бумагу, развернула и начала читать. Сыщик внимательно следил за реакцией. Брови у Полины взлетели вверх, сошлись к переносице, потом она грустно улыбнулась, прикусила губу… Глаза у Нечаевой заблестели.

– Вот теперь я убедился, что допрашивать вас бесполезно.

– Почему? – буркнула Полина, не отрывая взгляда от записки.

– Влюблённая женщина никогда не сдаст своего мужчину. Даже если он сущий дьявол. Доброго вечера.

Митя уселся на стул за дверью и раскрыл дневник: «Пятое января. Утро сегодня было солнечное и морозное. Встала поздно, завтракали пшённой кашей и…»

– Тяжёлая какая! – На следующее утро Мишка еле протиснулся в кабинет, держа в руках большую коробку, перевязанную красным бантом. – Дежурный внизу вручил, говорит, оставили для Самарина. По какому случаю, интересно?

– Эх, Мишка, бесполезная твоя голова, – ответил Семён. – Если бы ты не только собой интересовался, то знал бы, что у начальника сегодня день рождения.

– Как – сегодня? – ахнул Мишка и поставил коробку на стол. – Я не знал. И что делать? Отмечать будем? А подарок? А это от Ламарка, наверное, презент?

– Слишком много вопросов с утра, – поморщился Семён. – И шуму. Не до праздников сейчас, сам видишь. Первое число опять же.

– Ночью никакую мёртвую барышню не нашли?

– Нет. Но день только начался, кто знает. Начальство придёт – там решим, будет ли повод праздновать. Так что беги Льва смени. Да погоди! Подарок-то Мите в кабинет поставь, пусть хоть сюрприз будет.

– Ага!

На стол вспрыгнул Карась, понюхал картонку и вдруг весь распушился и зашипел.

– Карась, ты чего? – удивился Мишка. – Коробки не любишь, что ли? Или красный бант не понравился?

Мишка прошёл в кабинет начальника, оставил подарок, захлопнул за собой дверь и умчался наверх. Семён лишь покачал головой и придирчиво начал перебирать сладости в жестянке. Остановился на прянике.

Митя появился через пару минут. В новом тёмно-сером, со стальным отливом костюме и белоснежной сорочке. И, видимо, в отличном настроении.

– Доброе утро, Семён. Ну как, сегодня без происшествий?

– Доброе, Митя. Тьфу-тьфу, Диос пока миловал. Может, нам правда повезло на сей раз, а? В честь нарождения твоего. Поздравляю, кстати, от всей души.

– Спасибо. Очень надеюсь, что мы не ошиблись. Остальные где?

– Мишка Льва пошёл сменять.

– Хорошо. Ну если протянем сегодняшний день без инцидентов, вечером сходим в ресторан. Я угощаю.

– В таком шикарном костюме только к Тестову и идти, – хитро прищурился Семён.

– А хоть бы и туда.

– Щедрой ты души человек, Митя. Там, кстати, презент у тебя в кабинете. У дежурного с утра кто-то оставил.

Дмитрий двинулся в сторону кабинета и остановился на полпути. Посреди прохода вдруг возник кот – выгнув дугой спину и злобно шипя.

– Карась, ты чего? Не признал, что ли?

– Да он с утра что-то беспокойный, – отозвался Горбунов из дальнего угла, где наливал кипяток в кружку.

Митя попытался обойти кота, но тот снова перегородил дорогу. Вместо шипения из него теперь доносилось какое-то утробное завывание – низкое и угрожающее. Карась прижал уши и сузил глаза.

– Карась, это не смешно. Пропусти.

Митя аккуратно подвинул кота ногой и сделал ещё шаг.

– Ай, чтоб тебя!

Кот бросился на штанину и вцепился в ногу зубами и когтями. Митя броском развернулся, стряхивая зверя с брюк.

– Мря-у-у! – с диким воплем отскочил кот и снова вздыбил шерсть. Он смотрел на сыщика, покачивался как пьяный, завывал дурным голосом и явно готовился к новой атаке.

– Ты с ума сошёл? Или бешенство подхватил?

Семён хлопнул кружкой об стол:

– Карась! Я тебе сей…

Зрачки у кота вдруг округлились, полностью закрыв зелёную радужку.

Удар обрушился сзади – мощный и сокрушительный. В Митю как будто с размаху швырнули раскалённой каменной глыбой.

Из лёгких сразу выбило весь воздух.